Маяк. Ученик (СИ)

— Подпишите, — подал мне ручку, ученик, очевидно проинструктированный мэром, и знающий что написано в поданных им мне документах.
Я подписал. От такого не отказываются и теперь я обязан мэру еще больше. Быстро же Гийом Гриб нашел применение моим талантам, в данном случае — хеморецепции. Может и в моем деле указано, что когда-то я хотел стать полицейским и даже сдал вступительные испытания в школу полиции? Интересно было бы почитать ту папку.
— Усиление обоняния, — хмыкнул ученик, не торопясь уходить и очевидно знающий не все, — как по мне — собаки лучше. Ваше усиление обоняния…- Он скривился. — Бесполезное заклинание.
Оставив за собой последнее слово, он ушел. Сел в автомобиль, такой же старый и побитый как у моего знакомого секретаря и уехал. А я почесав затылок, закрыл за ним дверь. Со второго этажа выглядывала макушка Ти-о-та. Ему было любопытно, а еще он держал руку рядом с ножом. Неужто собирался защитить меня от тех, кто, по его мнению, вчера меня побил? Я улыбнулся.
Поняв, что я его заметил, он спросил.
— Вся в порядке, господин, Кай?
— Да, парень, — я потряс оставшимися у меня копиями бумаг. — Я теперь не только смотритель маяка, но еще и младший лейтенант полиции нашего с тобой района. Буду работать по четыре часа в день. А сейчас извини, мне нужно посетить полицейский участок, утрясти формальности. Заканчивать работу придется тебе.
— Ничего. Я справлюсь, — заверил он. — Поздравляю.
Я сказал спасибо и спросил.
— У меня будет к тебе вопрос. Как тебе идея работать на меня постоянно? Сам видишь, времени у меня остается все меньше и кто-то должен мне помогать. Приборка, мелкий ремонт. Еще я хочу поставить сарай рядом с маяком, только проконсультируюсь об этом с юристом. Кур заведу. Справишься на хозяйстве или тебе это не интересно?
Ти-о-та просиял.
— Справлюсь, господин! Я раньше помогал младшим сестрам, которые ухаживают за курами у соседей. Сами-то мы живем в многоквартирном доме, а у нашей богатой соседки свое хозяйство и небольшой двор, где она держит животных и за помощь — делится с нами яичками. Я теперь взрослый чтобы этим заниматься и обе мои младшие сестренки работают теперь без меня, а старшая… — Он замолчал и ничего больше не сказал. Сильный запах эмоций. Смущение, чуть-чуть гнев и много, много, стыда.
Я не стал смущать его еще сильней. Рано или поздно итак узнаю, что там с его старшей сестрой. Спросил о другом.
— А твоя работа в порту?
Он в раздражении дернул плечом.
— Для меня стало опасно там появляться.
— Те парни из банды?
— Это не банда, — вяло возразил Ти-о-та, но кивнул.
— Так ты согласен работать на меня? — Еще раз уточнил я.
— Конечно.
— Хорошо. Твою плату обсудим позже. Суббота, воскресенье — выходной. И не спорь. А по будням, если у тебя школа, приходи после обеда.
Оставив его на маяке одного, я собрал вещи, проверил повязку, выпил отвар, как раз подошло время приема лекарства, и вышел на улицу. Полицейский участок находится далековато от маяка, ближе к району порта и придется пройтись. Лицо я прикрыл полями шляпы, натянув ее пониже на брови.
Спешить не стал. Было что обдумать в дороге, но вскоре остановился, увидев очень странную машину. Едва не протер глаза, думая, что они меня обманывают.
— Извините, — остановил я первого же прохожего. — А что это? — Показал я пальцем на чудовище, что проехало мимо нас. Похоже на то, что кто-то скрестил между собой живой организм и паровой двигатель.
Вопрос человека удивил.
— Вы не местный? Это автобус, курсирующий между деревнями на острове и городом.
— Автобус? — Тупо переспросил я.
— Да. Маршрут номер три. Наше собственное производство. Экономим на металле и используем тела мертвых морских монстров и их кости, что порой даже крепче железа. Наш железоделательный завод завален заказами от соседей, — с гордостью в голосе за родной город и завод, просветил меня горожанин. — Красиво же! Не находите?
