Маг 12

– Хорошо. Мои люди разберутся с этим наглецом и теми, кто следит за лавкой. Дайте мне два дня, чтобы накрыть всех с гарантией, – решил я успокоить ювелира и показать ему, что он не один, а его партнер решает такие вопросы.
– Вы можете поговорить с ним? Это правда? – не понял моих слов мужчина.
Я ведь не корчил из себя авторитета до этого времени, чтобы самому не спугнуть ювелира.
– Чего о пустом разговаривать с наемниками? Поговорят обученные люди и он больше не появится на вашем горизонте, – объяснил я ему еще раз, как все произойдет.
Ювелир в подробностях описал мне, как выглядел неприятный незнакомец. Внешность у того такая опасно-запоминающаяся, длинный шрам по правой щеке, лысая голова и легкий акцент, как у астрийца.
Приметная внешность, найти такого наглеца и подсыла от Рыжих труда не составит, проще всего, чтобы не мараться самим и не светиться лишнего, снова сдать его Страже.
Это занятие для Кроса и я отправился, сначала зайдя домой и оставив в тайнике тяжелый сверток с деньгами за две недели продаж драгоценностей, к нему в комнату. Или если там его не найду, на его постоянное место в одном из трактиров с дешевой едой и таким же пивом.
Эти золотые мне пока некуда девать, поэтому пусть полежат.
Может в агентстве понадобятся или все же купить тот Гостиный двор у астрийских купцов?
Уже порядком измученных непонятным ожиданием, как разрешится между странами тот случай в трактире Мортенса.
Ожидание полного разрыва отношений между Черноземьем и княжеством всем действует на нервы, особенно купцам астрийским, полностью зависящим от торговли с городом.
Заодно через своего чиновника проверю реакцию города и его властей на такой ход моего агенства. Может просто я напридумывал тогда сам себе, когда покупал этот красивый торговый центр, говоря современным языком, что город хочет просто забрать себе здание. Самое симпатичное во всем городе и уже готовое принимать лавки и магазины на свои площади.
Тогда я просто нашел повод потратить деньги города, выделенные мне, которые и так пропадали бы с моим исчезновением. Поэтому не сильно переживал о таком шаге.
Теперь же придется тратить свои средства, честно заработанные или украденные, но тоже честно, это стоит признать.
Ладно, есть теперь, о чем подумать.
Завтра зайду в Ратушу, прощупаю знакомца в кабинете регистрации сделок недвижимости, а пока я направился к Кросу, прихватив с собой на всякий случай длинный клинок. Может за нашей встречей с ювелиром наблюдали хорошо обученные люди или он уже сдал меня, все может случиться. Хотя не похоже на это, дядька он тертый по жизни и одним суровым разговором его не испугать.
Придется готовиться к морскому путешествию.
Никак Рыжие не успокоятся, чего я в принципе и ожидаю, зная их неумолимость и злопамятность. Не смогли что-то найти большой толпой наемников, присылают теперь по одному, осторожно внедряя в город. Это противодействие само по себе не закончится никогда, придется вырывать сорняк с корнем. Похоже, что засланные казачки вышли на знакомых Рыжим ювелиров и те донесли, что один из конкурентов как-то подозрительно стал хорошо подниматься на торговле чьими-то украшениями.
Хорошо, что одного наемника прижало уже по времени и требуемой информации для Рыжих, он тупо и грубо полез с угрозами в такое место, как охраняемая ювелирная лавка. Теперь засветился сам и засветит своих дружков, если они, конечно, есть в городе.
Я хорошо понимаю, что такие посланцы будут приезжать и приезжать в город, пока живы остатки клана и у них есть деньги, много денег, очень много денег.
 
Глава 3
 
Кроса я нахожу дома, он валяется в своем жилище, не особо опрятном и ухоженном, но он и такому счастлив.
Особенно после нескольких лет проведенных на лежанках в Сторожке или на службе, когда рад веткам и мху, если их набралось достаточно много, чтобы не касаться своей задницей холодной или ледяной земли.
Здесь во дворе также дежурят свободные мужики, сидя за столом и играя в местную карточную игру.
 
