Дистанция (ЛП)

— Мне жаль, Сиенна, я только что увидел, как другой мужчина прикасается к тебе, и я пришел в ярость. Я ничего не могу поделать, когда дело касается тебя. Я, блядь, не могу тебя потерять. Мне раньше некого было терять. Не думаю, что я смог бы это вынести. — он вздыхает.
Положив руку ему на бедро, я нежно поглаживаю его вверх-вниз, пытаясь успокоить.
— Я обещаю, что никуда не уйду. Я хочу только тебя и всегда.
— Хорошая девочка.
— Теперь веди машину быстрее, чтобы я могла снять это обтягивающее платье и позволить тебе трахнуть меня. Это все, о чем я думала всю ночь. Я дразню.
— О, поверь мне. Сегодня вечером мы пройдем всю дистанцию. К тому времени, как я закончу с тобой, детка, твоя задница будет видеть звезды.
— Это звучит как рай.
ГЛАВА 18
Келлер
Она первый человек в моей жизни, который дал мне под зад, и я не могу быть счастливее от этого.
Мы неизбежны. Я не верю в судьбу и всю эту чушь. Но, должно быть, в игру вступила какая-то другая сила природы, когда ее усадили ко мне на колени.
У меня есть моя собственная совершенная богиня, обнаженная и стоящая на коленях передо мной. Ее кожа блестит, когда горизонт Нью-Йорка мерцает в спальне. Она готова и ждет, когда я заявлю на нее права, буду владеть ею.
На этой земле нет ничего, что могло бы помешать мне овладеть ею, не только сейчас, но и навсегда. Я почувствовал вкус и не могу ее отпустить. К черту последствия. Ничто никогда не мешало мне бороться за то, что я хочу, и я собираюсь бороться изо всех сил, чтобы удержать ее.
Я могу быть достоин ее. Может, я и не заслуживаю ее, но я могу попытаться. Она усмиряет моего монстра внутри меня. Если я смогу выиграть этот бой и избавиться от своих связей с мафией, я не только смогу обезопасить ее, но и сброшу маску. Я смогу быть тем, кем ей нужен. Простой улыбки, озаряющей ее черты, достаточно, чтобы успокоить мой внутренний гнев.
Черт, то, как она заглянула мне в душу и поблагодарила за то, что я поджег машину ее бывшего, было подтверждением того, что она именно для меня. Она не только принимает мою тьму; она, блядь, любит ее. Маленькая развратная принцесса хочет, чтобы монстр защищал ее, владел ею и пожирал каждый дюйм ее тела. Так вот что я сделаю. Все оставшееся время моего пребывания на этой земле я посвящу поклонению ей так, как она того заслуживает.
— С чего ты хочешь, чтобы я начал, принцесса? — проводя пальцами по ее лицу, я приоткрываю ей рот. Тихий стон срывается с ее губ, приливая кровь прямо к моему члену.
— Ты хочешь, чтобы я трахал тебя пальцами, или моя жадная девочка хочет, чтобы мой рот пожирал ее киску, пока я трахаю тебя пальцами? — хрипло выдыхаю я, указательным пальцем приподнимая ее подбородок, чтобы она повернулась ко мне лицом. На ее щеках медленно появляется красный румянец, а в глазах вспыхивает чистый голод.
— Я хочу всего этого, Келлер, покажи мне, на что ты способен, Чемпион. Больше не прячься от меня. Свои самые потаенные побуждения. Покажите мне. Пожалуйста, сэр.
Черт возьми, эта женщина. Я подношу свои губы к ее губам и оставляю нежный поцелуй. Мне нужно напомнить ей, черт возьми, напомнить себе, что это больше, чем грубый, грязный секс.
— Давай проясним одну вещь. Я всегда буду относиться к тебе как к принцессе, которой ты заслуживаешь, когда мы будем за пределами спальни. Но когда мы будем здесь, я собираюсь трахнуть тебя, как шлюху.
Коварная усмешка растекается по ее пухлым губам, глаза мерцают от желания. Она воспринимает мои слова, и я чувствую, как у нее перехватывает дыхание. Я знаю, что она тоже этого хочет. Я почувствовал это в ту секунду, когда она приземлилась ко мне на колени. Она — мой идеальный фейерверк.
Она медленно кивает мне.
— Покажи мне. — ее глаза загораются.
Я крепче сжимаю ее шею и заставляю встать прямо, перенося часть веса другой рукой на ее талию. Мои губы всего в нескольких сантиметрах от ее, когда я сокращаю расстояние между нами. Я чувствую, как ее неровное теплое дыхание касается моего лица, на ней все еще остаются остатки дорогого шампанского.