 
— Э-э, ну, да. Спасибо, — кивнул я этому человеку и он, улыбнувшись мне на прощание, ушел по своим делам. Я хмыкнул. — Надо же? Красиво? Нет уж. Жутко!
Мой путь лежал через оживленный рынок. Торговля шла бойко. На прилавках выложены только скоропортящиеся продукты. Свежая, утреннего улова рыба и другие дары моря. Фрукты, собранные как у нас на острове, так и завезенные от соседей. Яйца, молоко, сыры, масло. Глаза разбегались. Надо на обратном пути купить. Вот та рыбка смотрится аппетитно, пожарю вечером, обваляв в муке. И сыр заканчивается. Его тоже куплю.
Интересно, аванс мне положен?
Без неприятностей не обошлось. Проклятие невезения в действии.
Шел, никого не трогал и заметил в переулке компанию подростков, что пристала к одному из попрошаек. Пригляделся.
Побирушкой был мальчик, лет десяти, не больше. У него не было ноги — только пустая штанина и клюка рядом. Опа! И руки тоже не было — ворот рубахи болтался. Я все больше хмурился. На глазу грязная, замызганная повязка. Дрянь! И глаза нет! Кто сотворил с ним такое? И что за жизнь у нас, раз ребенок должен просить денег у прохожих?
Подростки его пнули, а когда я подошел, услышал их короткий разговор.
— Эй! Ты кто такой?
Еще один пинок.
— Мы тебя здесь раньше не видели. Чего наглый такой и куда ты руку тянешь, а? Денег хочешь? Ха-ха-ха-ха.
— Пошли вон, звереныши! — Толкнул я первого же подростка в спину и тот от неожиданности упал на дорогу. Шлеп в лужу и по сторонам разлетелась грязь после дождя. Его приятели охнули.
Он зарычал от обиды, вскочил, достал нож и обернулся. Заметил, что я маг-неофит и только усмехнулся щербатым ртом. Осмотрелся, поняв, что свидетелей вокруг тьма и кивнув своим друзьям, ушел, глазами пообещав еще встретиться.
А Ти-о-та говорит у них нет банд…
— Ты как? — Спросил я нищего мальчишку.
— Нормально, господин, — слабым голосом ответил он, наблюдая за мной одним глазом.
— Кушать хочешь?
— Нет. Спасибо. Мне хорошо… — Поджал он под себя единственную ногу, по которой получил несколько пинков.
Я нахмурил брови.
— У тебя есть родные? Где жить?
— Да, господин.
Убедившись, что на нас никто не смотрит, я положил ему в карман все деньги, что у меня с собой были. Десяток хрустящих купюр.
— Держи.
— Ой, — удивился он. — Не надо. Это много, — попытался он возразить.
— Бери. И если негде жить, приходи к маяку, я его смотритель. Найду для тебя место. Понял? Кивни.
Он кивнул и сунул мне в руку красивый камешек в подарок. Я даже немного смутился от его наивности, но камушек взял, спрятав его запазуху. Попрощался и ушел, собираясь навестить его на обратном пути, взять продуктов и довести до маяка. Только шагов через сто я понял, что не помню, пах ли парень эмоциями или нет. Те малолетние бандиты пахли, да еще как, а он?
В полицейском участке меня уже ждали. Пропуск на мое имя оформлен. Всем пришлось объяснять, почему я так выгляжу. Винил во всем лестницу и крутые ступеньки. От меня отстали.
Стал бегать по кабинетам и заполнять бумаги. Ознакамливался с инструкциями. Потом попал на вещевой склад, где мне выдали форму и новенькие погоны с золотыми звездочками. Погладил их и улыбнулся.
Получил казенный бронежилет, дубинку — шокер, как маг, способный сам ее заряжать (плохонький артефакт), а от пистолета отказался. Мой лучше. Вместо этого взял двойной запас патронов своего калибра и на сладкое… один особый (на ученика) — патрон. Все под роспись, и под строжайшим надзором работника склада.
Как мне сказали, форму я обязан носить только во время несения службы, то есть четыре часа в день. Выглядела она как синий брючный костюм и фуражка на голову, от которой я сразу отказался. Буду носить свою соломенную, длиннополую шляпу. Вряд ли ко мне будут придираться. А так хоть лицо всегда в тени, все же я не люблю, когда не меня смотрят.