Плакса (СИ)

Сообщение было прочитано в ту же секунду, а вот вместо ответа, он скинул мне фото, где на журнальном столике стояла стопка аккуратно упакованных подарков. На моих губах заплясала счастливая улыбка. Пусть не вместе, но мы оба занимались одним и тем же –упаковкой подарков. Словно уловив мое счастливое настроение, гирлянда на окне увеличила свой темп мигания. Я легла на кровать, где в полном беспорядке валялись упакованные подарки, и, сделав селфи, отправила его Леше. Ответ последовал незамедлительно, словно он и не выходил из нашего чата.
Леша:Жаль, что я не один из этих упакованных тобой подарков.
Я:Хочешь, чтобы тебя кому-то подарили?
Леша:Нет. Хочу также валяться рядом с тобой.
Он явно меня подразнивал тем, что в отличие от его аккуратной сложенной и упакованной стопки подарков, мои были разбросаны по всей кровати.
Я:Ты этого не сможешь увидеть, но хочу, чтобы ты знал, что я сейчас закатила глаза.
Леша:Это большое упущение для меня.
Я:Надеюсь, что так оно и есть.
Глупая улыбка никак не сходила с моего лица, пока мы переписывались.
Леша:Чем сегодня занималась?
Я:Упаковкой подарков. А ты?
Леша:Скучал по тебе.
Маленькое солнце зажглось в моей груди от этих слов, посылая теплые лучики по моим венам, согревая.
Леша:Ты еще занята?
Я:Папа уже в городе и совсем скоро они с Мариком и мамой вернуться домой. Хочу побыть с ними, пока мы здесь все вместе. ПростиL
Леша:Значит, увидимся завтра.
Я почти написала Леше, что он может приехать к нам, когда вспомнила, о чем хочу поговорить с папой и Мариком. Чувство вины укололо меня, но я, как и раньше, просто от него отмахнулась.
Я:Да.
Мне хватило лишь одного удара сердца, чтобы отправить вдогонку:
Я тоже по тебе скучала.
Сообщение было доставлено, но не прочитано. Я подождала несколько секунд, но Леша так и не вернулся в онлайн. Отложив телефон в сторону, я принялась заканчивать с упаковкой подарков. Мудборд получался таким милым и, с каждой приклеенной фотографией я все больше хотела оставить его себе. Написав на стикерах разные пожелания, на одном из них я написала то, что было важнее всего.Я тебя люблю.
Дыхание перехватило, когда я об этом подумала. Это чувство было таким хрупким, как тонкий лед, покрывающий землю в первые зимние морозы. Казалось, одно неверное движение, чуть более тяжелый вздох и он треснет. Раскрошиться на тысячи маленьких льдинок и собрать снова что-то подобное я никогда не смогу. Едкий голос внутри твердил о том, что я не могу оберегать что-то такое хрупкое, когда втайне от Леши делаю то, что единственное он просил не делать. Я любила его и хотела, чтобы его мечта сбылась.
Я спрятала стикер со своим признанием за фотографией, где Грей лежит на моих коленках. Если папа не даст ответ до Нового года, я признаюсь Леше во всем. Есть такая поговорка как новый год встретишь – так его и проведешь. А я хочу провести его рядом с любимым человеком, ничего от него не скрывая.
Сначала я услышала, как поворачивается ключ в замочной скважине, а затем и голоса. Я вскочила с кровати и побежала в прихожую встречать родителей и брата.
Увидев папу, я бросилась к нему в объятия. Он подхватил меня за талию и крепко обнял, целуя в макушку. В такие моменты я всегда чувствовала себя 3-ех летней Алисой, которую папа сажал к себе на плечи и катал по дому.
- А меня обнять? – послышался сбоку недовольный голос брата.
- Обойдешься, - вместо меня ответил папа. – Я слишком давно не видел свою маленькую лисичку.
Мама усмехнулась и похлопала брата по плечу, словно успокаивая его. Хотя я была уверена, он ни капли не возражал тому, что я приклеилась к отцу.
- Ты видел ее месяц назад, - сказала мама
- Слишком долго.
Я рассмеялась и, наконец, отлипла от папы, давая ему возможность снять с себя пальто и ботинки.
  
- Лисси, вместо того, чтобы мешаться под ногами, иди включи чайник, - скомандовал Марик.
