Бездушный 5 (СИ)
Тот после моих слов поднял левую руку и сложил пальцы в сложный знак. У меня даже с суперэластичными связками и подвижными суставами без тренировки такое с первого раза не выйдет.
И ничего не произошло… что было хорошо. Надеюсь, что он и в самом деле подал нужный сигнал, а не приказал отправиться за дополнительной помощью к другим бригадирам и вовсе к местной самой крутой криминальной шишке. Как там её… Чёрный Глаз, что ли.
Я убрал шпагу и широко улыбнулся ему.
— А теперь поговорим. Твои люди назвали имя моей помощницы Киры. По их словам, она что-то не то сделала или задолжала вашей братии. Сама расплатиться не смогла, и вы решили стрясти её долг с меня. Так вот, меня в первую очередь интересует что с ней и где она.
После короткой паузы он ответил.
— Я не знаю, — процедил собеседник. — Все свои дела твоя девка решала с Чёрным Глазом. А он не из тех, кто посвящает в них кого-то ещё.
— Кто такой Чёрный Глаз?
Неожиданно он рассмеялся:
— Ты даже этого не знаешь? Тогда мой тебе совет: беги, мальчик! Беги как можно дальше и прячься как можно лучше. И пусть ты и твоя семья забудут обо всём случившемся. Только заплати сначала…
По моему мысленному приказу золотая обезьяна ловко подпрыгнула вверх, зацепилась за потолочные балки и молниеносным движением переместилась за спину бандиту. Тот только и смог вскинуть вверх голову, ловя почти невидимое движение моего пета и прервав свою длинную фразу. Это всё, что он успел. А потом бибизьян оказался за его спиной, положил свою немаленькую лапу ему на затылок и толкнул вперёд… прямиком в столешницу.
«Противно», — мысленно поморщился я, когда с тошнотворным хрустом лицо бандита соприкоснулось со столом. Пятью секундами спустя откуда-то из стен вылетели четыре короткие толстые арбалетные стрелы. Три из них перехватил мой пет, от последней я ловко увернулся. В ответ полетели кровавые пули и воздушное копьё. Они с лёгкостью проломили тонкие стены с устроенными скрытыми бойницами, за которыми прятались стрелки. Одного даже убил, хотя специально целился пониже, чтобы не плодить трупы в Шиде. — «Что ж, се ля ви».
Кстати, покойник дал всего восемь тысячных марок и три мусорных таланта — карманное воровство, вызвать жалость и запугивание женщин. То, что не промахнулся по прочим мне сообщили крики боли раненых.
Я призвал трёх молохов и отправил их с бибизяном ломать кости недругам. Пока вокруг царило незапланированное веселье, сопровождаемое хрустом ломаемого дерева, скрипом выдираемых гвоздей, звоном бьющейся стеклянной и керамической посуды, я смотрел на главаря и ждал, когда он вернётся в реальный мир из своего состояния грогги. И дав ему сполна насладиться чувством боли от расквашенного лица, превратившегося в кровавый блин, я дотянулся до него и применил исцеляющий навык.
— Продолжим разговор по существу или опять фейсом об тейбл? — спросил я его и невольно усмехнулся, вспомнив школьную шутку, которую я только что воплотил в жизнь.
Вот только урок бандиту не пошёл впрок, или он решил драться до конца как загнанная крыса. С криком выхватил не очень длинный нож с широким лезвием, похожий на пчак, но с коротким упором под большой палец вверху и полоснул перед моим лицом.
Не особо напрягаясь, я перехватил его за запястье и вывернул руку, заставляя выпустить нож. Оружие ловко поймал ещё до того, как оно упало на стол, дёрнул на себя бандита и всадил его же клинок ему в предплечье, ювелирно вогнав между лучевой и локтевой костями. Недогарда удачно прижала конечность к столу, не давая и шанса сдёрнуть руку с оружия ценой жуткой боли и глубокой раны.
— Поговорим? — повторил я.
И тут вдруг почувствовал опасность откуда-то из-за спины. Мгновенно развернулся и активировал воздушный доспех. Первой мыслью была та, что очухалась дамочка, заработавшая клеймо на лбу от конца обезьяньего шеста. Но нет, та продолжала бездыханно лежать на полу подле лавки. А больше здесь никого и…
«Ах вы суки!», — выругался я, когда активировал аурное зрение. Оно показало двух невидимок. Один неизвестный застыл возле входной двери. Второй медленно заходил ко мне с правого бока. — Ещё пару шагов и ты труп!
