Сова Аскира (ЛП)

— Этот парень бросил в нее кинжал, — заметил Сантер… и свет дёрнулся в сторону и к земле, где осветил что-то блестящее, наполовину закопанное в грязи и пыли.
Сантер наклонился и поднял серебряную шпильку, длинной примерно с ладонь, последняя треть шпильки была приплюснута и украшена тонкой гравюрой.
— Женщина была богатой, заботящейся о своей внешности, — задумчиво сказал Сантер, взвешивая шпильку в руке. — Это чистое серебро, и гравюра сделала рукой мастера. К тому же, каблуки её сапог имеют острые края, они не стоптаны. Она может позволить себе хорошую обувь и хорошо о ней заботится.
— Шпилька и сапоги — эльфийская работа, — сообщила ему маэстра. — Подошвы её сапог имеют рисунок, как видно по этому следу… — Сантер увидел, как она улыбается под капюшоном. — Люди обычно о таком не беспокоятся. Вы кое-что упустили, Сантер. Вон там.
Севет пролетел вперёд, показывая ему дорогу. В первый момент он подумал, что это огромная рыбья чешуя. Затем понял, что это — кусок полированной слоновой кости, какую иногда используют лютнисты.
— Мы ищем женщину с длинными волосами, которая любит закалывать их наверх, с ухоженным внешним видом, носит с собой рапиру и играет на лютне. Тарида — бард. — Маэстра тихо засмеялась, увидев выражение лица Сантера. — Довольно полезно, когда знаком с человеком, — объяснила она. — Я знаю девушку-барда уже два года и видела её только на прошлой неделе. Она всегда производит на меня впечатление. Своим голосом… одеждой и сапогами, подошва которых украшена. У неё есть рапира. — Маэстра ухмыльнулась. — Кроме того, я завидовала её волосам. Мои отказываются оставаться в причёске.
«Это он уже заметил», — подумал весело Сантер.
— А вы знаете, кто был другой мужчина? — спросил он, и её улыбка исчезла.
— Присмотритесь к его отпечаткам сапог.
Сантер нахмурился и наклонился, свет последовал за ним. Это было разглядеть сложнее, только в том месте, где грязь была достаточно мелкой можно было догадаться.
— Шершавые подошвы, — заметил Сантер. — Это всё, что я могу сказать.
— Есть только одна кожа, которая остаётся шершавой и почти не изнашивается, — заметила маэстра. — Кожа дракона. Такие сапоги почти бесценны. И я знаю только одного человека, который носит такие сапоги.
Он увидел выражение её лица.
— Что такое? — спросил он.
— Он — друг.
Сначала Сантер ничего не ответил. Он повернулся и вернулся к третьему телу, которому перерезали горло.
— Думаю, я его знаю. Он наёмный бандит. У него на совести уже более одного человека. И мне его совсем не жаль… — Он посмотрел на обгоревшего. — Единственное, чего я не понимаю, это то, что случилось с ним.
— Это была Тарида. — Маэстра обвела взглядом местность и посмотрела на три тела, затем покачала головой. — Хотелось бы мне, чтобы меня сюда не вызывали.
— Что ж. Всё кажется довольно ясно, — задумчиво произнёс Сантер. — Эта троица устроила засаду девушке-барду, та сопротивлялась, а ваш друг пришёл ей на помощь. Это всё, что случилось. Если не считать того поджаренного чувака, то нет причин придавать этому большое значение. — Сантер встал. — Вы уверены, что это была девушка-бард?
— Только так можно всё объяснить, — ответила маэстра. — И её секрет.
— Она маэстра? — спросил Сантер. Именно это было его предположением. Но, к его удивлению, Дезина покачала головой.
— Нет. Она не маэтсра. Она эльфийка. Я даже знаю, какую магию она использовала. Т’ии’стит’а. Поток искр. Магия, которую многие эльфы осваивают ещё до того, как начинают ходить. Её используют только для защиты… и только в том случае, если ситуация почти безвыходная! Она очень изнуряет, так сказать последний шанс, чтобы выиграть бой…
— Эльфийка? — спросил Сантер. Он не удивился, если она не была маэстрой, тогда это очевидно. Всё же это было необычно. Эльфы теперь встречались так редко, что были люди, которые считали, что они всего лишь легенда, и их никогда не существовало. — Но тогда же всё хорошо, верно?
 
