Так произошло (СИ)

— Не за что,- Джонатан отмахнулся от этой мысли,- Это было не сложно.
Возможно, Джонатану это и было не сложно и он считал подобное просто незначительной помощью, но переоценить помощь Джонатана на самом деле было сложно.
Гира не любил политику — но как и полагается де-факто правителю Менажери, ему приходилось окунаться в нее куда чаще, чем ему бы хотелось.
Позиция Гиры была сильна в Белом Клыке лишь когда-то, когда он впервые взошел после своего отца, Ка Белладонны, выиграв всенародную любовь своим обаянием и характером — но те дни давно минули. Политика пацифизма, что он проводил, выиграла ему изначальную любовь — но, увы, оказалась несостоятельна для долгого проведения. Гире не хотелось накалять обстановку, он лишь желал мирного сосуществования людей и фавнов — но диалоги и мирные шествия обладают лишь малой толикой эффективности. А неэффективная политика приводит к народному недовольству.
Наверное, если бы не Джонатан, то прямо сейчас Гира уже легко мог бы столкнуться с борьбой внутри Белого Клыка, созданием фракций внутри, а возможно даже с переворотом… Пожалуй, к этому все и должно было прийти в конце концов — сейчас, глядя в ретроспективе, Гира понимал, что он двигался по этому пути к неизбежному перевороту. Пожалуй, ему бы удалось удержать власть в самом Менажери и, наверное, не допустить гражданской войны путем отречения — но без помощи Джонатана его дни в качестве главы Белого Клыка были сочтены.
Но с помощью Джонатана ему удалось добиться куда большего.
Официальное признание пусть и не от крупного государства, но от государства, от настоящего героя и спасителя народа, от короля, от человека с самым могущественным проявлением за последние сто лет — это дорого стоило для всего Менажери.
В дальнейшем же — помощь и сотрудничество между двумя государствами, официальный признание равенства прав людей и фавнов, затем же поставки чудо-лекарств из Гленн…
Иронично то, что даже затребованная Джонатаном плата оказалась более выгодна для Гиры, чем для самого Джонатана.
Да, Гира до сих пор чувствовал некоторое… Неприятное послевкусие от того, что он был вынужден использовать Белый Клык, организацию, что создавалась исключительно в благих намерениях мирного диалога с людьми, в качестве штурмовой силы — захваты праха Шни и даже работа с бандитами для обеспечения поступления праха в Гленн — на первых порах — но даже это оказалось выгодно Гире.
Значительной претензией к его политике было то, что его пацифизм среди многих фавнов соотносился с бездействием. Однако сейчас, стоило ему только приступить к захвату поставок Шни — как Белый Клык увидел в нем не только харизматичную фигуру, но и сильного лидера, готового сражаться за права фавнов…
Иными словами, впервые за долгое время и благодаря Джонатану, позиция Гиры в качестве лидера Белого Клыка была неоспорима и даже вчерашние критики теперь поддерживали его в его начинаниях…
— Так…- Джонатан все же подал голос, заметив, что Гира окончательно погрузился в свои мысли,- О чем же именно ты хотел поговорить — кроме комплиментов?
— Хах,- Гира вздохнул, после чего помотал головой,- Насчет… Поставок.
— Ах, это,- Джонатан кивнул,- Какие-то проблемы?
— Нет, ничего особенного,- Гира помотал головой,- Даже наоборот… Просто… Вот, это письмо пришло к нам сегодня и мы хотели бы узнать, имеешь ли ты какое-либо отношение к этому?
— Хм?- Джонатан протянул руку к письму, что Гира достал из-за пазухи, после чего быстро окинул его взглядом. Синдер, до этого идеально выполнявшая роль незримого наблюдателя, лишь краем взгляда мазнула по письму, прежде чем определить, что ничего интересного в нем не было и вернуться к молчаливому наблюдению за двумя переговорщиками. Джонатан же, в свою очередь, пробежавшись по строкам, только улыбнулся,- Лично, хм… Лично я не имею к этому отношения — но косвенно, пожалуй.
— Так значит, это все же не шутка,- Гира вздохнул, получая письмо обратно, прежде чем помотать головой,- Честное слово, я никогда не думал, что…
— Буду работать с Рейвен Бранвен?- Джонатан вздохнул и улыбнулся, глядя на кивнувшего Гиру, прежде чем вспомнить об Озпине и усмехнуться. Вот, значит, как проявлялась « небольшая помощь» со стороны этого человека,- Что же, поверь мне… Жизнь порой полна самых неожиданных сюрпризов.
    
Гленн
 
Айса Мойра жила на свете дольше, чем многие иные люди и фавны — и, возможно, даже дольше, чем ей было положено жить.
Она успела многое повидать за свою жизнь — она успела своими глазами увидеть самую разрушительную войну в истории человечества, успела застать восстание фавнов, успела увидеть падение Мантла и возвышение Атласа, создание Менажери и Белого Клыка, организацию Горы Гленн, возвышение и падение Бора…
Она помнила времена, когда она была молода — очень молода. Как она служила в армии в качестве новобранца — и за прошедшие десятилетия она смогла подняться от рядовой до капитана… Но не выше.
Высокие чины, будь они генералами или Советниками, всегда были слишком сильно увязаны в политике в первую очередь, и лишь во вторую в управлении.
Она могла стать когда-то Генералом, а потом, быть может, и Советником Вейла — окончательно сбросить с себя военное ярмо и вступить в политику…
Какой человек в здравом уме вообще захочет вляпываться в этот немытый сортир, называемый «политикой»?
Айса сбежала вместе со своими учениками в Гору Гленн спасаясь от подобных вещей — ей нравилось быть причастной к чему-то значимому. Организация военного снабжения, строительство укреплений, тренировки новобранцев — это было для нее лучше всех иных занятий.
И все же, как забавно повернулась ее жизнь…
Готовясь встретить смерть от старости на посту Айса и не подозревала, что последние годы своей жизни она проведет не командуя безмозглым набором офицеров и даже не стреляя в наступающую орду гримм, а, черт возьми, играя в политику…
Но какой иной у нее был выбор?
Айса затянулась сигаретой, слабо ухмыляясь. Что и не говори, но, по крайней мере теперь, возвысившись в политических кругах, над ней не было никого, кто мог бы запретить ей курить в кабинете — и плевать на неженок вокруг. Теперь она устанавливает здесь правила — и она издает законы — так что пусть отправляют жалобы сразу в печь!
Хах, хотя, признаться, в некотором смысле Айсе даже нравилось быть политиком — по крайней мере, в текущих условиях.
Да, первые месяцы… Заставили ее несколько раз проклясть саму себя и ее решение взвалить это дело на свои плечи — но кому еще это можно было доверить?
Джонатан и сам прекрасно понимал, что он не был готов к государственному управлению. Речи и публичные выступления? Дипломатические миссии и рассказы детишкам? Иногда интересные личные проекты и советы? Да, он был неплох в этом — и далеко не глуп — но он не был политиком.
Политика, ха… Если бы все в мире можно было разрешить простым разговором — Джонатан, пожалуй, мог бы стать королем всего мира.
Но в мире было слишком много проблем для которых простых переговоров не хватало.
Мародерство и разгул бандитизма в первые месяцы? Да, Джонатан мог публично осуждать их сколько угодно, призывать к справедливости, даже иногда проводить публичные рейды — но только Айса понимала, что по большей части демократические методы слишком слабо работали с озверевшим сбродом преступников.