Вмерзшие в S-T-I-K-S 2. Клейменые холодом (СИ)
Несмотря на философские мысли, настроение было прекрасное. Дара таращилась в окна, прямо как я, когда первый раз ехал по Цитадели в компании сектанта Йена.
– Как тебе городок? – спросил я у неё.
– Для жестокого параллельного мира покатит.
Прибыв на место, я честно отсидел очередь. Вошел в кабинет, сказал кодовое слово и получил новые документы гражданина четвертой категории с уже пробитым разрешением на оружие, причем без всяких проверок у ментата. Такой расклад мне нравился. Дару пришлось ждать дольше, её прогнали по полному циклу процедур.
Когда, наконец, все закончилось, мы вышли на улицу. Уже стемнело. Дара выхватила у меня из рук карточку, начала сравнивать со своей и звонко засмеялась.
– Ты чего? – уставился я на нее.
– Ничего. Ты хоть посмотрел, что получил? – она вернула мне паспорт.
В графе имя было написано «Заноза». И чья эта бурная фантазия тут поработала? Воронцов глянул в документ и тоже заржал.
– Ну, а че, тебе идёт. Радуйся, что «в заднице» не дописали.
– Угу, счастлив безмерно. Поехали за пистолетом, а то уже пристрелить кого-нибудь хочется.
В магазин к Виму соваться не стали. Заехали в тот, что находится в рейдерском квартале. Выбор там был скудный. Я прихватил пару «радеек». Взял самое лучшее что было – двадцатый «Глок» и четыре магазина к нему. Продавец подозрительно посмотрел, но требуемое продал, переписав в журнал мои данные.
Дара уже запрыгнула в машину, а Вороцова я попридержал и отвел в сторонку.
– Слушай, нужно для Дары жилье снять приличное, чтоб ни одна криминальная рожа рядом не мелькала. С нами небезопасно будет.
– В смысле не безопасно. Ты чего опять выдумал?
– Ничего такого.
– Лучше всего в квартале нимф, у них там есть специальные дома для этого дела. Типа программа помощи свежачкам.
– Ну нахер эти программы. Еще завербуют в свои лесбийские ряды, – хохотнул я.
– Сейчас решим. Подожди здесь.
Воронцов пошел в доходный дом и вернулся минут через десять.
– В больницу звонил, – пояснил он. – Кира сказала адресок куда подъехать.
– Отлично! – обрадовался я. – Кстати, как у вас с ней?
– Потихоньку. С этой работой как-то особо не до личной жизни. Ночую либо в участке, либо на базе «Щита».
– Ну ничего. С делами порешаем, успеешь еще нагуляться.
Мы загрузились в машину и поехали по указанному адресу. Это оказалась небольшая трехэтажная общага. На входе нас встретила милая старушка, которая и была владелицей этого дома. Видимо омолаживаться ей по должности не положено.
Я сразу накинулся на нее с вопросами: какая тут охрана, есть ли выход на чердак, где пожарная лестница, насколько крепкие двери, можно ли организовать доставку товаров, и все в таком духе. Старушка меня успокоила и сказала, что все будет в порядке. В итоге подобрала комнату на втором этаже.
Она оказалась очень даже ничего. Просторный зал с большими окнами. Длинный во всю стену диван. Рядом тумбочка с телефоном. Небольшая спальня и уютная маленькая кухонька. Воронцов отдал предоплату, и владелица оставила нас в апартаментах, пообещав принести постельное белье.
– Значит так, Колючка, – сходу начал я инструктаж по ее самостоятельной жизни. Из комнаты не выходишь, гуляешь только глазами через окошко. Еду, одежду, косметику и прочие приблуды тебе организуют.
Она даже не спорила и не паясничала, ей нужно было это личное пространство. Эта передышка, возможность уединиться, чтобы все осмыслить.
Я достал из нагрудного кармана рацию.
– Вот, держи. Как пользоваться я тебе объяснял. Все рабочие частоты уже забиты. Если что-то случиться вызывай. Я буду периодически сам выходить на связь. Через пару дней заеду тебя проведать.
– Так, теперь самое главное, – я отстегнул с пояса кобуру и один за другим выложил на подоконник три магазина. – Тебе сегодня объясняли, как пользоваться, вот и пользуйся.