Она посмотрела на него.
— Что вы имеете в виду?
— Что дело разрешилось. Никакой некромантии. Это самое главное. На молодую женщину напали, она успешно защитила себя от нападавших. — Сантер пожал плечами. — Эта троица даже не стоит бумаги для отчёта. А девушка-бард Тарида? Я о ней слышал. Она прибыла сюда два года назад и поёт от души… если она хочет скрыть тот факт, что она эльфийка, это её дело. Пусть скрывает, это никому не повредит. Если бы всё обернулось иначе, на их месте сейчас лежала бы она… было бы жаль, потому что я слышал, что у неё голос, который может заставить плакать даже богов.
— И что мне написать в отчёте?
— Именно это и написать. А затем убрать отчёт в архив башни… я думал магия — это дело Сов? Перьям будет достаточно, если мы сообщим им о том, что дело решено. — Сантер ещё раз посмотрел на тела. — Знаете, маэстра, по этим парням не стоит проливать слёзы. А вот их жертвы… это уже другое дело. Я повидал их не мало. Тарида и ваш друг сделали доброе дело… и, вероятно, таким образом спасли жизни будущим жертвам.
Маэстра собиралась что-то ответить, но потом подняла руку, глядя на вход в переулок. Там ничего не было видно, и Сантер уже хотел спросить, что случилось, когда там появился свет факела: это был сержант патруля.
— Маэстра, штаб-лейтенант! — позвал сержант в переулок. — Мы нашли ещё одного!
Сантер вздохнул.
— Я только скажу уборщику трупов, что он может загружать эту троицу. И что для него есть ещё другая работёнка.
Маэстра медленно последовала за сержантом и остановилась у входа в полуразрушенный задний двор. Много лет назад здесь случился пожар, и от дома, принадлежащего к этому заднему двору, остались только руины.
— Я удивлён, что его никто не купил, — заметил Сантер. — Я думал, что участки здесь, в торговом районе, пользуются большим спросом?
— Этот участок не продаётся, — рассеянно ответила Дезина. Она изучала обугленные останки, лежащие перед ней на земле, и медленно кивнула.
— Штаб-сержант, благодарю вас. Теперь прошу вас вернуться к своим людям!
Сержант посмотрел на Сантера в поиске поддержки. Было ясно, что этому человеку очень хотелось остаться и из первых рядов проследить за происходящим. Сантер подал мужчине знак, и сержант разочарованно удалился, чтобы наблюдать на расстоянии.
— Это дело, отличается от предыдущего, верно? — тихо спросил Сантер. Перед ним лежали обугленные останки человека, который должен был гореть в таком горячем огне, что остался только серый пепел, который частично ещё сохранил форму тела. Он наклонился и осторожно прикоснулся пальцем к остаткам бедра, пепел в том месте обвалился, превратившись в мелкую пыль.
— Верно, — тихо ответила маэстра. — Я знаю из одного источника, что Дженкс, жертва прошлой ночи, перед смертью тоже был здесь. Возможно, здесь произошло нечто подобное, только на этот раз мы имеем другой результат.
— Для меня этот чувак не похож на жертву, — заметил Сантер, глядя на сгоревший труп. Какая бы магия это не сотворила, она была намного мощнее той, что убила другого парня в нескольких переулках отсюда. — Мы никогда не узнаем, кем он был. Просто от него мало что осталось! Немного дождя и ветра, и прах развеется, — под впечатлением заметил Сантер. — Думаю, уборщик тел может не приходить. Здесь будет достаточно веника.
— Сантер, — тихо попросила маэстра. — Дайте мне немного времени и тишины. И отойдите в сторону.
Сантер кивнул и отошёл к патрулю, ловя на себе их любопытные взгляды.
 
— Интересное сегодня вечером дежурство, — беззаботно сказал Сантер, прислонившись неподалёку к стене. — Собственно, вы хорошо знаете окрестности, сержант?
Тот кивнул.
— Да, сэр. Я несу дежурство тут уже четыре месяца. Да, думаю, я хорошо знаю этот район.
— Где здесь поблизости можно хорошо провести время? Хорошо покушать, возможно, даже послушать выступление барда?