Искушение

– Потому что он красивый, милый и обаятельный.
– И умный, – пробормотала я, закатив глаза.
Джо Энн хихикнула.
– Ты так говоришь, как будто это плохо.
– Еще бы. – Я громко вздохнула. – Я же его толком не знаю.
Она недоуменно уставилась на меня.
– Мы знакомы всего пару недель, и я, похоже, влюбилась в него с первого взгляда, но все равно мы же еще друг друга не знаем. – Я дернула плечом. – В общем, странно это все.
Джо Энн открыла рот, закрыла и снова открыла.
– Ты знаешь, я, наверное, худший советчик в таких делах.
– Это уж точно, – рассмеялась я.
Она прищурилась.
– Но ты же сама понимаешь: все люди друг другу чужие, пока толком не познакомятся, не узнают друг друга получше, не начнут встречаться.
– Мы пока ни о чем таком не говорили.
– Хм. – Джо Энн сморщила нос.
– Если честно, я ему пока что не давала повода об этом заговорить, так что я не знаю, чего он от меня хочет: встречаться или просто… потрахаться. Я даже не знаю, хочу ли я сама с ним встречаться, – призналась я. Сама мысль об этом пугала, поскольку я прекрасно помнила, чем это обычно заканчивается: разбитым сердцем.
– Так в чем дело-то? Если вы оба не прочь – замечательно. Вдруг он как раз хочет с тобой встречаться? А может, тебе тоже этого захочется. Глядишь, что-нибудь и получится. – Джо Энн оглянулась на открывшуюся дверь кофейни и вздохнула. – Жаль, что я сама не следую своим советам.
– Точно.
Она усмехнулась.
Я теребила соломинку. Сердце у меня сжалось. Наконец я глубоко вздохнула и решилась:
– Последний… последний парень, с которым я встречалась, собственно, единственный, с кем у меня что-то было, – так вот он погиб.
Джо Энн распахнула глаза.
– Как?
Она знала, что мои приемные родители умерли, и я решила, что лучше всего будет рассказать ей полуправду: якобы все трое погибли вместе.
– Погиб вместе с моими родителями в автокатастрофе. – Я поморщилась – наверно, потому что дело было совсем не так. – Он был моей первой любовью, и я его потеряла.
Во взгляде Джо Энн читалось сочувствие, и я почувствовала, что щеки мои заливает румянец. Мне трудно было говорить о Шоне.
– Понятно, – тихо проговорила Джо Энн. – То есть ты пока не готова к новым отношениям.
Я подняла глаза на нее, потом окинула невидящим взглядом очередь у прилавка.
– Прошло уже три года, и я… наверно, готова к отношениям, но это же…. – У меня укололо сердце. Я пристально посмотрела на подругу. – Это плохо, да? Это предательство? Я чувствую себя предательницей по отношению к Шону. Он умер, а я тут кручу с другим.
– Ну что ты, это вовсе не предательство. Я его не знала, но если он тебя любил, наверняка не хотел бы, чтобы ты похоронила себя заживо и больше никогда ни в кого не влюбилась и не стала встречаться с другим. – Джо Энн протянула руку и пожала мою ладонь. – Надо жить дальше. Да ты и сама это понимаешь.
– Да, – прошептала я. В горле у меня стоял ком: я попыталась вызвать в памяти лицо Шона, но оно расплывалось перед моим мысленным взором. Я уже плохо помнила, как он выглядел, и это мучило меня. Джо Энн права. В глубине души я и сама все это знала. – Мне просто иногда трудно в этом признаться.
– Можно спросить? – Джо Энн подалась ко мне. – Ты ему доверяешь?
Ее вопрос меня оглушил. Разумеется, она не догадывалась, чем мы с Реном занимаемся, и вовсе не то имела в виду. Но то, что она сказала, тоже было важно. Готова ли я доверить ему свое тело? А может, и свое сердце, и тайны? Трудно ответить на такой вопрос, и не потому, что я не знала ответа: дело было в том, что это значило на самом деле.
Я встретилась взглядом с Джо Энн и произнесла, испытывая странное волнение:
– Да, я ему доверяю.
* * *
Расстались мы в первом часу. Джо Энн села в такси, а я достала мобильник и позвонила Брайтон. Та взяла трубку, сказала, что они дома и Мерль не против пообщаться. Я едва не сбежала по ступенькам вприпрыжку и не пустилась в пляс прямо на улице.
Но все-таки сдержалась.