Невидимка резко встал. Его напарник возле двери задёргал руками и в них очень быстро появился короткий арбалет. Знаете, такой пистолетного типа, как в псевдоисторических фильмах про ассасинов показывают в моём родном мире.
— И возле двери — тоже. Продолжишь направлять на меня свою пукалку, и она скоро в твоём заду окажется, — пригрозил я, сделал паузу и добавил. — Я не шучу.
К моему удивлению парочка невидимок оказалась рассудительной. Не то что Кровосос и его бригада. Стрелок опустил руку с арбалетом к полу, а его товарищ застыл на месте. Но вот маскировку не скинули.
Мы смотрели друг на друга под грохот боя. Хм, хотя не так сказал, неправильно. Не бой и даже не избиение, а, наверное, экзекуция. Петы не убили ещё никого. Зато следуя отданным приказам уже успели переломать кучу ног и рук.
Напряжённое молчание длилось около двух минут. За это время даже раненый главарь не шевелился и не стонал. Полагаю, он был в курсе кто эти асасины или кому они служат. Да и я догадался. Готов поставить все свои таланты против одного самого бесполезного, что в трактире вот-вот должен появиться король местного криминала.
И не ошибся.
Спустя две минуты ожидания дверь медленно распахнулась, впустив огромного здоровяка со внешностью гуманоидной ящерицы с босыми ногами, в коротких кожаных шортах с боковой шнуровкой и короткой кожаной жилетке. На виду оружия у этого страхолюдища не было. Скорее всего, хранит его в инвентаре. Или вообще не использует. Вон какие когтищи на ладонях и стопах. Потому-то и обувь не носит.
Вслед за ящеролюдом в трактир вошла маленькая хрупкая девушка в чёрной рубашке с кружевным воротником и дутыми рукавами, красной юбке-штанах неимоверной ширины штанин и коротком плаще чуть ниже пояса с крупной фибулой. Милое личико с острыми чертами портило выражение злобы и спеси.
И последним перед моими глазами предстал высокий мужчина атлетического сложения с длинными светлыми волосами, связанными в хвост. Одет он был, как дворянин из конца девятнадцатого века моего старого мира. А ещё очень сильно походил на главного злодея вампирского фильма, где охотник на упырей расстреливал тварей из автоматического парового арбалета и спасал последнюю красотку из проклятого рода.
«А вот и сам Чёрный Глаз, — пронеслась в моей голове мысль. — А ничего он себе окружение подобрал, красиво-опереточное с нотками повседневного ужастика. Не будь это реальный мир, обязательно поставил бы пятёрку сценаристу за подобный ход. Там обычно если и вставляют таких фриков, то выглядят они клоунами или актёрами карнавала, пыжащимися казаться злодеями. Даже дээсовский Джокер больше клоун, чем злодей-клоун — ужаса не нагоняет, действия предсказуемы, ведет себя сродни малолетнему дурачку, жизни не нюхавшего. А вот тут всё очень серьёзно и жизненно».
То, что в трактир прибыл местный королёк мне рассказал его левый глаз. Во-первых, он был немного большего размера, чем правый. Во-вторых, и в-главных — он был чернее угля. Ни радужки, ни зрачка, ни белка, только дегтярная поблёскивающая лужица.
Он вошёл в трактир, сделал три шага и остановился. Проведя головой по сторонам, оценил приколотого к столу Кровососа, неподвижную женщину в считанных шагах от себя, повреждённые стены, внушительную лужу крови возле одной из них, за которой остывал случайно сотворённый мной труп.
Отдавать инициативу очередному бандиту мне отчего-то не захотелось. Или интуиция прорезалась, или я вошёл в раж и подсознательно не видел опасности в новоприбывших, да и просто не хотел уступать вшивому криминалу даже каплю инициативы.
— Ты поговорить пришёл, Чёрный глаз? — быстро спросил я. — Или заступиться за этого придурка. Если первое, то милости прошу к тому столику, — я махнул на большой стол в двух метрах от себя, стоящего ближе к стойке.