Императрица Ядов (ЛП)
— Нет, — вздохнул он. — Это моя работа терпеть это. Я ее муж, ее вторая половинка. Я не могу позволить, чтобы это коснулось нашего сына. Не могу позволить Антону почувствовать это.
Я не ослабил хватку.
— Его ничто не тронет.
— Наши сыновья теперь в безопасности. Но не навсегда. Никто не может вечно оставаться в безопасности.
Это ужасная мысль, но Дмитрий прав.
Никто не мог оставаться в безопасности вечно.
Так нас и нашел Артем. Он тяжело дышал, как будто бросился к нам, как только услышал, что я остался наедине с Дмитрием. Когда-то давно он бы так не волновался, но я уже не был тем человеком, которым был когда-то.
Где он ? Человек, с которым я познакомилась почти три года назад.
Ее слова не давали мне покоя, затрагивая меня больше, чем я хотел бы признать.
Человек, который подарил мне библиотеку и шутил со своей семьей. Человек, подаривший мне библиотеку и шутивший со своей семьей. Человек, которого уважали его люди до того, как стали его бояться.
Я хочу знать, где он.
Я не знал, где он был. Я съел его живьем в тот день, когда Елена оставила меня, проглотив его и все его слабости целиком.
Все, что осталось, это монстр Тарханов и его набитое брюхо.
11
Константин Тарханов
Передо мной раскинулся фруктовый сад, каждое дерево было голым, неуклюжей фигурой, с ветвей которой вместо спелых красных яблок капал лед. Холодный воздух кружился вокруг, мчался по замерзшей земле и свистел, обжигая наши носы и щеки.
Погода может быть жестокой, но именно напряжение заставило мир почувствовать себя на несколько градусов холоднее.
Я стоял перед лабораторией, засунув руки в карманы, и оценивал ущерб.
Ночью на нас напали. Не ограбили, не надули. Нет, наши враги не забрали ничего из товаров, вместо этого решив уничтожить все оборудование стоимостью в тысячу долларов, какое только могли. Окна были разбиты, товар испорчен, а камеры видеонаблюдения разбросаны вокруг.
Несколько Воров были застрелены, некоторые умерли мгновенно, в то время как другие боролись за свою жизнь в больнице. Никого из рабочих не было — небольшое милосердие.
Мы даже не успели позавтракать, как раздался звонок, предупредивший нас о нападении. Никаких сигналов тревоги не было, никаких предупреждающих знаков замечено не было. Это сразу же указало на того, кто это был... только один человек знал достаточно о моей безопасности, чтобы перехитрить это все.
— Титус? — сказал Артем рядом со мной.
— Абсолютно.
Он поджал губы, но ничего не ответил.
— Почему мы не обновили нашу систему охраны?
Это был не такой уж большой вопрос.
— Ты не спросил, сэр.
— А я должен был?
Я пошевелил челюстью, чувствуя, как мышцы дергаются от раздражения.
Я виноват. Я сменил охрану вокруг поместья и других наших активов, но не сада. Может, это вылетело у меня из головы, или, может, я был слишком самонадеян, чтобы думать, что у Титуса будет шанс. Другая причина могла состоять в том, что я слишком далеко зашел в своем горе и безумии, чтобы понять, где наша защита слабее всего.
В любом случае, это нападение было на меня. Смерть моих людей на моей совести.
Еще один грех, который стоит добавить к моей солидной коллекции.
Нападение было любопытным... Почему они не забрали с собой героин?
Зачем оставлять товары на миллионы долларов на снегу?
Волосы на затылке внезапно встали дыбом.
— Уберите все, — сказал я.
Артем не спорил и не спрашивал, почему. Просто рявкнул:
— Пойдёмте.
Бродячие Воры немедленно начали расходиться. Некоторые исчезли в зарослях деревьев, в то время как другие сгруппировались вокруг нас с Артемом, защищая. Даже большие собаки-убийцы у их ног напряглись, виляя хвостами.
Я повернулся и пошел прочь от этого места. Медленно, методично. Земля хрустнула у меня под ногами.
— Костя? — голос Артема был тихим.
