Переломный момент (ЛП)

Когда я возвращаюсь к своему рисунку, оказывается, я могу дорисовать его по памяти.
11
КЛЭЙ
— Первая предсезонная игра через два дня. Сосредоточьтесь на обороне, ищите своих товарищей по команде, и давайте одержим победу, — кричит тренер после свистка.
Новичок делает броски и попадает. Остальные ребята подбадривают его, а он ухмыляется.
Я подхожу и делаю то же самое.
С тех пор как я вернулся, я удвоил время, проведенное в спортзале, плюс ванны со льдом каждый вечер.
Восстановление — это больно, и я загибаюсь.
Я чувствую предвкушение предсезонной подготовки. Даже если мое будущее висит в воздухе, соревновательный настрой дает о себе знать.
После тренировки тренер собирает нас вокруг себя.
— Мы видим неплохой прогресс в индивидуальной игре, но мы не узнаем, как это будет выглядеть, пока не начнем играть. Надеюсь, вы, джентльмены, практиковались в пении.
— Пение? — Новичок оглядывается по сторонам.
Джейден смеется.
— Это предсезонная традиция.
Раздаются стоны, но все начинают петь неофициальный гимн команды.
Я фыркаю, когда взгляд падает на меня.
— В прошлом году ты избежал этого, будучи новичком. Теперь ты ветеран, — подтрунивает Джей.
— Я не могу прервать твое шедевральное пение, — бросаю я в ответ.
Глаза тренера останавливаются на мне.
— У тебя проблемы, Уэйд?
Сегодня я не хотел ссориться. А может, и хотел. Сегодня я на взводе, и так было всю неделю.
— Пение не поможет нам выигрывать баскетбольные матчи.
— А здесь помогает.
Мы смотрим друг на друга.
Обычно у меня нет проблем с тренером, но сейчас нет времени на глупые традиции, когда я делаю все, что в моих силах, чтобы снова стать парнем, который может выигрывать баскетбольные матчи.
— Клэй. — Хлоя стоит в стороне, в ее руке планшет, — Харлан хочет поговорить.
— Один на один? – я вытираюсь полотенцем и направляюсь в ту сторону. Но на самом деле чувствую облегчение от того, что меня прервали.
Харлан скрывается в коридоре, скрестив руки на груди.
— СМИ все еще задают вопросы о твоем колене.
— Это их работа — задавать вопросы. Мы оба это знаем.
— Ты на полшага медленнее в защите. Когда ты в последний раз его осматривал?
— Недавно. А что? Думаешь, сможешь меня заменить?
Он вздыхает.
— Моя работа заключается в том, чтобы понять все об этой команде, чтобы у нас было все необходимое для победы. Никто из нас не может предсказать будущее, но я рассчитываю на твое сотрудничество и прозрачность.
— Прозрачность? — повторил я.
Я рано понял, что должен сам заботиться о своих проблемах, потому что никто не сделает этого за меня.
Его лицо напрягается, и я понимаю, что он думает о том же, о чем и я.
— То, что случилось в колледже, было к лучшему, — говорит он, но есть некоторая неуверенность.
— Для тебя, может быть. Я прикрою каждого парня в майке «Кодиак», потому что они этого заслуживают, и я не из тех, кто сдерживает своих товарищей по команде. Но ты поймешь, почему прозрачность — это не то, что ты можешь требовать от меня, — я поворачиваюсь и направляюсь обратно к полю.
Хлоя все еще там, и я не могу удержаться, чтобы не наброситься на нее.
— А не лучше ли тебе посидеть на коленях у Джея?
Она отмахивается от меня.
— Сестра Мари уже на подходе. Ради Новы хотя бы на минуту притворись, что ты способен не быть засранцем.
Я выпрямляюсь.
После той ночи в Красных скалах я был на взводе. Особенно когда Нова смотрела на меня в машине так, будто хотела только одного, чтобы я прикоснулся к ней.
Когда она поцеловала меня, я попытался сопротивляться, но она застала меня врасплох.
Если бы Нова разделась в машине, или предложила отсосать мне, или еще что-нибудь в этом роде, я бы смог оттолкнуть ее.
Вместо этого она прикоснулась своим сладким ртом к моему, и я понял, что хочу ее больше всего на свете.
