Проклятье, с*ка! 2 (СИ)
— Оль! — Мой выкрик прозвучал одновременно с тихими, почти неслышными пистолетными хлопками. Оля успела взглянуть на меня, улыбнуться, а через секунду упала на холодный асфальт. Машина с ускорением пронеслась мимо меня, визгнула на повороте колесами, и скрылась из вида.
Она лежала на асфальте без признаков жизни. Сложно подавать признаки с пулевым в сердце и во лбу. Сука! Да как так?! Всего каких-то десять-пятнадцать секунд. Как же быстро пронеслись события, словно кто-то нажал на спусковой крючок в самый неподходящий момент!
Я подошёл к ней, опустился на колено и прикрыл её мёртвые глаза рукой. Я не успел… Некогда рефлексировать, каждая секунда на счету. Нож. Удар. И я снова стою, привалившись плечом к дереву. Голова закружилась, сердце на секунду замедлило бег, а потом снова застучало с перебоями. Но меня это сейчас заботило меньше всего.
Что-то не сходилось. Что-то неправильное было во всём этом. Если бы ещё голова нормально работала и я не тормозил… Точно! Как я сразу не понял! Какого хера они стреляли в неё? В прошлый раз она была убита не так. Что изменилось? Увидели меня? Вряд ли, я только отошёл от дерева… Но могли? Могли. И сработали на опережение. Значит, нужно действовать ещё быстрее…
Из подъезда вышла Оля с Белошеевым. Они остановились, перекинулись короткими фразами и через минуту должны разойтись. Нужно идти сейчас. Хер с ним, с капитаном, поговорим в другой раз, главное спасти эту дурочку…
Взвизгнули колеса машины, вырулившей из-за поворота в этот раз раньше положенного, и, набирая скорость, она понеслась по нашей улице. Белошеев нахмурился, что-то прошептал Ольге и осуждающе покачал головой.
— В сторону! Прячьтесь! — Снова выкрикнул я, не успевая ничего больше сделать.
Глухой удар, визг, срежет металла… Авто вильнуло, набирая скорость, и помчалось по прямой. Сука! Да что за херня происходит?! Почему я ничего не успеваю? Почему всё не так?
Белошеев кинулся за машиной вдогонку, но как-то вяло. Сука! Вяло! Не верю! Остановился посреди дороги, обернулся ко мне, рефлекторно дёрнул руку к кобуре, но тут же опустил её. Узнал, наверное. Видел меня в Управлении или на планёрке.
Я перебежал дорогу и через пять секунд подбежал к лежащей на асфальте и раскинувшей в стороны руки Ольге. Мёртвой Ольге. Что за херня?!
Как тогда в казино… Словно кто-то перемешивает колоду заново и сдаёт случайные карты. Расклад не повторятся один в один. Словно ко-то запускает шарик в рулетке, и каждый раз выпадает случайное число, события идут по разному сценарию и с разной вероятностью. Что бы я не делал, я проигрываю… Как же так?
— Она мертва? — Раздался над головой голос капитана, заставивший меня напрячься.
— Мертва.
— Ты, Макс Климов, кажется? Что ты здесь делаешь, парень?
Я оставил его вопрос без ответа и ненадолго задумался. Нужно вернуться к началу… Слишком маленький запас времени у меня. Нет, не к самому началу, мне нужно хотя бы полчаса форы. Нужно понять, что произошло в квартире, и начать действовать чуть раньше…
Полчаса. Шесть смертей. Как же мне хреново, муторно и больно! Я уже не рад этому проклятому Узору…
Снова это треклятое дерево и время на часах «00:42». Фургон с задержанным только что отъехал, за ним поехала машина с двумя сотрудниками управления. Теперь здесь только фургончик наблюдения и Олька с Белошеевым в доме напротив. Мне определённо не нравится этот фургон, он мне мешает.
Я оттолкнулся от дерева, пошатнулся, едва удержав равновесие, и подошёл к стоящему с сигаретой в зубах возле водительской двери водителю.
— Мужик, закурить не найдётся?
— Иди отсюда, нарик! Пока не упаковали тебя. — брезгливо фыркнул водила в мою сторону и сразу поплатился за это.
Короткий удар под дых, по шее и на всякий случай по затылку кулаком. Я с трудом подхватил его подмышки, дотащил до дерева и усадил, облокотив спиной о ствол. Пусть посидит немного, отдохнёт. А я нащупал у него кобуру и обзавёлся пистолетом.
