Упрямец (СИ)

Теург не терял времени. Быстрым движением он создал печать, изгоняющую тьму. Но вместо завершения сложной руны начал вливать ту немногую энергию, что еще оставалась, в правую руку.
— О, с ней все непросто. Она настоящая аллегория человеческой жизни, как та задумана создателем. Кем бы он ни был. Ни жива, ни мертва. Великолепная дихотомия. Бедный фанатик. Воистину, ироничная ситуация. Ты прошел весь этот путь, а ответа найти не можешь. Но больше я ничего тебе не скажу.
— Вот и прекрасно. А то я начал уставать от твоей болтовни.
Стремительным рывком Нокс ринулся вперед. Ластер едва успел повернуться. Удар пришелся точно по лицу. Вечерний лес озарился ярким белым светом. Нокс внутренне возликовал. Ластер взревел не своим голосом. Собранная энергия печати Владыки нанесла ему чувствительную рану. Шансы еще оставались.
Отступник споткнулся, но устоял на ногах. На лице Ластера виднелся красный с черным след. Кожа в месте удара обуглилась и обратилась ничем. Противник кинулся с мечом на Нокса. Тот парировал удар и нанес собственный. Клинки сверкали и звенели, металл жаждал крови.
Коротким финтом Ластер отвел меч Нокса и выбил оружие у теурга. Нокс ударил ногой, отбросил противника, упал, перекувырнулся и поднял клинок. Вновь прыгнул на противника, готовясь нанести удар. Оставались считанные сантиметры. Три шага, два…Теург замахнулся, готовый завершить атаку, но внезапно почувствовал холод и резкую боль. Внутри что-то противно хрустнуло.
Нокс посмотрел вниз, словно не веря произошедшему. Серебристый клинок вонзился прямо грудь, чуть ниже сердца. Теурга накрыла волна мучительной боли, а затем пришла слабость. На черную сутану и сапоги хлынула кровь. Ноги подкосились сами собой. Однако упасть ему не позволили. Нокса подхватили жилистые руки.
— Как я и говорил, я выживу, а ты останешься здесь. Забытый навек, — Ластер схватил теурга за плечо и вонзил клинок еще глубже. Из горла Нокса вырвался хриплый тихий крик. Обагренный кровью меч повредил позвоночник и вышел из спины.
— Я с самого начала говорил, что ты угроза, которую нужно устранить. А она считала, что ты станешь достойной жертвой. Плотью и силой для нового рождения. Думала, что ты сможешь дать ей то, чего не смогли дать другие, даже я! Но этого не случится, она будет моей и только моей! А ты не обретешь покоя даже в смерти! Ты никогда не воссоединишься с тем богом, которого так превозносишь!
Ластер резким небрежным движением вытащил клинок. Меч с чавкающим звуком вырвался из плоти. Теург, обливаясь кровью, опрокинулся на живот.
— Прощай, пусть вечность в этом забытом месте станет тебе проклятием.
Ластер удалялся и вскоре исчез из виду. Грудь и живот мерзко холодило. Он перевел взгляд в сторону и увидел огромную красную лужу, которая тем временем продолжала разрастаться. Нокс услышал знакомый шелест крыльев. Он был в сознании, когда рядом с ним село птицеподобное существо. Висп протянул маленькую записку. Видя, что его господин не может развернуть пергамент, создание помогло. Маленькие, похожие на руки лапки развернули послание.
Из последних сил Нокс перевел взгляд на пергамент. На листе пожелтевшей бумаги было написано ровно четыре слова:
«У Лангоса нет детей»
Нокс внутреннее усмехнулся. Теперь он все понял. В последние мгновенья теург услышал громкий рев и ощутил мощный всплеск энергии поблизости. Наконец, сознание покинуло его измученное тело, уступив место глубокой как колодец тьме.
  
Глава 9
 
Ластер грубым толчком отворил скрипучую дверь. Полотно с грохотом ударилось о стену. Внутри пахло прелым деревом и сыростью. Комната, которую он спешно обшаривал глазами, бросаясь из стороны в сторону, была темной и неуютной. Колдун одернул старую ветошь, но никого не нашел. Топчан у дальней стены стоял пустым.
— Ты вернулся.
Ластер вздрогнул и повернулся.
Перед ним стояла молодая женщина с уставшим, изможденным лицом. Ее утонченные, почти восковые черты выглядели словно принадлежали умело сделанной кукле. Не мешкая ни секунды, он быстрым шагом подошел к ней. Оказавшись вплотную, Ластер заключил ее в объятия. Прижался щекой к медленно вздымающейся груди.
 
