Так произошло (СИ)

Ах да, о чем я говорил изначально? Числа. Удачные и неудачные.
Мы, Орден Гермеса, натворили много дел. От древнего Египта и до современных неопаганистов — наших следов немало. Тройка, семерка, тринадцать…
Но в герметической традиции число восемь считается очень несчастливым.
Раньше я считал это глупостью, но…
Родившись восьмого дня восьмого месяца и отправившийся в свой день рождения в Умбру в восемь часов восемь минут утра — а в результате случившегося события потерявший своего отца, потерявшийся в Умбре в неизвестном мире, без возможности выбраться, без помощи и без гроша в кармане — я, кажется, начинаю видеть паттерн.
  
Разбираясь в ситуации
 
Лежащий на полу грязной аллеи молодой парень мог привлечь внимание прохожего тремя фактами.
Первым было то, что он продолжал лежать на полу. Это было необычно для жителей Атласа, однако чаще всего могло быть проигнорировано, если он продолжал лежать в грязной аллее, а не на проезжей части, мешая прохожим.
Вторым фактом была его внешность. Пьяницы в Атласе были не самым частым зрелищем, и даже если они встречались, то обычно это были лишь грязные бродяги, которых по какой-то странной причине еще не выкинули из чудесного парящего города, в то время как молодой парень был, что немаловажно, молодым и достаточно опрятным, вовсе не будучи похожим своей внешностью на опустившегося бродягу.
И третьим фактом, конечно же, была его одежда. Плащ, что мог подойти, как бы заметил с усмешкой взрослый и серьезный житель Атласа, какому-нибудь магу из детской развлекательной литературы или, что было намного более вероятно, охотнику. Однако охотники практически никогда не расставались со своим оружием — и потому безоружный охотник, валяющийся на полу грязного закутка привлек бы внимание особенно сильно.
Хотя, конечно же, безоружен он был лишь в представлении привычных к охотникам гораздо больше, нежели к Практикам Искусства, жителям Атласа.
Именно поэтому, когда лежавший до того спокойно на своем месте неприметный юноша на секунду замер, прекратив вздох — после чего спокойно перевернулся на спину, раскинув конечности в позе звезды — после чего шумно втянул воздух, словно бы для храпа, и медленно выдохнул его, свернув губы трубочкой — очень мало кто из присутствующих мог бы догадаться, что проделанные действия были не проявлением небрежности — а неплохо сыгранным спектаклем для возможного наблюдателя, позволившим магу сотворить магию под носом вполне внимательного противника.
Выдохнув, на секунду юноша замер, прежде чем открыть глаза и резко подняться с земли.
«Ненавижу делать пентакль из собственного тела» — парень свел обратно ноги и руки, что всего несколько секунд назад благодаря его действую образовали примитивную, но все же действенную пятинаправленную магическую печать, после чего провел рукой по лицу — «Признаюсь, я все еще не очень уверен, где я… Но вроде как не привязан к жертвенному алтарю или столу одного из этих техновивисекторов. Повод обрадоваться моей удаче.»
Воспоминания о произошедшем всплывали в его разуме настойчиво, но фрагментарно. Старик… Шторм… Умбра? Черт возьми, Умбра!
Парень помотал головой, прежде чем оглядеться вокруг.
Темная аллея в тени нескольких зданий, этажей, на взгляд, двадцать… Архитектура — нечто вроде этих американских высоток… Хотя, в бизнес-кварталах Лондона все выглядит примерно также.
Судя по тому, что память услужливо донесла Джонатану — он не находился на Земле. Судя по всему, он попал в какой-то из Умбральных миров… И этот Умбральный мир пока-что выглядел примерно похожим на Землю. В этом случае Джонатану оставалось только надеяться, что это был не еще один из Умбральных миров, где нацисты выиграли Вторую Мировую… Учитывая, сколько Нефанди сражалось за них тогда — найти местное Умбральное пристанище Нефанди ему совершенно не хотелось.
Помотав головой, Джонатан поднялся с Земли, после чего отряхнулся и огляделся еще раз.
Умбральный мир мог быть любым. Настолько любым, чтобы быть заселенным исключительно людьми и отличаться от Земли разве что в мелочи настолько незначительной, что десять Магистров Мунди не смогли бы найти это отличие и за тысячу лет, а мог быть настолько отличным, что одно его появление на публике могло бы быть аналогом пробуждения Л… Этого демона соотносительно местным обычаям. Хотя, согласно пока выглядевшим достаточно привычно домам — вероятность последнего была маловероятна.
  