Да, Макс… Сегодня ты пошёл по наклонной дорожке. Нападение на сотрудника при исполнении, завладение его оружием. И это ещё не вечер. Вернее не утро.
Я прикрыл лицо рукавом, накинул посильнее на глаза капюшон куртки, и дёрнул за ручку боковой двери фургона. Дверь легко отъехала в сторону, и на меня уставилась пара нахмуренных голубых глаз. Не знаю, кто из нас опешил сильнее, я или она. Почему-то я совсем не ожидал увидеть здесь девушку. Пару здоровых суровых мужиков — да, девушку — точно нет. Она незаметно потянулась к своему пистолету, но увидев оружие в моей руке, подняла руки перед собой, продемонстрировав мне пустые ладони.
— Не рыпайся. Достань наручники, пристегни себя вон к той стене и отвернись. Я тебя не трону, если будешь вести себя хорошо. — коротко распорядился я.
Она молча кивнула, сделала всё в точности, как я сказал, и уселась на корточки возле задней двери. Быстро обыскал её, забрал пистолет, рацию, ключи и накинул ей на голову её же служебную куртку. Пусть посидит в темноте.
— Сиди молча и всё будет хорошо.
Сел на её место, натянул наушник на одно ухо, оставив открытым второе, и уткнулся в мониторы. Так вот, значит, как здесь всё происходит. Интересно. Три монитора — три камеры, демонстрирующие комнату с разных точек. Одна камера в Олькиной сумочке, как я понял, направленная прямо на её красивые ножки, и ещё две с разных ракурсов, значит, успела расставить. Умничка!
Я поёрзал на стуле и принялся слушать и наблюдать, не забывая поглядывать на часы. Сам не знаю, что я хотел услышать или увидеть, но я должен был хоть что-то понять. Да и время у меня есть…
Двадцать минут они говорили только о работе. Капитан заполнял что-то на своём рабочем планшете, периодически задавая вопросы Ольге, а та отвечала, скромно приютившись за столом сбоку от него и накинув на плечи курточку, прикрывая свой немного нерабочий вид. А Белошеев ничего так мужик, оказывается. Спрашивал только по делу и почти не глазел.
Олька… Моя ты зайка! А ведь она вела себя достаточно профессионально и держала дистанцию с начальством. Ровная спинка, деловой взгляд и ни одной улыбки в сторону капитана. Сдержанная, строгая, сосем не та озорная безбашенная ходячая катастрофа, которую я знаю, и которая дразнит меня дома.
Двадцать минут разговоров на рабочую тему, заполнение отсчётов и протоколов, и они стали постепенно собираться на выход. Могли бы завтра в Управлении всё это заполнить… Непонятно. Ладно, бывает. Заработались, наверное.
— Тебя подвести? Я на машине. — вежливо предложил капитан.
Ольга на секунду задумалась, а затем уверенно мотнула головой:
— Спасибо, не нужно. Я вызову такси.
— Уверена? — настойчиво уточнил Белошеев.
— Уверена! — хмыкнула Оля, слегка улыбнувшись. — Если муж узнает, что я с чужими мужчинами езжу, он меня прибьёт. — легко соврала она, вызвав лёгкую полуулыбку на лице капитана.
Ничего. Я задумчиво откинул наушники в сторону и прикрыл на секунду глаза. Ну ничего такого не происходило в квартире, за что нужно было убивать Ольку. Кто отдал команду, кто сделал заказ? Может это вообще не связанно с этим делом? Хотя нет, связанно. Заказ на Ольку пришёл сразу после того, как они повязали чиновника. Значит, это кто-то из присутствующих сегодня здесь. Не зря Белошеев мурыжит её там наверху полчаса, тянет время. Сука! Вызвал группу ликвидации, и теперь ждёт?
Или может дело во мне? Меня хотят подставить? Иначе, зачем было тащить её к нам в квартиру, чтобы просто красиво замести следы? Нет, бред. Я никому не переходил дорогу. Прости, капитан, но ты пока моя единственная теория. Есть у меня к тебе пара вопросов.
Пять минут. Через пять минут они выйдут из квартиры. Пора. Я поднялся, вырубил всё оборудование в фургоне, перебежал через дорогу и нырнул в приоткрытую подъездную дверь. Поднялся на третий этаж и принялся ждать. Дверной замок щелкнул на этаж выше, я перемахнул через два лестничных пролёта и нос к носу встретился с капитаном Белошеевым.