Сова Аскира (ЛП)

— Если это действительно так, как вы говорите, маэстра, — сказал Таркан. — Но у меня всё ещё есть сомнения. Всё это может быть уловкой и обманом! — Он оставил открытым то, что имел в виду. Возможно, он даже не верил в то, что Дезина вообще могла что-либо обнаружить на месте преступления.
— Я снова прошу вас позволить говорить мне, — предупредила она. — Мы можем задать ему вопросы здесь, где он будет говорить более открыто, без давления с нашей стороны.
— Тут я больше доверяю горячему железу палача. Тогда он скажет всё, что знает! — негодующе возразил Таркан.
Тем временем Мари вернулась с двумя кувшинами и когда наклонилась, чтобы поставить их на стол, Таркан так крепко схватил её за руку, что она закричала от боли и чуть не опрокинула один из кувшинов.
— Баронет! — резко крикнула Дезина. — Оставьте её в покое.
— Мне от неё ничего не нужно. Пусть только принесёт вино. Я конечно заплачу. — Он отпустил девушку, которая отступила на шаг, потирая руку, и вытащив золотую монету из кошелька, бросил её на стол. — Этого должно быть достаточно за бокал вина! И не только! — Он обвёл взглядом простое платье Мари. — В конце концов, в ней нет ничего особенного.
Дезина отреагировала недостаточно быстро, чтобы удержать Иствана. К тому же она как раз мазала на хлеб мёд. И как говорят, человек должен сосредоточиться на том, что для него важно.
А может, она вовсе и не хотела реагировать быстро. Есть люди, которые могут поймать муху из воздуха, и часто это выглядит так, будто их движения совсем не быстрые. Так дело обстояло и с Истваном. Казалось, будто он не спеша просто протянул через стол раскрытую ладонь. Раздался громкий, звонкий хлопок, пощёчина развернула молодого дворянина, и он вместе со стулом рухнул назад и с громких стуком растянулся на каменных плитах пола. Истван схватил тяжёлый дубовый стул одной рукой и подняв его, пододвинул к столу. Потом сверкнул взглядом на Дезину. Она отложила горшочек с мёдом и стала ждать.
— Если ты приведёшь его ко мне ещё раз, я самолично закину его в портовую воду! Поскольку он благородных кровей, не думаю, что он умеет плавать! Такие редко умеют что-то полезное! Так что держи его от меня подальше. — Казалось, Истван что-то вспомнил и испытующе посмотрел на неё. — Он же не твой друг, верно?
Это было даже на удивление… мягко. Раньше он гораздо чётче выражал своё недовольство по поводу её ошибок.
— Ни коем образом, — ответила Дезина, взглянув на Таркана, который всё ещё неподвижно лежал на полу, вздохнула и снова потянулась к свежему хлебу и горшочку с мёдом.
— Почему ты не объяснила ему правила? — всё ещё слегка ворчливо спросил Истван и вытащил опасный на вид нож, чтобы отрезать себе кусок сыра.
— Он не хотел слушать, — ответила она. — Но прав в том смысле, что это важно. Мы должны поговорить с Лаской.
— Мы? — спросил Истван, выгнув бровь.
— Я, — поправила она. — Он будет только слушать.
— Хорошо. — Истван откусил большой кусок сыра. — А теперь скажи мне, в чём дело.
— Один из камердинеров принца Алдана, человек, который должен был подготовить апартаменты принца, был найден мёртвым в порту. У меня такое чувство, что Ласка видел, что произошло.
— И из-за таких пустяков беспокоят первую за много веков Сову? — возмутился Истван, и, казалось, был почти оскорблён. — Любой сотрудник охраны мог бы раскрыть это дело, — продолжил он.
— Истван, — тихо промолвила Дезина. — Скорее всего, это был некромант!
— Боги! — выдохнул Истван. — Ты точно не ошибаешься?
Дезина лишь покачала головой.
— И дело не только в этом, — продолжила она. — К тому же, камердинер входит в дипломатическую свиту Алданского посла. Это придаёт всему дипломатическое значение. Всё это немного усложняет дело.
— Значит, противоположное тому, что я думал, — заметил Истван, обеспокоенно глядя на неё. — Проклятый… почему именно сейчас? Боги, не могло это быть что-нибудь попроще!
Дезина слегка улыбнулась.
— Когда-то же мне нужно начинать.
 
