Грязные новости (ЛП)

— Кусай.
Я вонзила зубы в ткань, пока его пальцы оставляли синяки на моих бедрах.
Оргазм окатил меня, как ведро горячей воды. Внезапно и неистово он охватил мое тело. Я так сильно впилась зубами в ткань, что, казалось, сейчас разорву ее. Рухнула на пол, но Селиан не дал мне опомниться. Селиан ловко перевернул меня и забрался на меня сверху, обнаженный ниже пояса, но все еще в рубашке. Я не знала, когда это произошло, но начинала привыкать к тому, что вела себя очень пьяно и очень глупо каждый раз, когда он и его рот оказывались поблизости.
Я подумала, что он собирается засунуть свой набухший пенис между моих ног, и хотела возразить, но он удивил меня, подвинувшись еще выше, пока его задница не оказалась на уровне моей груди. Мужчина выдернул ткань из моего рта и бросил ее на пол, направляя свой член в мой рот ладонью.
— Все равно трахну тебя сегодня, только не в ту дырку, в которую стремился.
— Подожди. — Я просунула руку между нами, сжимая его член. Несмотря на то, что он был помешан на контроле, его веки закрылись, и он позволил мне гладить свою плоть вверх и вниз. — Если хочешь, чтобы я тебе отсосала, брось эту затею с химчисткой. Сам отдай одежду в чистку, а заодно, подай официальную жалобу. Таким образом, они дважды подумают, прежде чем красть. Согласен?
Селиан откинул голову назад и рассмеялся.
— Не согласен.
— Отлично, тогда ничего не будет.
Это быстро отрезвило его. Я извивалась под ним, делая вид, что отстраняюсь, и он навалился на меня еще сильнее, игриво прижав ладонь к основанию моей шеи.
— Ты меня шантажируешь, мисс Хамфри?
Я крепче сжала его член, прижимая большой палец к жемчужине предэякулята, собирающегося на кончике, поднося палец к губам и пробуя на вкус со сладостной улыбкой на губах. Если он ожидал реального ответа словами, то недооценил меня. Действия говорили громче, и прямо сейчас я держала его за яйца. Почти в буквальном смысле.
Его ноздри раздулись, а губы скривились в гримасе.
— Лучше бы это был адский отсос.
С этими словами Селиан схватил меня за затылок и протолкнулся мне в рот, пока я не почувствовала его кончик у задней части горла. Я почувствовала рвотный рефлекс, но не могла показать ему свою уязвимость, ведь мне пока удавалось обходиться без этого. Так что я приняла все, что он мне давал, и даже вздохнула от удовольствия. Его яйца прижались к моему подбородку, и я почувствовала, как моя влажность стекает на пол и непроизвольно раздвинула ноги. Он начал толкаться в мой рот, и я жадно сосала, наслаждаясь его вкусом. Скользнула рукой ему за спину, и начала играть сама с собой, отсасывая ему. Мужчина схватил меня за волосы, приподнял свою задницу под лучшим углом и толкнулся сильнее, отбросив мою руку.
— Сейчас моя очередь.
Но я ничего не могла с собой поделать. Потребность ласкать себя покалывала между ног. Кроме того, я была уверена, что позже буду сожалеть о каждом мгновении, так что с таким же успехом могла бы покинуть эту комнату с двумя оргазмами. Я выгнула спину, пытаясь тереться об воздух и скуля от разочарования вокруг его члена.
— Кончаю, — объявил он, даже не спросив, можно ли сделать то, что он собирался.
Через секунду у меня во рту появилась теплая густая жидкость. Я проглотила прежде, чем она успела попасть на мои вкусовые рецепторы, задержав дыхание, как делала каждый раз, когда заканчивала оральный секс с Милтоном. Селиан оттолкнулся от меня, все еще держа мои волосы в кулаке. Он выглядел таким же взбешенным, как и при входе в эту комнату, ничуть не тронутым тем, что мы только что сделали.
Я прикрыла рот ладонью, понимая, что тонкая струйка спермы стекает с уголка моих губ.
— Что я наделала? — прошептала я.
Реальность обрушилась на меня. Я снова это сделала. Только на этот раз все было в тысячу раз хуже. Потому что теперь знала, что он мой начальник. Селиан не был самоуверенным и напористым туристом; на самом деле он был разъяренным американским мудаком.
— Отымела своего босса, — сказал он своим фирменным пресыщенным тоном, вставая и застегивая брюки. Он скомкал мое платье и бросил мне в руки. Оно было мокрым и мятым. — Ты же не можешь трахать своего босса и его отца, правда? Думаю, я принял решение за тебя.
 
