Тихое семейное счастье (СИ)
— Да, хорошо, — кивнула Лида. — Пирожки напеку. Пойдем, Настенька.
— Спасибо вам огромное! — воскликнула обрадованная родительница и поспешила приводить в исполнение свои планы.
Лида, уставшая, перепачканная мукой, месила тесто. В кухню заглянул Валентин с похныкивающей Танюшкой на руках.
— Она уже кушать хочет, — сказал Валентин.
— Мне не разорваться, — ответила Лида. — Сейчас закончу и покормлю.
В кухню вошла Настя.
— Тетя Лида, я тоже кушать хочу.
— Тете Лиде не разорваться, — объяснил Валентин. — Сейчас она пойдет кормить Танюшку, а мы с тобой приготовим ужин. Сами поедим и тетю Лиду накормим.
Лида устало улыбнулась. Прикрыла тесто, вымыла руки, взяла дочурку и ушла с ней в спальню.
Валентин поставил чайник, достал картошку, кастрюльку и сказал Насте:
— А ты пока накрывай на стол. Тарелки вон там.
Ужинали втроем. Поглядывая на Настю, Лида представляла, что скоро они будут вот так ужинать втроем с подросшей Танюшкой.
На улице давно стемнело. Настя, сидя на диване, листала настенный календарь, снятый со стены и, зевая, разглядывала иллюстрации. Валентин готовился к предстоящему собеседованию, просматривал материалы.
Зазвонил сотовый телефон Лиды, лежащий на столе. Валентин взял телефон, услышал голос Настиной мамы.
— Лида, извините! Пожалуйста, выведите Настю на улицу, я уже вышла, к вам иду. Совсем замоталась.
Он так ничего и не успел сказать, мама Насти отключилась.
Валентин подошел к двери спальни, осторожно заглянул. Слабый свет ночника освещал спящую Танюшку в ее кроватке и Лиду, уснувшую в одежде на застеленной кровати. Валентин тихо закрыл дверь, сказал девочке:
— Настя, пойдем, твоя мама звонила.
Она с готовностью встала с дивана.
Валентин с Настей вышли из подъезда, направляясь к соседнему дому. Им навстречу выбежала ее мама.
— Валентин Викторович! Спасибо вам огромное за Настеньку. Такие успехи! Я вам так благодарна.
Из темноты неожиданно материализовался невысокий коренастый мужчина, который сходу двинул Валентину в глаз, сопровождая это действие грозным рыком:
— Альфонс хренов!
Валентин схватил мужчину за грудки, Настина мама бросилась к ним, пытаясь прояснить ситуацию, но все заглушил пронзительный визг девочки и ее отчаянный крик, который разнесся над притихшим микрорайоном:
— Не бейте моего папу!
Этот визг и этот крик заставили заснувшую было Лиду вскочить с кровати и выбежать из спальни. В гостиной были явственно слышны крики, доносящиеся с улицы, что-то кричали мужской и женский голоса, но их перекрывал истошный вопль Насти.
Лида, как была, в домашней одежде, в тапочках, выбежала на улицу, спросонья не понимая, что происходит.
Недалеко от подъезда копошились темные фигуры. Она подбежала ближе.
— Пусти, альфонс хренов! — кричал какой-то мужчина, пытаясь вырваться из крепких рук Валентина.
— Не бейте моего папу! — отчаянно кричала Настя.
Ее мама вцепилась в мужчину, тоже кричала:
— Петя, ты все не так понял! Это Настин учитель. Он занимается с Настей.
— Ночью! В каникулы! Ты че мне лапшу на уши вешаешь? — орал в ответ Петя, намереваясь снова ударить «альфонса».
— Да, занимаюсь. Математикой! — сказал Валентин, удерживая мужчину.
От этих слов тот пришел в такую ярость, что сумел вырваться, но Валентин снова перехватил его.
На помощь Валентину пришла мама Насти, схватив своего мужа за руку повыше локтя.
— Какая, блин, математика! — орал оскорбленный муж.
— Ой, не надо про математику, — попросила Валентина Настина мама.
— Папа, это Валентин Викторович! Не бей его! — крикнула девочка.
— Что случилось? — спросила Лида.
Мама Насти, с трудом удерживая своего разбушевавшегося супруга, с гордостью пояснила:
— Представляете, муж приревновал! Сказал, что завтра приезжает, а сам сейчас нагрянул.
