Сова Аскира (ЛП)

— Сэра Лойсин? Дочь графа Балуира? — в ужасе спросил Таркан. Принц поправил свою одежду, его худое лицо напоминало каменную маску.
— Умирая, она заверила меня в трёх вещах. Во-первых, она искренне меня любит, поэтому хотела отправить мою душу к Сольтару чистой. Во-вторых, она не хотела, чтобы всё было так, поскольку за исключением моего недостатка, я был единственным, кого она желала бы видеть на троне. Потому что теперь, когда дни имперского города сочтены, стране нужен сильный король…
— Она принадлежала к Белому Пламени? — в ужасе спросил Таркан, и принц медленно кивнул.
— Да. Она думала, что спасёт мою душу, если заколет меня ножом.
— Боги! — воскликнул Таркан. — Вы убили её?
Принц поднял голову.
— Я был обязан даже подвергнуть её пыткам и казнить! Но как я мог? Я думал, что люблю эту женщину, я не смог бы даже пальцем её тронуть! Я нашёл бы другое решение, возможно, изгнание…
— Тогда почему она..? — начал Таркан.
— Она умерла в моих объятьях, все время заверяя, как сильно меня любит. — Принц посмотрел на раздавленный бокал в руке и с отвращением отбросил его в сторону. — Она приняла яд до того, как вонзить в меня кинжал. Если бы она не встала с постели, чтобы выпить яд с вином, думаю, я бы даже не проснулся. — Он недоверчиво покачал головой. — Она сказала, что без меня ей жизнь не мила! Знаете, что, мой друг? Ей следовало дать яд мне, он подействовал безотказно! — Он взял новый бокал, и Таркан молча протянул ему бутылку.
— Это ещё одна причина, по которой я здесь. Мне нужно находиться в другом месте, когда её найдут. Вы должны знать, что она ходила во сне… только на этот раз упала с крутой лестницы. — Он посмотрел на Таркана с болью в глазах. — Это была идея вашего отца, послать меня сюда, чтобы придаться пьянству и похоти! Другого от нас двоих всё-равно не ждут! Всё же меня обвинят в том, что я был с другими женщинами, пока та, о которой все думали, что она станет моей королевой, умерла несчастной и одинокой на холодных камнях!
— Лучше, чем если бы узнали правду. Это разобьёт сердце старого графа.
— Думаете, он не испытает боли, когда узнает о её смерти? Но, возможно, его сердце разобьётся лишь потому, что она потерпела неудачу! Лойсин призналась мне, что принадлежит к Белому Пламени. — Принц сделал большой глоток. — Она обожала своего отца, так что…
— Скорее всего, он тоже в этом культе, — закончил Таркан фразу принца. Он наблюдал, как принц опустошает бокал. — Если продолжите в том же духе, мой принц, то скоро станете невменяемым.
— Кто говорит, что я вменяем прямо сейчас? Я точно себя так не чувствую! Но вы правы, это намеченная цель, мой друг, — горько рассмеялся принц. — Это намеченная цель. Но сначала… Вытащите кинжал и передайте его мне.
Таркан сделал, как ему велели, предусмотрительно преподнося его принцу рукояткой вперёд.
— Посмотрите, друг, если вы немного отодвинете гарду и повернёте вот здесь… — Рукоять с щелчком отделилась от стального лезвия, и принц его убрал. Он постучал рукояткой по спинке стула, и из неё вывалилась маленькая золотая капсула. Он подобрал её и отворил затвор. Из капсулы выпал кусочек пергамента, который принц передал Таркану.
Прочитав текс, глаза Таракана расширились.
— Но…
— Слушайте внимательно, — перебил его принц. — Смерть моей матери была не несчастным случаем. Все подозревали это, но ваш отец сказал, что теперь найдены доказательства. Это культ подстроил её убийство… но всё началось в Аскире, когда она, почти семь лет назад, присутствовала на королевском совете. Там убийца получил заказ… поэтому я посылаю вас туда. Вашим заданием будет найти его. Но я также буду признателен, если вы позаботитесь о том, чтобы я смог пережить предстоящее заседание королевского совета… может тогда я протяну достаточно долго, чтобы одеть корону!
Он протянул руку Таркану, и тот вернул пергамент принцу. Принц аккуратно вложил его в капсулу и собрал кинжал.
— Посол в Аскире, граф Алтинс, пользовался полным доверием моей матери, — тихо промолвил он. — И даже более того. Ваш отец поведал мне, что он был её любовником. Посол сам предложил отослать его в Аскир, чтобы этот роман не испортил репутацию моей матери. Я хорошо его знал, спокойный, добрый человек, храбрый рыцарь и необычайно опытный дипломат. — Принц передал кинжал Таркану, который молча положил его в шкатулку из чёрного дерева. — Но информация об этом человеке, доходящая из имперского города в последнее время, не имеет почти ничего общего с тем, кого я знал и кого полюбила моя мать. Ваш отец — регент — предлагает побыстрее заменить его, прежде чем он успеет нанести вред. Что именно изменило его, я не знаю, это не выпивка или что-то очевидное. Вы, мой друг, должны решить, действительно ли требуется послать на его место кого-то другого! Это первое. Во-вторых, в посольстве есть человек. Ваш отец послал его несколько лет назад, чтобы он выяснил, что случилось тогда в имперском городе… Его миссия заключалась в том, чтобы внедриться в культ. Если никто в посольстве не принадлежит к этому выводку, тем лучше, потому что тогда культ будет ещё больше заинтересован в том, чтобы привлечь его! По крайней мере, таков был план.
 