С легкой грустью я вспоминаю те времена, когда думал зарабатывать себе на жизнь в новом мире производством и распространением карт, шашек, шахмат и нард. На самом деле это слишком сложные игры для в основном неграмотного населения, отличить шестерку от восьмерки мало кто сможет.
Хотя мои шашки народу зашли, только как бесплатный вариант.
Зато в полутьме комнаты, освещенной одной свечой, я вижу, что приятель не один и с радостью узнаю его друзей, которые по его словам сильно уже недовольны условиями в Гильдии и думают о увольнении.
Да, Драгер и Конт сидят на деревянных чурбачках вместо отсутствующих стульев и медленно потягивают из чашек ресу, бутыль которой стоит на столе рядом со свечой.
Похоже, что у парней серьезный разговор, раз они расщедрились на солидную бутыль недешевого напитка и простую закуску, занявшую весь небольшой стол.
Предчувствие удачи охватывает меня. Если уж мужчины собрались здесь и о чем-то толкуют между собой, это значит, что на кону серьезный вопрос.
Кажется, что разговор шел до моего прихода довольно жаркий, я услышал на подходе к двери громкие слова одного из Охотников. Что они обсуждают какую-то несправедливость этого мира, а в этом случае она только одна.
Это то, что оборзевшие Старшие не дают продвинуться по службе новой смене, а вакантное звание Мастера, давно уже освободившееся после смерти Тонса, так и не перешло к одному из давно заслуживших его мужчин, заслуженных ветеранов Гильдии для меня и Кроса и все равно салаг, только уже для того же Альса и Турина.
Да, это – непорядок, как я понимаю вопрос, кажется, что слепая неблагодарность Альса грозит потрепанной Гильдии уходом одних из самых опытных ее членов. Оба Охотника не входят в число доверенных людей одного из Старших, поэтому и не получают нового звания. В Гильдии, как и везде, свои интриги и любимчики, значит есть и нелюбимые властью Охотники, это знание мне очень на руку.
Сейчас я могу увеличить свою армию в три раза по численности и раз в пять по смертоносности и обученности, это уже серьезный уровень для Талака, например.
– Здорово, мужчины. Простите, если помешал, у меня короткий разговор к Кросу, – предупреждаю я, что не собираюсь мешать разговору.
– О, Ольг! Ты то нам и нужен! – радостно кричит Крос и машет мне рукой, мол, давай, присоединяйся.
– Про тебя разговор шел сейчас. Тебе же нужны люди в команду?
Мужики, слыша такое резвое начало, замолкают и напряженно глядят на приятеля, сразу же с места в карьер сдавшего тему недавнего разговора.
Кажется, они не хотели бы так сразу что-то решать, возможно, что пришли просто поговорить и перетереть гражданскую жизнь с уже немного нахватавшимся ее прелестей приятелем.
– Нужны. Очень нужны. Прямо через три дня – вообще позарез требуются, – спокойно отвечаю я, присаживаясь на кровать Кроса, откуда он убирает ноги, протягивая мне свою чашку с ресой.
– Больше посуды нет, не обессудь, – говорит приятель и улыбается.
Я делаю глоток, наслаждаюсь вкусом абрикосового самогона и наконец проглотив ароматную жидкость, продолжаю, – Вру, прямо сейчас требуются. Надежные, молчаливые по делу и не боящиеся руки запачкать.
– Сколько и на сколько? – спрашивает решившийся Конт старую формулу заключения договора наемника.
– На осьмицу – за пять золотых единоразово, еда и пиво – все включено. На двенадцать месяцев – по три золотых в месяц, это без особых заданий. Они оплачиваются отдельно, как и вот это, которое на осьмицу.
Мужчины ошарашенно замолкают от моих слов и сумм денег, только Крос сразу же готов работать за отличное вознаграждение, о чем он и говорит.
– Нет, старина, это без тебя, снова в Талак придется плыть, – охлаждаю я его. – Тебе там не обрадуются.
– Верно, – откидывается обратно на подушку почти вскочивший приятель. – Хотя там сильно поредело за последнее время.