Почему, черт возьми, он думал, что я буду спать с Матиасом?
— Кроме того, я бы не советовал выходить отсюда в ближайший час. Ты реально жестоко обошлась со своим платьем, — ухмыльнулся он и, извинившись, неторопливо вышел и закрыл за собой дверь.
Я закрыла лицо руками и застонала.
«Вот ублюдок».
Вечером, когда я вернулась с работы, папы дома не было.
Паника сжала мое горло, ведь он никогда не выходил из квартиры, не предупредив меня. Его отсутствие быстро развеяло туман, порожденный Селианом. Я поискала в доме, как будто он мог прятаться в шкафах, затем схватила ключи и пошла по нашей улице, выкрикивая его имя под моросящим осенним дождиком. Папа не мог уйти далеко. У нас больше не было машины, и он ненавидел метро. Осознание того, что я должна позвонить кому-то — кому угодно, — поселилось во мне, но вместе с этим пришло осознание того, что мне не к кому обратиться.
Обычно в такие моменты я звонила Милтону.
Но теперь мы с Милтоном больше не были вместе.
Наши общие друзья были слишком заняты, говоря мне, что я наивная и осуждающая за то, что не дала ему второго шанса. Грейсон и Эйва были великолепны, но я не знала их достаточно хорошо, чтобы свалить на них свои личные проблемы. А Селиан… горький смешок сорвался с моих губ. Я скорее умру, чем скажу ему, что мне нужна помощь.
Через сорок минут я решила вернуться домой, чтобы обдумать свои варианты. Вошла в наше здание и обнаружила папу спящим на пропахшей старым деревом лестнице. Его лысая голова была прислонена к перилам, из уголка рта текла слюна. Он выглядел безмятежным и хрупким, как произведение старинного искусства.
Я встряхнул его, чтобы разбудить.
— Где ты был? — закричала я, меня даже не волновало, что напугала отца.
Папа резко открыл глаза и удивленно моргнул. Слезы облегчения потекли по моим щекам и шее, и я поняла, что нет смысла вытирать их, просто чтобы освободить место для новых. Я держалась за него, как за якорь, опустилась рядом с ним на покрытую пятнами лестницу и уткнулась головой в его шею. Ошеломляющая мысль о том, что когда-нибудь в ближайшем будущем больше не смогу этого делать, сдавила мне горло.
Мой отец скоро умрет.
Я останусь совсем одна в этом мире.
— Со мной все в порядке, Джоджо. В порядке. Видишь? Смотри. — Он пошевелил своими безволосыми бровями, постукивая себя по груди, как будто это был старый телевизор, который выдавал плохой сигнал. — Я просто пошел навестить миссис Хоторн. У нее сложилось впечатление, что я послал ей цветы. Ты можешь в это поверить?
Конечно, могу. Потому что именно я оставила их у ее двери. Миссис Хоторн была новичком в нашем здании. Она переехала из своего огромного дома в Рочестере, когда умер ее муж, ведь ее дети завели собственные семьи и покинули дом.
— В любом случае, — усмехнулся он, — должно быть, я устал по дороге вниз и задремал. Извини. Я не хотел тебя беспокоить.
Я разрывалась между тем, чтобы позволить себе полностью сломаться перед ним и держать себя в руках ради него. Сжала его холодные щеки и наклонила его голову так, чтобы мы смотрели друг на друга. Мой отец всегда был крупным парнем. Он работал кровельщиком в Бруклине всю свою жизнь, пока рак не ворвался в нашу дверь. Но из-за болезни он стал тощим. Таким хрупким, что всякий раз, когда папа провожал меня до супермаркета, поддерживала его — человека, который нес меня на плечах, пока я не пошла в первый класс.
 
— Ох, малышка, ты шла за мной? — Папа всегда так говорил, когда ставил меня на землю.
Я всегда смеялась.
— Ты нес меня, глупышка!