Сова Аскира (ЛП)
Он хотел кинуться к ней, но жрица преградила ему дорогу.
— К ней нельзя приближаться!
— Ради богов, я её спас, я не собираюсь причинять ей вред! — воскликнул ошеломлённый Ласка.
— Это не ради неё, а ради вас самих, — мягко пояснила жрица. — Она жертва проклятия того, кого мы не хотим называть по имени.
— Она не проклятая! — возразил Ласка. — Я не могу и не хочу в это верить!
— Мы это знаем, вот почему мы за неё молимся, — тихо ответила жрица. — Она жертва наездника душ, яд которого бушует внутри неё, отнимает у неё силы. Она сильная, борется и сражается с ним, но яд сильнее, и боюсь, он нам незнаком. Какое бы средство к исцелению мы не применили, оно не сработало, слишком сильно она уже погрузилась в темноту. Мы ничего не можем сделать, кроме как молиться за неё. — Она посмотрела Ласке прямо в глаза. — Клянусь вам своей собственной душой, она не попадёт в лапы проклятого, который сделал это с ней! В момент её смерти мы с сёстрами вырвем у него жертву, и проводим её душу к Сольтару! И у нас всё получится, потому что это дом нашей госпожи, и здесь правит она, а не Безымянный!
— Какая ей от этого польза, если она умрёт? — возмущённо воскликнул Ласка. — Вы не можете просто стоять и смотреть, как она умирает!
— Сольтар проводит её в новую жизнь, — спокойно ответила жрица. — Зато её душа будет в безопасности!
— Тогда отдайте её мне! — решил Ласка. — Я знаю, кто ей сможет помочь!
— Это, молодой человек, невозможно. Она не покинет защиту и дом нашей госпожи, — с достоинством сообщила ему жрица, и её взгляд сказал Ласки, насколько серьёзно она к этому относится. — Я не допущу, чтобы с её душой случилась эта беда!
Ласка оглянулся на маэстру, которая тихо стояла позади него, её взгляд под капюшоном был устремлён на молодую женщину, неподвижно лежащую на носилках.
— Дезина, помоги мне! — отчаянно крикнул он.
— Я вижу действие этого яда, — тихо произнесла она. — Это похоже на тёмную тень, которая лежит на ней. Это яд, в котором есть также магический компонент… возможно…
— Возможно, маэстра, — кивнула жрица. — Ещё прежде, чем вы ступили на Храмовую площадь, я почувствовала, что вы приближаетесь, почувствовала ваше могущество и силу вашей веры. Да, возможно, вы сможете это сделать, маэстра, но насколько вы уверены?
— Простите, но это не вера, а знание, — мягко возразила маэстра.
— Это вера, — улыбнулась жрица. — Потому что вы тоже думаете, что знаете, не меньше меня! В этом мы не отличаемся друг от друга. Но разве не должно случиться одно из двух, если вы направите свою волю против этого яда? Достаточно ли вы уверены в своей вере, в своих знаниях, чтобы осмелиться на это?
— Нет, — ответила маэстра и после краткого колебания склонила голову. Она посмотрела на Ласку. — Она права, я не могу, не должна рисковать!
— Почему нет!? — запротестовал Ласка.
— Потому что, если она потерпит неудачу, то подвергнет опасности себя и нас. — Жрица посмотрела на маэстру мудрыми глазами. — Разве это не так маэстра из башни?
— Да, — спокойно ответила Дезина. — Это в самом деле так, Ласка. Я ничего не могу здесь сделать! Если бы я знала, что это за яд, о его составе, его действии, какие в нём элементы и каким образом организованны, какой характер имеет тёмная магия, действующая здесь, да, тогда я смогла бы помочь. Но мне ничего из этого неизвестно.
— Я не понимаю! — в отчаянии воскликнул Ласка. — Это прозвучало так, как если бы ты была на это способна!
— О, я смогла бы это сделать, Ласка, — подавленно ответила маэстра. — Если она загорится, то яд наверняка сгорит вместе с ней… только толку от этого ей будет мало. — Она посмотрела на него из-под капюшона. — Там, где мне не хватает знаний, я должна заменить их волей. Магия найдёт способ исполнить моё желание, пусть даже с помощью магического огня! — Она снова покачала головой. — Я не могу так рисковать.
— Тогда меня здесь больше ничто не держит, — сердито крикнул Ласка. — Я буду умолять кого-то другого помочь ей!
— Вы могли бы помолиться, — предложила жрица. — Иногда богиня отвечает на наши молитвы и творит чудеса.
Ласка бросил на неё непроницаемый взгляд.
— Думаю, именно это я уже делаю. — Худощавый мужчина поклонился жрице и поспешил прочь, не обращая внимания на остальных. Маэстра подняла руку, как будто хотела удержать его, но потом снова опустила.
— Он любит её, — заметила жрица, глядя ему вслед.