— Нарочно сказал! — вклинился ее муж. — К Лиде она побежала, ага! Ничего себе Лида! Еще и ребенка в свои шашни впутала!
— Лида — это я. В чем дело?
Услышав строгий голос, Петя немного успокоился, озадаченно глядя на женщину в халате и тапках.
— Да, да, это Лида, жена Валентина Викторовича, — подтвердила мама Насти.
— Папа, это мой учитель! Не бей его! — снова крикнула девочка.
Похоже, ее отец разобрался, наконец, в ситуации, сказал Валентину примирительно:
— Все, пусти уже, задушишь.
Валентин отпустил его, отошел в сторону, поглядывая настороженно, готовый к новому нападению. Настя повисла на руке отца с одной стороны, ее мама вцепилась в своего мужа с другой.
— Учитель, что ли? Ну, извини, — пробурчал Петя. — Сказали мне тут, понимаешь, что у жены альфонс завелся, такой… качественный.
И дальнобойщик Петя направился к себе домой с виснущими на нем родными.
Лида посмотрела на Валентина, под глазом которого виднелся след от удара, грозящий стать синяком. Этого еще не хватало перед собеседованием!
— Пойдем, что-нибудь холодное приложим, — озабоченно предложила она.
Они бегом поднимались по лестнице. Уже в подъезде слышался плач проснувшейся Танюшки.
Дверь в квартиру была закрыта, но не заперта на замок.
— Помчалась, ребенка бросила, — сказал Валентин. — Хорошо еще, дверь не захлопывается.
18. Собеседование
Лида ходила по спальне с плачущей Танюшкой, которая никак не желала успокаиваться. Валентин лежал в постели.
— Не плачь, моя маленькая, не плачь, моя хорошая, — уговаривала Лида дочурку. — Если будешь плакать, папа не выспится, а у него завтра собеседование. А если его не возьмут, то денежек у нас не будет.
Валентин встал.
— Мешаем, да? — виновато спросила Лида. — Может, на диван спать пойдешь? Там, наверное, не так слышно.
— Давай Танюшку, — распорядился он. — Пугаешь ребенка всякими ужасами.
Валентин взял малышку, расхаживая по спальне, запел тоненьким голоском в танцевальном ритме:
— Жил-был у бабушки,
Серенький ко-озлик,
Серенький ко-озлик…
Лида тихонько фыркнула — необычная интерпретация известной песенки.
Валентин выдержал небольшую паузу и произнес свирепым басом:
— Серый ко-зел!
Лида зарылась лицом в подушку, всхлипывая от смеха.
— Бабушка козлика
Очень люби-ила,
Очень люби-ила… — тоненько пропел Валентин и снова резко перешел на свирепый бас:
— Бабка козла!
Танюшка затихла, прислушиваясь к смене голосов.
— Спит? — недоверчиво спросила Лида.
— Нет, на меня смотрит.
Утренние лучи солнца осветили спальню и мирную картину: Танюшка сладко посапывала в кроватке, ее родители, полуодетые, спали на постели, кое-как прикрывшись краем одеяла. Зазвонил сотовый. Валентин, сонный, потянулся за телефоном.
— Что? Такси? Да, заказывал. Минутку подождите!
Он вскочил, бросился в ванную.
Лида проснулась, встала. Заплакала проснувшаяся Танюшка.
— Проспал! — ужаснулась Лида.
Взяла дочурку на руки, пошла на кухню.
Валентин в спешке одевался, второпях не сразу попадая в штанины брюк и рукава рубашки. Оделся, наконец, выбежал в гостиную, схватил папку.
Лида с бутылочкой молочной смеси и с Танюшкой на руках вышла из кухни, увидела выбегающего из спальни Валентина и ахнула: под глазом явно виднелся синяк.
Валентин помчался в прихожую, Лида побежала за ним:
— Давай хоть синяк кремом замажу! Подержи Танюшку.
Он взял и Танюшку, и бутылочку с молочной смесью, а Лида быстро помазала синяк кремом. Вздохнула огорченно: все равно заметно.
Запыхавшийся Валентин влетел в приемную. Юная красотка-секретарь взглянула на него укоризненно:
— Он уже ждет.
Валентин кивнул ей на ходу, еле переводя дыхание, подошел к двери в кабинет потенциального работодателя.
Директор фирмы, невысокий, простоватый мужчина лет сорока, стоял посреди кабинета, сурово и недоброжелательно глядя на вошедшего красавчика: опоздал. А в каком виде пришел!