Что такое любовь? (СИ)
Пока я застыла на одном месте, прокручивая все сказанные слова в своей голове, и куталась от холода в толстовку Димы, парень куда-то отошёл и спустя несколько минут вышел из одной единственной здесь двери вместе с телескопом, я сначала не поверила своим глазам, а потом и вовсе забыла о том, что так отчаянно сокрушало мою голову и сосредоточилась на исследовании прибора.
— Это что, то, о чём я думаю? — восторженно смотря на Стрельцова, прошептала.
— Именно. Я подумал, что тебе это может быть интересно и поэтому привёл сюда, на крышу. Это, можно сказать, одно из моих хобби — смотреть на звёзды. Обычно небо не всегда такое ясное, усыпанное звёздами, но сегодня нам повезло.
И парень со знанием дела начал настраивать телескоп, устанавливая его в правильном положении и фиксируя.
— Прошу, — приглашающим жестом Дима указал на стоявший перед нами прибор и я, восторженно пискнув, подошла к нему вплотную и заглянула. Передо мной расстелилось всё небо вблизи и я разглядывала каждую звёздочку, иногда и знакомые созвездия, такие как Большая Медведица. Я испытала такие непередаваемые эмоции, что описать их просто не могу. Улыбка, появившаяся на моих губах, не хотела сходить.
Да и Дима стоял рядом и тоже улыбался, наслаждаясь моим обществом. Сейчас все мои мысли сводились только к нему: он такой хороший, такой заботливый, понимающий, поддерживающий… нежный, чуткий.
Этот вечер заставил взглянуть на него по-другому и то, что открылось передо мной — мне очень и очень нравилось. Вот только… во что всё это выльется? Страшно заглядывать в будущее, ну а сейчас… почему бы просто не наслаждаться тем, что происходит?..
Глава 16.1. Дмитрий Стрельцов
Урок номер семь: «Жизнь — это задача, которую никто не решил без ошибок»
*****
— Уже светает, — устремив свой взгляд в сторону горизонта, подметил я и немного разочарованно выдохнул. Не хотелось прерывать то, что так неплохо началось и так хорошо продолжалось.
— Да, действительно, что-то мы не заметили, как быстро пролетело время, — чуть смущённо улыбаясь и отодвигаясь от меня, ответила Аля и позволила мне подойди к телескопу, чтобы вновь его сложить и отнести в квартиру.
Боковым зрением наблюдая за девушкой, чью голову вновь наполнили мысли и достаточно было всего одного взгляда, чтобы это понять, я не мог просто взять и бросить её, оставить один на один с навалившимися неприятностями. Это было как-то неправильно, подло после всего того, что произошло на этой крыше. Будто бы мы не просто разговаривали, а раскрывали души, делились самым сокровенным, не боясь пожалеть об этом после. И оказанное мне доверие — это знак, определённо.
Думаю, всё же есть у меня одна идейка на первое время, ею мы сейчас и воспользуемся…
В данном доме, на чьей крыше мы так любезно расположились этой ночью, переходящей в раннее утро, живёт Алан, который и предоставил мне ключи от своей холостяцкой берлоги: в любой момент я мог появиться здесь и не быть незваным гостем, потому что уровень нашего доверия дорос до того, что иногда я мог переконтоваться у него без лишних вопросов, также, как и парень, появившись на пороге нашего с матерью и братиком дома, мог прочувствовать все грани нашего гостеприимства. Это уже было чем то привычным и обыденным, а также вполне удобным, на что мы уже давно перестали обращать внимание.
— Как я понимаю, идти тебе сейчас некуда? — не озвучить этот вопрос я не мог и, видя, как девушка стушевалась ещё больше, понятливо хмыкнул. О чём-то таком я и предполагал, строя планы на ближайшие пару часов.
Мы начали спускаться с крыши и параллельно я придерживал девушку за локоть, чтобы в темноте она ненароком не споткнулась и не нанесла себе вред. Всё же, я чувствую себя ответственным за неё, так как Фил доверился именно мне. И это доверие я не пошатну.
Проблемы бывают у всех и это нормально, нормально также и то, что не всегда сразу получается их решить. Но на такие случаи и нужны друзья, разве не так? И, в данный момент, как самый настоящий друг, за последнее время успевший им стать, по крайней мере, я не могу оставить её наедине с её мыслями.