– Ну ты вообще, – покачал головой Воронцов. – Кто этот дворец целомудрия штурмом брать будет?
– Найдутся гении, – отмахнулся я.
– Крутяк! – заулыбалась Дара. – А как же ты? – тут же спохватилась она.
– За меня не переживай. Я себе еще раздобуду. Это «Глок», предохранителя на нем нет, так что не вздумай палец на курке держать, когда в кобуру суешь. Отсюда письмо с жалобой в фирму не напишешь, как американская полиция, когда их только переводили на этих красавчиков. Потом время будет, в тир тебя свожу, постреляешь. Целиться-то хоть умеешь?
– Разберусь, – сказала она, уже примеряя кобуру.
– Ну, все, обживайся. Ты теперь девочка большая.
– Так грустно, когда птенцы улетают из гнезда, – притворно пустил слезу Воронцов. – Ладно прощайтесь. Я вас снаружи подожду.
Дара крепко обняла меня.
– Будь осторожен. Если тебя убьют, мне некого будет подкалывать.
– Постараюсь. Ты тоже тут не буянь. Бабку до инфаркта не доводи. Девчонкам постарайся глаза не выцарапать. Если мне на тебя пожалуются, я к тебе подселю собаку и бомжа. Даже не так. Тебя подселю к собаке и бомжу.
Дара улыбнулась и еще сильнее обняла меня.
В этот момент телефон задребезжал и начал подрыгивать на рычажках. Девушка вопросительно посмотрела на меня.
– Бабулька наверное звонит, – предположил я.
Я кивнул Даре, и она подняла трубку.
– Ало, – сказала девушка. Я встал ближе, чтобы слышать, что там скажут.
– Здравствуйте, милочка, – послышался искаженный мужской голос. –Передайте пожалуйста трубку тому из ваших товарищей, кто наименее похож на приличного человека, – она растерянно потянула мне телефон.
- Это тебя.
Воронцов, заглядывающий в комнату, вопросительно кивнул. Я лишь пожал плечами и ответил.
– Ало.
– Фарт? – донеслось в ответ.
Глава 21. Комендант
День шестнадцатый
Цитадель
Минус двадцать три градуса по Цельсию
– Фарт! – радостно воскликнул голос общажного коменданта.
– Кузьмич? – растерялся я. Воронцов удивленно вскинул брови.
– Проваландаются не пойми где, потом уже старых друзей не узнают, – притворно пожаловался комендант. – Фарт, у меня тебе одно очень деликатное дело.
– Излагай, – заинтересовался я.
– Не по телефону. Можешь ко мне заскочить?
– Да не вопрос.
– Хорошо. Спасибо. Тогда до встречи.
– До встречи, – растерянно пробормотал я и положил трубку.
– И чего? – уставился на меня Воронцов.
– Да нихрена конкретного, – развел я руками. – Откуда он вообще знает, что я жив?
Воронцов лишь пожал плечами.
Прямо на телефоне была наклеена бумажка с номером управляющей. Я покрутил барабан.
– Ало, это новые постояльцы.
– Что-то не так? – обеспокоенно спросила старушка. Видимо, было в моем голосе что-то такое.
– Зачем вы дали телефонный номер этой комнаты?
– Что? Простите, я вас не понимаю. Вам кто-то позвонил? Я сама еще не смотрела в журнале что у нее за номер и уж тем более никому его не давала.
– Понятно. Спасибо, – сказал я и положил трубку.
– Думаешь, брешет бабка?
– Зачем ей это? – задал я резонный вопрос.
– А откуда Кузьмич тогда номер узнал?
– Кто этих вампиров разберет. Сейчас съездим и всё выясним. В конце-концов не будут же на нас ловушку ставить в общаге СБГ.
– Не боишься, что узнают?
– А ты бы меня узнал?
– Вряд ли.
– Во-о-от. К тому же я заходить не собираюсь. Ему надо, пусть сам в машину к нам садится.
Я еще раз попрощался с Колючкой и поспешил свалить. На душе было не спокойно, словно и не увидимся больше. Еще Дара, блин, стоит вся такая серьезная, глаза поблескивают.
Воронцов сел за руль, а я тупо пялился на проплывающие мимо дома, оперевшись головой о стекло.
– Стой! – резко скомандовал я. – Давай вот у этих купцов позолоченных притормози. Они вроде еще не закрылись.