 
— Я собираюсь связать тебе запястья. Я знаю, как сильно ты любишь прикосновения, но не сегодня. Сегодня все для тебя. Я собираюсь довести тебя прямо до грани наслаждения и обрушиваться на тебя снова и снова, пока ты не начнешь корчиться от боли. Только тогда я тебя трахну. Ты этого хочешь, детка? Ты хочешь быть полностью в моей власти? Все твое удовольствие исключительно в моих руках?
Проходят мгновения, наше тяжелое дыхание — единственный звук в комнате.
— Да-да, Келлер. Я хочу всего этого. Ее голос едва слышен.
Не в силах больше сдерживать свой голод, я прижимаюсь губами к ее губам, беря все, что могу достать. Скольжу языком в ее рот, смакую вкус шампанского, пока исследую. Есть что-то сексуальное в том, что ее нагота трется о мое полностью одетое тело. Она полностью обнажена, полностью доверяет мне. Вся власть полностью в моих руках. Руки, которые используются для причинения боли, — это те же самые руки, которые доставят ей наивысшее наслаждение.
Я резко прерываю поцелуй, не в силах больше терпеть. Мой член едва выдерживает, когда я рядом с ней.
— Ляг на спину на кровать, раздвинь ноги, детка. — мой голос глубокий и повелительный.
Она реагирует немедленно, покачивая бедрами, пока делает короткую прогулку к кровати, чувственно забираясь на матрас, выставляя свою киску напоказ. Моя богиня точно знает, что она делает.
Оказавшись на месте, я рывком открываю верхний ящик своего комода, роюсь в содержимом, чтобы найти белый хлопчатобумажный бинт для боксинга. Это первое, что приходит мне в голову, — связать ей запястья. Я не могу дождаться, когда надену этот же бинт на свои руки в следующем поединке, который может стать моим новым талисманом на удачу перед боем. Я ухмыляюсь, захлопывая крышку.
Я возвращаюсь к Сиенне, идеально распростертой на спине на моей кровати, ее волосы разметались над головой, создавая вокруг нее ореол. Я смотрю, как ее упругие сиськи приподнимаются с каждым вздохом. Я забираюсь на нее сверху, мои колени по обе стороны от ее бедер, пока я разматываю бинт, пропуская его через свои руки. Схватив оба ее запястья одной рукой, я начинаю оборачивать их вокруг себя, туго затягивая, когда я оборачиваю петлю под ними и начинаю оборачивать между ее руками, завязывая конец обратно.
— Хорошая девочка.
— Келлер, пожалуйста, сделай что-нибудь. Я сейчас взорвусь. Пожалуйста, прикоснись ко мне, сделай что-нибудь, что угодно. — в ее тоне сквозит отчаяние.
— Терпение, детка.
Я покрываю легкими поцелуями ее запястья, продвигаясь вниз по рукам, дюйм за дюймом. Когда я добираюсь до ее шеи, нежная плоть чуть ниже уха соблазняет меня, и я покусываю и посасываю, оставляя после себя любовные укусы.
Она всхлипывает в ответ.
Черт, вид моих отметин на ее теле что-то делает со мной.
Продолжая спускаться вниз по ее телу, я переключаюсь между нежными поцелуями и укусами, усиливая контраст между удовольствием и болью.
— Держу пари, если я уткнусь головой тебе между ног, с тебя, блядь, то с тебя течет. Посмотрим?
Я чувствую, как она кивает головой в сторону кровати. Недостаточно хорошо.
— Скажи, Сиенна, — требую я.
— Черт возьми, Келлер, засунь свою гребаную голову мне между ног, сейчас же! — она почти кричит.
Я хихикаю. Мы только начали, а она уже балансирует на краю. Ей нужно напомнить, кто здесь главный. Я быстро отрываюсь от нее. Я не хочу, но она должна знать.
Теперь, стоя над ней, ее тело обмякло в знак поражения, она пытается слегка поджать колени. Вырывая руку, я толкаю ее колени обратно на матрас.
— Здесь ты не имеешь права выдвигать требования, детка, и уж точно не имеешь права прятать от меня свою киску. Здесь все мое. — поколебавшись, я мгновение наблюдаю за не— А теперь замри спокойно, как хорошая девочка, и держи рот на замке. Хорошо? Я вижу, как ее губы складываются в тугую букву "о", прежде чем она захлопывает их и кивает.