Незаметно от родителей показав ему средний палец, я все же направилась на кухню, чтобы выполнить его просьбу. С каждым днем, зима становилась все холоднее и холоднее. Сегодня термометр показывал минус 17 градусов, а к вечеру поднялся еще и ветер, от которого не спасал ни шарф, ни шапка.
Мама вошла на кухню первой и поставила на стол коробку с чизкейком. В животе заурчало, оповещая меня о том, что последний раз я лишь завтракала.
- Как дела? Вы уладили дела с Анной Павловной?
- Нет, - мама достала кружки и поставила их на стол. – Эта женщина заверяла нас в том, что у Леши слишком богатая фантазия.
- Мам, он не стал бы врать…
- Тебе не нужно его защищать, Лисенок, - сказал входящий на кухню папа. – Мы бы с твоей мамой ни за что не усомнились в нем. А даже если бы и сделали это, ты и твой брат доверяете ему, а мы – доверяем вам.
- Спасибо, - я не знала, что еще можно было сказать.
Папа поставил стул рядом со мной и, сев на него, притянул меня за плечи к себе. Сверху вниз я посмотрела на него и впервые в жизни была рада тому, что унаследовала его серые глаза. Они смотрели на меня с любовью и заботой и я надеялась, что в моем взгляде близкие мне люди видели то же самое.
- Тебе не за что нас благодарить.
- Что будете делать?
- Отмечать новый год, - сказала мама, нарезая чизкейк. – Даже если завтра вопрос с пожарной инспекцией урегулируется, нет смысла открывать кофейню. Через пару дней новый год и людям сейчас не до этого.
- Но ты же теряешь деньги, выплачивая людям зарплаты, а прибыли браться не от куда.
Марк сел по другую от меня сторону и, притянув к себе тарелку с чизкейком, сразу полкуска запихнул себе в рот. Мама посмотрев на эту картину лишь покачала головой.
- Это не твоя забота, - ответил мне папа. – Мы с мамой решим этот вопрос. И тебе не нужно волноваться, все будет хорошо.
- Но…
- Лисси, тебе же сказали – не волнуйся.
- Послушай своего брата, - сказала мама подвигая ко мне тарелку с чизкейком.
Я не могла просто забыть о проблемах в Утопии, но если родители просили меня об этом не беспокоиться – я постараюсь так и сделать.
- Так значит, старший из братьев Лисовских теперь твой парень?
Папа не церемонился с подбором слов. Мама спрятала улыбку за чашкой чая, когда я посмотрела на нее и, как бы невзначай пожала плечами. Я не собиралась скрывать это от папы, но думала, что узнает он это от меня.
- Да. И его зовут Леша. Не называй его старшим из братьев Лисовских. Это жутко.
- Согласен, - сказал Марик.
- Я знаю, как его зовут. В конце концов этот мальчишка рос у меня на глазах. Все они.
Тон, с которым папа это произнес и выражение его лица говорило о том, что он недоволен.
- Ты против?
- Ты взрослая девушка, я не могу тебе что-либо запрещать.
- Но?
Папа посмотрел на меня и его хмурое выражение лица потеплело, когда наши глаза встретились. Я знала, что он может быть строгим, но всегда был справедливым. Если он не считал Лешу виноватым в том, что сделала Решетникова, тогда я не понимаю, почему он так холоден к нему.
- Но я считаю его безалаберным. Он бросил свою команду в такой ответственный матч, а после и вовсе ушел из хоккея, никому ничего не объяснив. Взрослые, ответственные люди так не поступают.
Я сглотнула. Конечно, все дело было в хоккее. Это мимо папы точно не прошло бы.
- Он не был тогда взрослым и ответственным, - сказала я в защиту Леши. – Он был подростком у которого не было другого выбора.
- Что ты имеешь ввиду? – спросила мама.
Я перевела взгляд на Марика. Он точно знал, что я имею ввиду. Но в ответ он лишь отрицательно покачал головой, как бы говоря, что не собирается ничего говорить родителям. Возможно и мне не стоило этого делать. Но я хотела, чтобы его не судили за поступки, мотивов которых они даже не знают. Поэтому рассказала родителям все, чем со мной поделился Леша. Мама слушала, цокая и неодобрительно качая головой. Папа не перебивал мой рассказ, изредка переводя взгляд на Марика, словно ища там подтверждение моих слов.