И я поцеловал ее в ответ. Она была так чертовски хороша. Ее тело было мягким и манящим на фоне моего. Мне хотелось запустить руки под ее одежду и узнать, какие еще секреты она скрывает. Хотелось целовать ее до тех пор, пока на ней не появится мое невидимое клеймо.
 
Но мой единственный приоритет — баскетбол. Это не должно повториться. Вот почему я отступил, когда все, чего я хотел, — это продолжать.
Тогда почему я предложил помощь?
Потому что у нее были тяжелые времена. Мне не нравится видеть, как людей пинают, когда они падают.
Я могу помочь и проводить с ней время, не превращаясь в пещерного человека. Я докажу это сегодня.
После окончания тренировки и того, как тренер отпускает нас, я поднимаю глаза и вижу Нову, стоящую рядом с Хлоей на боковой линии.
На ней джинсовая куртка поверх черной футболки и леггинсы, подчеркивающие каждый изгиб. Ее розовые волосы падают прямо на плечи. Когда наши глаза встречаются, я могу сказать, что она наблюдала за мной минуту.
Мир становится ярче.
— Привет, — говорит она, запыхавшись. Ее губы полные и приоткрытые, и теперь я думаю о том, какой сладкой она была на вкус прошлой ночью.
Я подхожу к ней, останавливаясь достаточно близко, чтобы ей пришлось наклонить голову, чтобы встретиться со мной взглядом.
Я все еще зол, но вид ее смягчает мои чувства.
— Ты здесь бегаешь? — спрашиваю я.
Деликатное фырканье.
— Нет.
— Как скажешь, кодашьян.
Ее рот открывается.
— Я не твоя подружка.
— Похоже, что да.
— Привет, Нова! — Майлз подбегает к ней и останавливается рядом.
Она улыбается ему.
— Привет, Майлз.
— Что ты здесь делаешь?
— Я хотела задать Клэю несколько вопросов о благотворительном фонде «Кодиак».
— Чувак ни хрена не смыслит в благотворительности. Я, с другой стороны, жертвую много.
— Майлз, — говорю я с раздражением в голосе.
— Вау. Звучит так, будто я получаю двух баскетболистов по цене одного, — она с восторгом переводит взгляд с одного на другого. — Почему бы мне не навестить тебя после того, как я закончу с Клэем?
Моя рука сжимается в кулак.
— Да, хорошо. Дай мне знать, когда тебе надоест этот парень, — он улыбается и направляется к Джею и Хлое.
Я наклоняюсь к ее уху.
— Тебе больше никто не будет нужен, когда я закончу с тобой.
Она пристально смотрит на меня.
— Это факт?
— Я в два раза лучше, чем он.
Выражение ее лица невинное и самодовольное одновременно.
— Посмотрим.
Мой член дергается в шортах.
Я готовился к встрече с милой, ранимой Новой прошлой ночью.
Дразнящая, дерзкая Нова — это совсем другая проблема.
Я киваю Майлзу, не разрывая зрительного контакта с ней.
— Принеси нам мяч.
Он приносит, и я приглашаю ее на площадку.
— Я не спортсменка, — предупреждает она.
— «Спортсменка» — это инклюзивный по определению. У меня в лагере есть дети, которые передвигаются на инвалидных колясках, и они очень спортивные.
Ее глаза загораются.
— Что еще ты можешь рассказать мне о благотворительности?
Я наблюдаю, как она снимает резинку с запястья и осторожно собирает волосы назад.
Мой взгляд задерживается там на мгновение, когда я представляю, как убираю ее волосы назад своими руками.
— Я играю с детьми, — говорю я. — Я ездил туда этим летом в межсезонье. Отличное место, свежий воздух. Тебе бы понравилось.
— Может быть, мне придется там побывать, — она оглядывает поле. — Это то, чем ты занимаешься — учишь людей играть?
— Ты единственная, кому больше двенадцати.
— Значит, я особенная, — она прихорашивается.
— Очевидно.
Если бы она только догадывалась, как сильно на меня влияет, игра была бы окончена. Для нас обоих.
Я начинаю вести мяч, но она наблюдает за мной.
— В твоем профиле этого не написано. Возможно, люди были бы более снисходительны к тебе за то, что ты вредный, если бы знали.
— Может быть, мне насрать, дадут мне поблажку люди или нет, — подхожу к ней и жестом показываю, чтобы она делала дриблинг, как я.