Всё это время я всячески старался растормошить её, вывести на беседу, получить хоть какие-либо эмоции, чтобы Аля не закрывалась в себе, не отгораживалась от всего мира и, вроде как, у меня это получалось. Девушка уже не было такой зажатой и стала чуть более раскрепощенной, смирилась с произошедшим и не пыталась безуспешно что-то изменить, что не было в её силах.
Я догадываюсь, что могло произойти, всё же слышал обрывки фраз Фила, но пока свои предположения не спешил озвучивать, мне достаточно общей сути, а вот уж если Аля сама захочет — то расскажет, это дело уже исключительно её выбора.
Но всё же тот поцелуй, случившийся в машине… постараюсь списать его на случайность, потому что в тот момент я не смог себя остановить, как-то сдержаться и, уж тем более, как-то контролировать. А те ощущения, которые я испытал, точно не проявляют по отношению к тем, кого считают подругой. Это было словно наваждение, идея-фикс, напрочь отключившая мою голову и притягивавшая словно магнит. Её мягкие, чуть прохладные губы. Медленные, дурманящие движения. И запах, сводящий уже и так немного поехавший разум с ума.
Сейчас же, немного освежив свои мысли, перед собой я четко вижу младшую сестрёнку своего друга, а значит, свою подругу. И, несмотря на всё мое любопытство и желание попробовать что-то большее, перешагнуть ту грань дозволенного, сдаться под напором собственных ощущений, я остановлю себя на этом. Не хочу ничего менять, не хочу ничего портить. Тем более в тот момент, когда маленькая, беззащитная девушка, доверчиво заглядывающая мне прямиком в душу, стала мне очень дорога.
Один раз мне это уже вылилось в не очень-то и хорошую историю, повторения я не хочу. Только не с ней…
— Прости, но я, наверное, пойду, — прерывая мои мысли и спускаясь вместе со мной по лестнице на шестой этаж, озвучила своё желание Крылова и я, где шёл, там и остановился, чтобы заглянуть в её глаза. — И так доставила тебе слишком много проблем, выплакалась как в жилетку, хотя не должна была этого делать, я ведь будущий психолог. Первое наше правило — это свежий, не затуманенный разум, а я позволила взять эмоциям верх над собой, не говоря уже обо всём остальном…
— Пустяки, — зачарованный её голосом, но возмущённый словами, отмахнулся от сущей глупости. — Я поступил так, как поступил бы любой хороший друг. Мы же с тобой друзья, Аля!
— Друзья? — поражено переспросила она, застывая, и я улыбнулся. Как бы мне не хотелось произнести другие слова, я не мог. Язык не поворачивался сказать то, что способно разрушить и так не особо устойчивые, только-только выстроенные между нами мосты.
— Ну конечно, друзья, — кивнул.
— Значит, друзья… — ошеломлённо прошептала она, будто пробуя это слово на вкус, но в следующий миг будто бы опомнилась, не желая показывать мне промелькнувшую в глазах досаду. Но я заметил и от этого мне стало только ещё больнее. Ну нельзя, нельзя мне переступить ту черту! Не с ней, не с этой девчонкой… — Это, конечно, многое меняет.
— Да и куда ты сейчас пойдёшь? — опомнившись и вернувшись к изначальной теме обсуждения, чтобы немного отвлечься, спросил, пытаясь достучаться до Крыловой. — Сама ведь не стала отрицать, что некуда направиться.
— Тут ты прав, но…
— Вот и прекрасно, и никаких «но»! Не переживай, сегодня мы заночуем в квартире моего друга, его нет дома, тут вообще без проблем, а после уже что-нибудь придумаем. Вместе. Одну я тебя в этой ситуации точно не оставлю.
Эти слова дались мне легко, потому что это действительно то, что я хотел. Уж помочь-то я как раз и в силах, если большее для нас под запретом. Это не вопрос времени, это неизвестная. И на кон ставятся не только наши взаимоотношения, но и в целом ближайшее будущее. Однако кто сказал, что и дружить плохо? Я не вижу в этом ничего плохого, к тому же, эта девушка и как подруга — самая лучшая кандидатура. Для меня уж точно.