Я не смотрел на него.
— Тебе не кажется странным, что весь наш товар учтен?
Осознание поразило его черты, и он быстро осмотрел местность. Он приказал нескольким людям подняться вперед и посмотреть, не прячется ли кто-нибудь у машин, ожидая, чтобы поймать нас.
Один из них немедленно вернулся с предупреждением.
— Там ждут два федерала, — предупредил нас Вор. — У них камеры и прочее дерьмо.
Я разгладил свое пальто.
— Очень хорошо. — я дернул подбородком. — Олежка.
Моему торпедо не нужна была команда или приказ. Тон, которым я произнес его имя, сказал ему все, что ему нужно знать.
— Босс? — спросил Артем, когда я двинулся дальше. — Давай обойдем здание сзади.
— В этом нет необходимости, Артем.
Мужчина обменялся взглядами друг с другом. Это взгляды, которые я видел много раз за последние три года. Переводилось так: босс безумен, и мы все пострадаем из-за этого.
— Те, кто хочет спрятаться от федералов и их камер, могут обойти сзади, — сказал я вслух. Никто из них не пошевелился. — Как я и думал.
Федералы не проделали впечатляющей работы, пытаясь замаскироваться. Они наблюдали за происходящим с переднего сиденья машины, подняв окна, сохраняя тепло. Когда мы шли к нашим машинам, сверкнула вспышка их камеры.
Я остановился, засунув руки в карманы, и оглядел их.
Весь мир, казалось, замер, когда я оценивал их. Даже ветер прекратил бесконечный вой.
Затем я начал двигаться.
Мои люди в тревоге закричали, когда я подошел к федералам. Прежде чем они успели запереть двери, я распахнул их и вытащил водителя. Оба достали пистолеты, но я не остановился.
— Ну, что у нас здесь? — я спросил.
Тот, кого я вытащил из машины, лежал на спине, направив на меня пистолет. У него раскраснелись щеки и блестел нос, он выглядел как обычный Санта. Другой федерал был моложе, с большим лбом и заостренным подбородком — его пистолет был направлен на меня, но руки слегка дрожали.
— Довольно маленькая команда, — задумчиво произнес я. — Молодой и старый бык.
Старший агент не позволил своему страху проявиться так явно.
— Осторожно, Тарханов. На тебя нацелены два пистолета.
— А на тебе шестеро.
Его глаза скользнули по моим ногам, поймав взгляд моих людей. Все они были готовы атаковать — без лишних вопросов.
— Пристрелите меня, и они никогда не найдут ваших тел.
Старший агент не опустил пистолет.
— Если это то, что нужно, чтобы уничтожить такого человека, как ты, Тарханов, так тому и быть.
Я холодно рассмеялся.
— Как грубо с моей стороны. Ты знаешь мою фамилию, а я не знаю твоей. — я наклонился и снял его значок с куртки. Удостоверение было потертым и выцветшим, показывая, как долго он работал агентом ФБР. — ССА Стивен Кавински. Очень приятно познакомиться с тобой.
Его челюсти сжались. Для человека, лежащего на спине, полностью в моей власти, я восхищался его бравадой.
— Одно неверное движение, Тарханов, и тебе конец.
— Не думаю, что это полностью правда, — ответил я. — Почему ты здесь, агент Кавински? Сезон сбора яблок прошел.
— Не твое дело.
Я надавил ногой ему на горло, перекрывая поток воздуха.
— Стивен, это не тот ответ, который я хочу услышать.
Его легкие изо всех сил пытались вдохнуть воздух, и вздохи становились все громче.
— Наводка, — выпалил молодой агент. — Мы получили наводку, что ты будешь здесь.
— Энди, нет... — выдохнул Кавински.
Я убрал ногу с его горла и улыбнулся молодому агенту. Его пистолет начал трястись ещё быстрее.
— Продолжай, Энди.
— Нам позвонили... и сказали, что ты будешь здесь. Если бы у нас была твоя фотография, мы могли бы изобличить тебя...
— Я понимаю. — я отступил назад, засунув руки обратно в карманы. — Спасибо тебе за твою честность, Энди.