Махнув еще раз головой, Джонатан огляделся, но как и подсказала ему сотворенная ранее магия, согласно традиционному наименованию Ордена, магиа, его текущее местонахождение было пустым относительно находящихся рядом людей — точно также, как не имело и единого отпечатка ноги старика… Если старик все же успел последовать за ним в этот мир.
Джонатан остановился на секунду, после чего медленно выдохнул и помотал головой. Уныние… Было не тем путем, который он был готов выбрать, не попытавшись ни разу сделать шаг по пути действий, а не бессмысленного самосожаления.
Старик мог приземлиться в этом мире — и, говоря на чистоту, должен был — однако в возникшей суматохе он легко мог затеряться и отправиться в совершенно иное место, нежели место приземления самого Джонатана. Значит Джонатану было необходимо найти старика… Или по крайней мере положить начало его поискам.
Однако…
Джонатан огляделся вокруг, после чего логически заключил, что текущее место его нахождения вовсе не походило на хорошую базу, где достойному Адепту подобало проводить какие бы то ни было ритуалы, после чего оглядел себя.
Прямо сейчас на нем была надета его мантия — все та же, в которой он был на своем выпускном… Под ней — рубашка, галстук, брюки… Во внутреннем кармане — очки. Не то, чтобы они ему требовались, однако очки прекрасно подходили для сотворения некоторых распространенных деяний, так что Джонатан предпочитал не пренебрегать столь простым, но эффективным методом.
Ничего слишком компрометирующего — хотя некоторые люди и могли странно посмотреть на его мантию… Хотя, в Умбральном мире на него могли странно посмотреть если бы он не носил мантию — предполагая, что этот мир был населен людьми, а не антропоморфными ящерами, конечно же.
Однако дальнейшие рассуждения в текущих условиях недостатка информации для Джонатана были бессмысленны, так что тот, вздохнув, медленно двинулся к выходу из темной аллеи — чтобы взглянуть на улицы нового города — и его обитателей.
Город, представший перед глазами Джонатана спустя секунду сперва резанул по уставшим глазам ярким светом, прежде чем превратиться из размытого пятна в… Город.
Достаточно человеческий город, насколько сам Джонатан мог судить. Дома, некоторые — жилые. Магазинчики, кафе с открытой летней верандой… Улица, разделенная на две части брусчатой проезжей частью — и не самые частые прохожие вокруг. Пожалуй, единственным, что отличало это место от привычного города Земли для Джонатана было лишь малое количество машин, припаркованных по краям проезжей части, и…
Взгляд Джонатана прошелся по домам, прежде чем замереть.
И роботы.
Два серых антропоморфных робота двигались медленно по улице, получая от прохожих лишь полностью незаинтересованные взгляды в ответ, в полном унисоне, двигаясь плавно, как обученные солдатики, заставив Джонатана на секунду замереть — после чего буквально прыгнуть назад, спасаясь от возможного взгляда двух андроидов.
«Только не Технократы, только не Технократы!» — Джонатан ощутил, как ком подступил к его горлу. Твою мать, именем трижды прославленного Три-Гермеса, пожалуйста, пусть это не будет Умбральной крепостью Технократии! Пусть это не будет одной из тысяч колоний Технократии, набитых до отказа магами, уже отправившимися по следу пространственных возмущений, вызванных его появлением в мире! Трижды-величайший, прошу, только не это!
Джонатан замер, буквально перестав дышать, после чего бросился за ближайший мусорный бак, не допуская даже в мыслях возможность использовать телепортацию. Только не перед лицом техносов!