Прислонилась к стене торгового центра и, прищурившись, посмотрела сквозь солнечные очки на экран смартфона. Я сказала Брайтон, что скоро приеду и что, возможно, буду не одна.
 
Потом занесла палец над номером Рена. Я ему доверяла, но все равно мне было непросто решиться на этот шаг. Нервно подняв глаза, я проводила взглядом проезжавший мимо трамвай. Потом, не глядя, нажала номер Рена.
Он ответил на втором гудке:
– Айви?
Я нахмурилась:
– Кто же еще.
Он усмехнулся с нежностью:
– Извини. Я удивился, что ты сама мне позвонила. Думал, мне придется либо ждать до завтра, чтобы тебя увидеть, либо выслеживать тебя где-то в городе.
Я еле удержалась, чтобы не улыбнуться. Я расхаживала туда-сюда вдоль кирпичной стены под дубами.
– Ты занят?
– Для тебя я всегда свободен.
По моему лицу нероизвольно расплылась глупая улыбка. Хорошо еще, что меня не видел никто из знакомых.
– Можешь подъехать в торговый центр на Притания-стрит? Нам с тобой надо кое-что сделать.
Повисло молчание.
– Если бы я сказал, о чем сейчас думаю, ты бы бросила трубку.
– Даже не сомневайся, – рассмеялась я.
– Буду через двадцать минут. Идет?
Я кивнула и почувствовала себя полной идиоткой: мы же говорим по телефону.
– Отлично.
Черный мотоцикл с ревом подкатил к торговому центру пятнадцать минут спустя, и мне не хотелось даже думать о том, с какой скоростью он гнал, чтобы за пятнадцать минут добраться в Гарден-дистрикт по воскресным пробкам.
Я подошла к мотоциклу, Рен протянул мне шлем, поднял визор на своем и улыбнулся, так что на щеках показались ямочки.
– Куда прикажете, миледи?
Я взяла шлем и кивнула:
– Это недалеко, в паре кварталов отсюда.
Объяснив, куда ехать, я села на мотоцикл.
– Кстати, ты выглядишь очень мило сегодня. Такая расслабленная Айви. Не видел тебя такой.
Я покраснела и тут же рассердилась на себя за это.
– Смотри, не прижимайся к рюкзаку, – продолжал Рен. – Там всякие острые штуки, которые нам с тобой сегодня понадобятся.
Его слова заинтриговали меня. Я надела шлем и обхватила Рена за пояс, стараясь не прижиматься к рюкзаку. От торгового центра до дома Брайтон мы домчали за считаные минуты. Рен припарковал мотоцикл, снял шлем, я тоже сняла и хотела было слезть с мотоцикла, но тут Рен обернулся.
Он взял меня за щеки большими мозолистыми ладонями, наклонился ко мне и поцеловал. Прямо на улице перед домом Брайтон и Мерль. Причем поцелуй не был ни скромным, ни торопливым. Рен, наверно, вообще не умел целовать скромно.
Его теплые губы настойчиво и жадно прижимались к моим. В руках у меня был шлем, и мне оставалось лишь наслаждаться его поцелуем.
И я наслаждалась им.
Мотоцикл все еще урчал под нами. Язык Рена коснулся моего языка, я вздохнула и губами почувствовала, что Рен улыбнулся. Мне захотелось отшвырнуть шлем и броситься к нему в объятия.
– М-м-м, – пробормотал Рен, не отрываясь от меня.
– Ты… чего? – недоуменно моргая, спросила я.
Рен рассмеялся, отвернулся от меня и заглушил мотор.
– Ничего. Просто так. Привыкай. Я тебя часто буду целовать просто так.
Я уставилась ему в спину.
– А если я не хочу?
Рен оглянулся через плечо и приподнял бровь.
– Хочешь.
Я вздохнула. Он прав, чего уж.
– Так зачем мы сюда приехали? – Рен с любопытством оглядел дом. – Мы что, уже присматриваем, где бы нам с тобой поселиться?
– Вот еще, – усмехнулась я и спрыгнула с мотоцикла. – Нет.
Рен тоже ухмыльнулся, слез с мотоцикла, подошел ко мне со шлемом в руках и окинул взглядом изгородь.
– Тогда что мы тут делаем?
– Здесь живет моя подруга. Ее зовут Брайтон. Ее мама когда-то служила в Ордене, но потом… ее поймал эльф и выпил из нее силы. Она так и не оправилась от этого. – Я со вздохом взглянула на дом. – Мерль знала все. Да и сейчас знает. Она занимала довольно высокое положение в Ордене, так что возможно ей известно, где врата.