— Как зовут того человека? — спросил Таркан, и принц покачал головой.
— Только ваш отец знает, а он поклялся, что постарался забыть его имя. Вы же знаете, какой он. Таким образом он просто не захотел называть его мне! Вам известны практики культа… и о том, что необходимо сделать, чтобы достичь там более высокой позиции… он должен был устроить по меньше мере один пожар, прежде чем ему стали бы доверять в культе. Более тяжёлого решения вряд ли можно требовать от человека!
Таркан сглотнул.
— А ему можно доверять?
— Культ убил всю его семью. Ему пришлось смотреть, как умирают в огне его младшие сестра и брат, как насилуют его мать и как убивают отца, — с горечью сказал принц. — Это настоящее лицо культа… убийства и зверства! — Он потянулся к бутылке, но Таркан забрал её.
— Ещё нет, мой принц, — твёрдо сказал он. — Давайте сначала закончим, и тогда я буду счастлив помочь вам напиться так, как вы ещё никогда в жизни не напивались!
— Хорошо, — сказал принц. — На ваше слово уже всегда можно было положиться. Я сделаю всё возможное, чтобы украсть у вас как можно больше вина и превзойти вас в выпивке! — Он указал на кинжал, который Таркан отложил в сторону. — Вы узнаете того человека по кинжалу, у него есть точно такой же. Он сможет рассказать вам то, что мы хотим знать! Ваш отец считает, что вы можете ему доверять. — Принц поднял глаза на Таркана. — А это что-то да значит, потому что речь идёт о вашей жизни. Ваш отец любит вас.
— Иногда мне кажется, что нет, — ответил Таркан. — Аскир далеко от наших красавиц, и я слышал, что там холоднее… а вино вряд ли будет настолько хорошим!
Принц рассмеялся, но это был горький смех.
— Говорите, прям как настоящий щеголь, друг мой. Как думаете, сколько ещё мы сможем продолжать эту шараду? — Он указал жестом на меч, прислонённый к стене у кровати Таркана. — По крайней мере, у вас есть меч. По крайней мере частично, его нужно воспринимать серьёзно, и уважать вас за это.
— У вас тоже есть меч, — тихо напомнил принцу Таркан.
— Я выиграл его, когда на мне были одеты ваши доспехи, — отозвался принц. — Потому что тоже хотел знать, есть ли у меня стальной стержень или только длинный язык. — Он улыбнулся, а потом рассмеялся. — Посмотрим, поверит ли нам кто-нибудь, когда придёт время. — Он потянулся за бутылкой, и на этот раз Таркан отдал её ему.
 
— Вино — это способ утопить своё горе, — заметил принц. — Есть ещё и другой. — Он многозначительно посмотрел на смятую кровать.
Таркан вздохнул.
— У неё есть сестра, — наконец промолвил он. — И у обоих большое сердце. Если появится внебрачный ребёнок…
Принц серьёзно кивнул.