— Слава богам. Ты цела.
Она нежно, почти по матерински погладила его по голове.
— Тише. Все хорошо. Я здесь.
— Извини, меня не было слишком долго.
— Не надо лишних слов. Я все знаю.
— Я, я все сделал как было должно! — Выпалил он, — выбора не было! Он больше не причинит нам вреда!
Она заметно помрачнела.
— Ясно. Так значит, он мертв.
В голосе женщины звучала горечь.
Ластер виновато опустил глаза.
— Я пытался, правда пытался, прости меня! У меня ничего не вышло. Он был слишком силен, опасен и непредсказуем. Я боялся, что он навредит тебе. Навредит нам обоим!
Она подняла руку и помотала головой.
— Ты ни в чем не виноват. Ты делал как было лучше для меня, о большем я не могу и просить. Пусть упрямый колдун сгниет, не зная покоя, а его кости растащат дикие звери.
Он машинально кивнул.
— Так ты знала, что я задумал?
— Конечно же знала. С той самой минуты, когда ты явился раненый когтями того существа. Я видела, как ты тревожишься, как страшишься. А когда ты внезапно пропал, передав мне всего пару скупых весточек, я поняла, что-то не так.
— Тогда почему ты все еще здесь? Я же умолял бежать как можно дальше! Ты хоть представляешь, как это опасно? Если бы я не справился…
Она должна была уйти в тот миг, когда он отправился в проклятый лес. Когда рискнул всем, не готовый поставить и денария на собственную судьбу и свое выживание. Он шел туда чтобы победить или выиграть немного времени.
— Я верила, что ты справишься, и мне не будет угрозы. По-другому произойти не могло. Но если бы случилось так, что мой избранник потерпел поражение, мне бы не было покоя ни здесь, ни за много лиг в самом укромном убежище. Такие как он знают свою работу слишком хорошо. Какая в таком случае разница?
— Но я справился! Справился! Скажи, ведь теперь мы свободны?
Она ласково улыбнулась.
— Да. Теперь мы свободнее летнего ветра. Мы вновь вольны делать что хотим и идти куда пожелаем. Теперь, когда я почти обратилась и вернула свою силу.
— Тогда уйдем отсюда! Мне невыносимо надоел этот город! Мне до тошноты осточертели его обитатели! Теперь, когда твоя болезнь отступила, я хочу скорее уехать отсюда, уехать и забыть обо всем! Идем же!
Он взял ее за руку и повлек за собой к выходу из смрадных трущоб. Однако она осталась на месте. Не сдвинулась ни на шаг, словно безмолвное изваяние.
— Что с тобой? Ты устала? Тебе снова нездоровится?
— Нет. Твоими стараниями мне стало намного лучше. Жизнь вновь в моих собственных руках. Я полна силы, будто никогда не страдала от той безысходной немощи.
— Тогда идем же! Времени мало! Они скоро прознают, что мы убили одного из их племени! Нужно уходить!
— Я не могу. Еще не время. У меня осталось одно незаконченное дело.
— Что?
Ластер был сбит с толку.
— Нам больше никто не угрожает. Колдун погиб, его бренное тело оставлено на потеху падальщикам. Но с его смертью я потеряла нечто очень важное. Теперь у меня не осталось другого выхода.
Она перевела на него темный взгляд.
— Я так благодарна. Ты не представляешь, что значат те жертвы, на которые ты решился. Но, чтобы обрести себя, мне понадобится нечто большее.
Ластер отпустил ее руку и отпрянул.
— Выполнишь ли ты мою последнюю просьбу? Дашь ли мне то, чего я так хочу?
Он изменился в лице.
— О чем ты говоришь? Я не понимаю.
— О нет, ты все отлично понимаешь.
С демонической ухмылкой, возлюбленная сделала несколько шагов ему навстречу.
***
Он потерял счет времени, если оно вообще здесь что-то значило.
"Где я?"
Клубами сквозь тьму стелилась дымка. Влажная как могильная землю и густая как туман над рекой.
"Что случилось?"