Ева. Зов полуночи (СИ)

Я одним прыжком оказалась на земле и понеслась в сторону дома. Ничего, сейчас перекинусь и нормально позавтракаю в человеческом обличье.
Как-то я уже ела пойманного зайца. Кошке было очень вкусно, но, когда мама увидела меня с перемазанной кровью мордой, чуть не свалилась в обморок и долго выговаривала, что питаться можно и нужно только в человеческом обличье. Ей было дико, что ее дочь в состоянии загрызть животное и съесть его сырым. А мне?.. Я была оборотнем, наполовину животным, но приняла правила игры и даже в обороте стараться вести себя как человек, и теперь именно это считала нормой.
По дороге меня обогнала черная тень Алекса, и, когда я подбежала к домику, где хотела обернуться и одеться, он загородил мне дорогу. Парень уже обернулся и даже успел надеть свои провокационные штаны.
— Н-да, не думал я, что все так запущено…
Я рыкнула и попыталась его обойти. Но он самым бесцеремонным способом ухватил меня за шкирку и начал перед собой крутить, демонстративно рассматривая. Я даже опешила поначалу.
— Красотка… когда-нибудь будешь… Наверное. Если научишься принимать свою звериную сущность, а пока… так, щенок. В школе наступят и раздавят. Я советовал бы тебе там не оборачиваться, даже если будут сильно провоцировать.
Я, наконец, пришла в себя, зарычала и замолотила в воздухе лапами в попытке расцарапать его наглую рожу.
— Ну ладно-ладно, не нервничай, — и он опустил меня на пол в раздевалке.
Мои челюсти клацнули у самой его руки, но он только рассмеялся и ушел, а я осталась шипеть ему вслед. Моя кошка чувствовала, что он нам пока не по зубам, но, как и я, была бы очень не портив оставить след своих зубов на его заднице. Но я-человек посчитала это ниже своего достоинства и злая пошла оборачиваться и переодеваться.
 Глава 12 
Пока я добралась до дома, пока умылась, оказалось, что уже все сидят за столом. Я поздоровалась с Ладой и Максом, который тут же похвалился, что вчера перед сном вырвал зуб, и щербато улыбнулся.
— Ого! — улыбнулась я в ответ ребенку. — А мышка к тебе уже приходила?
— Кто? — глаза мальчишки стали огромными.
— Ну мышка, которая забирает выпавшие зубки и на их место кладет денежку или конфету.
Взгляд Макса из удивленного стал возмущенным — как так, его лишили законного дохода! Он перевел его на отца и мать:
— То есть мышка должна была прибежать и про меня забыла?
Отец скривился:
— Это у людей за зубами прибегают грызуны, а оборотни сами с радостью избавляются от выпавших зубов. Им для этого мыши не нужны.
— То есть людям эти грызуны деньги и сладости приносят, а оборотням нет?
— Вот так, братишка, — усмехнулся Алекс, — боятся они нас.
— Но это нечестно! — возмутился ребенок.
А я поняла, что влезла с человеческими традициями, куда не следовало, и поспешила исправить ситуацию:
— Зато у людей нет второй ипостаси. Что бы ты выбрал: оборачиваться в пантеру или мышь?
Макс даже не думал:
— Конечно, оборот!
— Тогда нечего и расстраиваться.
— А к тебе мышь приходила? — через минуту молчания спросил мальчик и требовательно посмотрел мне в глаза.
И не соврешь, когда на тебя смотрят такие доверчивые и требовательные детские глаза. Конечно, все мои зубы дисциплинированно забирала из-под подушки мама, но лет до десяти я верила, что за ними приходила мышь.
Лада отлично поняла мое замешательство.
— Конечно, не приходила. Ева же тоже оборотень, и мыши ее боятся.
Алекс как-то подозрительно закашлялся, и на грани слышимости я расслышала:
— Ну разве что мыши боятся…
К лицу прилила краска, и я с остервенением накинулась на недоеденный омлет.
Наконец, завтрак подошел к концу. Я отпила последний глоток кофе, и отец, демонстративно посмотрев на большие напольные часы, сказал:
— Александр, тебе уже пора в гимназию. Не опаздывай. Узнаю, что ты опять прогуливал — будешь наказан.