— Так старые легенды возвращаются, — сказал Истван. — Я возлагаю надежду на богов, что ты ошибаешься!
— Я не старая легенда, — слегка смущённо запротестовала она. Она никогда бы не подумала, какой будет разница, когда она оденет эту мантию. Раньше она была просто Дезиной, молодой женщиной, которая слишком часто совала нос в свитки и книги и своей неловкостью доводила до отчаяния оружейника в цитадели. Теперь же внезапно она стала Совой, на кого ровнялись, и кто должен был знать ответ на любой вопрос. Боги, да она даже большинства вопросов не знала!
— Я — это я, — попыталась она объяснить. — У меня с моими достопочтенными предшественниками не больше общего, чем эта мантия, которую я могу теперь носить.
— Она и определённая склонность к магии, — ухмыльнулся Истван. Он взглянул на Таркана, который зашевелился. — Должно быть, ты очень многого достигла, чтобы сдать экзамены!
Дезина снова покачала головой.
— Всё совсем не так! Но давай поговорим об этом в другой раз!
Истван кивнул.
— Как пожелаешь. Для меня лишь важно, чтобы ты чувствовала себя здесь как дома.
— О, я и чувствую! — улыбнулась она. Однако улыбка Иствана исчезла. — Что такое?
— Твой кавалер приходит в себя, — объяснил Истван. — Я старею. Или же он более крепкий, чем я думал.
— Он крепкий, — ответила она, хмуро глядя на алданца. — Насколько я знаю, он уже на ногах несколько дней.
— Хм, — промычал Истван. — Когда я не сплю три дня, я тоже становлюсь невыносимым. Думаешь, дело в этом? — Он сказал это так забавно, что она не смогла сдержаться и засмеялась.
Таркан моргнул, когда услышал смех.
— Вы меня ударили? — озадаченно спросил он, приподнявшись на локте. Он ещё не чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы встать на ноги. Правая сторона его лица покраснела, и он осторожно ощупал зубы кончиком языка. Видно ему повезло, они все ещё были на месте.
— Да, — откровенно признал Истван. Его тон прямо-таки приглашал выразить своё недовольство.
Таркан кивнул и поднялся на колени, а чтобы встать, использовал тяжёлый стул. Он выдвинул стул, чтобы снова сесть. В этот момент он был рад, что вообще может сидеть, у него всё ещё слегка кружилась голова. Он взглянул на хозяина, который открыто смотрел на него, а потом на молодую Сову.
— За это вам грозит смертная казнь, старик, — в конце концов промолвил он, осторожно шевеля челюстью. Он не собирался наказывать хозяина, но его всё-таки раздражало то, как этот человек его уделал.
— Тогда мне придётся в ближайшее время избегать Алдан, — ухмыльнулся Истван. Таркан бестолково моргнул.
— Вы не в Алдане, — объяснила Дезина молодому дворянину. — Здесь, в Аскире, мужчина имеет право защищать честь своей дочери.
— Хм? — ответил Таркан, осознав в следующий момент, насколько глупо это, должно быть, прозвучало.
— Вы сравнили его дочь со шлюхой, — объяснила она. Боги, подумала она, неужели вы действительно наделили его таким ограниченным умом? Дезина попыталась ещё раз. — У вас ведь есть сестра, верно? Что бы вы сделали, если бы кто-нибудь вошёл в ваш дом и объявил, что одной золотой монеты будет достаточно, чтобы купить благосклонность вашей сестры, поскольку в ней нет ничего особенного?
Таркан встряхнулся, как мокрая собака, и посмотрел на молодую девушку, которая снова взялась за мытьё пола. Взгляд, которым она его одарила, был совсем не дружелюбным.
— Вы не знаете мою сестру, — после чего сказал он, а затем сам рассмеялся, когда увидел взгляд Иствана.
 
Из всего лица Дезины он мог видеть только её рот, но она боялась, что на мгновение тоже улыбнулась.
Если его сестра была такой же высокомерной, как и он, Дезина легко могла себе представить, что они часто ругались.
— Вы правы. Это было грубо с моей стороны, — признал Таркан. Это было настолько неожиданно, что Дезина чуть не подавилась, а мёд с хлеба чуть не запачкал её новую мантию. Ей с трудом удалось это предотвратить.