— Да, — ответила маэстра. — Хотя мне интересно, как такое возможно. — Она в последний раз посмотрела на девушку, которая так неподвижно лежала на носилках. — Я буду молиться за неё, — пообещала она и поклонилась жрице. Сантер молча сделал то же самое и сопроводил её на улицу.
Там, перед лестницей в храм, стоял солдат из Перьев, который держал за поводья двух лошадей. Он смотрел, как уезжает всадник, скачущий не особо быстро, потому что люди на улице не спешили пропускать его вперёд.
— Он сказал, что одна из лошадей предназначалась ему, — с неуверенностью объяснил солдат. — Я правильно поступил, отдав её ему?
— Да, — ответила маэстра, тоже посмотрев вслед всаднику. — Думаю, это было правильно.
59. Отчет адмирала Джилмара
Майор Меча Рикин с каменным лицом наблюдала, как три охотничьи лодки буксируют в гавань «Страж Хилдфаса». Величественная галера накренилась градусов на десять и сидела в воде низко. Единственное движение на борту галеры исходило от двух дюжин Морских Змей, которые обслуживали на палубе трюмные насосы. Ровное постукиванье насосов доносилось до неё.
Вода, которую откачивали, даже с этого расстояния явно была красного оттенка. Два Морских Змея свисали с перил, их руки безжизненно болтались туда-сюда, другой висел вверх ногами на такелаже. Рикин разглядела и другие безжизненные тела, когда под кораблём прошла волна, и он слегка повернулся в сторону. С каждой волной судно затапливало всё больше, когда отверстия для вёсел заливало водой.
Другая охотничья лодка причалила рядом с Рикин к наклонной рампе, на борту были те немногие раненные и оставшиеся в живых со «Стража Хилдфаса»: одиннадцать мужчин и две женщины. Тринадцать выживших из экипажа чуть более ста восьмидесяти человек. Большинство из них были тяжело ранены, и как только охотничья лодка причалила, другие солдаты с носилками поспешили к ней, чтобы как можно быстрее отнести их в лазарет гарнизона.
Там их уже ждали фельдшеры, а в храмы был послан курьер. Один из немногих выживших был худощавый седовласый мужчина, чьи порванные кожаные доспехи были залиты кровью. Он помог вытащить из лодки других раненых, и только потом медленно поднялся по лестнице, чтобы поприветствовать её. Она знала его, это был адмирал Меча Джилмар, на левом плече которого, к её удивлению, было только две звезды штаб-лейтенанта.
— Да защитят вас боги, — поприветствовал он майора.
— И вас, адмирал, — официально ответила Рикин.
Адмирал поморщился и болезненно улыбнулся.
— Похоже, сегодня они меня защитили. Я точно никогда не забуду этот день!
— Вы ранены, — обеспокоенно заметила майор. — Не лучше ли вам…
— Пффф! — выдохнул Джилмар. — Большая часть крови не моя, она принадлежит этим проклятым ящерам… у них, так же, как и у нас течёт кровь, и она такая же красная!
Седовласый адмирал повернулся к штаб-лейтенанту Ремарку, стоявшему рядом с майором, он выглядел таким же ошеломлённым.
— Подайте сигнал в цитадель, что я выжил и тотчас направлюсь туда, чтобы представить доклад. И раздобудьте мне коня, мой мальчик.
— Да, сэр! — закричал Ремарк, отдал под козырёк и поспешил прочь.
— Что случилось, адмирал? — выдавила Рикин, в то время как «Страж Хилдфаса» медленно и неуклюже входил в военный порт.
— Это была ловушка. Когда мы прибыли, «Халдар» был уже повержен, они только ещё ждали нас. И прежде, чем мы поняли, что происходит, эти твари поднялись по вёслам и оказались на борту быстрее, чем я когда-либо считал возможным. Половина людей погибла ещё на скамейках для гребли. Они действовали сосредоточенно. Один отряд двинулся прямо к юту и напал на рулевого и находящихся там офицеров. Другая часть взобралась по вантам и позаботилась о сидящих наверху метких стрелках. — Губы адмирала скривились в мрачной улыбке. — И на то была причина. Этих монстров сложно победить в ближнем бою. Они значительно больше и сильнее нас, а их сабли длиннее, что даёт им больший радиус действия. На конце хвоста у них одето что-то вроде ботинка с шипами, и они умело им пользуются. Этот хвост достаточно силён, чтобы ударом отбросить человека на три четыре шага, и без сломанных костей не обходится. — Адмирал пощупал свой бок и болезненно поморщился. — Грязные твари! Но вооружены они плохо или вовсе не вооружены. Их мечи сделаны в основанном не из металла, а из костей. Думаю, из костей глубоководный чудовищ. Метатели из них никудышнее, когда они бросают свои копья. На самом деле, я наблюдал, как один из этих тварей промазал, бросив копьё в солдата с расстояния всего в четыре шага. Им было трудно подняться на стрелковые платформы, так что альпинисты из них тоже не лучшие.