Парень на это высказывание только дернул уголком рта и не сдвинулся с места, продолжая допивать кофе. Тогда отец перевел на него тяжелый взгляд и добавил так, что мне захотелось сорваться с места и нестись в неизвестную гимназию.
 
— Я непонятно выразился?
— Вполне, — спокойно ответил парень.
Допил кофе и только после этого встал и вальяжно направился на выход из столовой.
— Силен, — задумчиво произнес отец после его ухода и обратился ко мне: — С понедельника пойдешь в гимназию. Школьная программа у нас немного другая, поэтому несколько дней позанимаешься с репетиторами. А пока отдаю тебя в руки Лады. У вас, женщин, своя подготовка к школе.
— Точно такая же, как у мужчин, — парировала женщина и улыбнулась. — Школьная форма нужна и тем, и другим.
— А я? Я когда пойду в школу? — спросил Макс.
— На следующий год, а пока беги заниматься с няней. Она уже наверняка придумала новую игру.
Мальчик подскочил и радостно унесся из столовой, чмокнув в щеку Ладу и отца.
У меня в детстве такого не было. Хотя частично отца мне заменил дядя Сережа. Он замечательный. Так что завидовать мне нечему. Точно, не чему!
Лада перевела на меня взгляд:
— Ну что, переодеваемся и едем в город? Я уже договорилась с модисткой.
Нужно — значит, едем.
 Глава 13 
В моем представлении поход к модистке означал, что мы поедем на дом к какой-то женщине, которая занимается пошивом одежды. Ну ладно, пусть не на дом, а в какое-нибудь ателье. Но реальность превзошла все мои ожидания! Все время забываю, что мой отец — шишка в местном обществе.
Мы приехали ни много ни мало в «Модный дом Франчески», сверкающий стеклами и какими-то немыслимыми завитушками, украшавшими фасад. Я сглотнула, когда мы вышли из машины, и, стараясь выглядеть равнодушной, спросила:
— А мы к Франческе?
— О нет! — улыбнулась Лада. — Франческа уже давно отошла от дел, но название осталось прежним. Это уже бренд. Мы к ее внучке Наташе, — и, наклонившись пониже к моему уху, добавила: — Она — сервал, а они, как ты знаешь, известны своими длинными ногами и большими ушами. К сожалению, ее человеческая ипостась переняла обе эти особенности, поэтому можешь спокойно восхищаться ее стройными ногами, но ни в коем случае не заикайся об ушах. И старайся на них лишний раз не смотреть. Она этого не любит, хотя и стремится эпатировать публику.
Последнее высказывание я не совсем поняла, но все встало на свои места, когда я увидела хозяйку заведения.
Она лично встречала нас почти у самого у входа, но предупреждения Лады мне совершенно не помогли. Я тупо уставилась на эту шикарную женщину и не могла отвести от нее взгляда. Ноги у Наташи и правда были очень длинные, экстремально высокие шпильки делали их еще длиннее, а уши… Я думала, что женщина их прячет. Но она собрала длинные вьющиеся русые волосы в пучок на затылке и выставила свои, не побоюсь этого слова, лопухи на всеобщее обозрение. Только эти лопухи были упакованы в такие стильные сережки, закрывающие собой почти всю внешнюю часть уха, что я залюбовалась. Смотрелась женщина шикарно, очень экзотично и не смешно.
— Здравствуй, Лада! Рада тебя видеть в моем скромном заведении.
— Наташа, лучший модный дом во всех Хищных землях никак нельзя назвать скромным. Выглядишь шикарно!
— Спасибо дорогая, — довольно улыбнулась женщина. — Ты тоже, — и они дотронулись щеками и втянули носом воздух у уха друг друга. — Друзья здороваются тут так, привыкать мне к этому и привыкать. — А это, как я понимаю, дочь Глеба?
— Да, знакомься, это Ева. Ева — это Наташа.
— Очень приятно! — обаятельно, но оценивающе улыбнулась она. — Мы сделаем тебе отличную школьную форму!
— Мне бы обычную, — на всякий случай уточнила я, а то мало ли что она имеет в виду.
— Обычное в моем доме не шьют! — показательно оскорбилась Наташа, но тут же улыбнулась, смягчаясь. — Поверь, тебе понравится, — и повела нас мимо одиноких вешалок с умопомрачительными нарядами и стоек с аксессуарами вглубь здания.