Неожиданная Россия (СИ)
Так бесславно закончилась попытка русских властей использовать целую наёмную армию. Однако, история европейских наёмников в России на этом не завершилась.
Предки Лермонтова и «полки иноземного строя»
В 1614 году воска князя Дмитрия Пожарского осадили польский гарнизон крепости Белая (на территории современной Тверской области). После переговоров гарнизон, состоявший из нескольких сотен западноевропейских наёмников, сдался и перешёл на русскую службу, присягнув первому царю из династии Романовых.
Долгое время этот отряд в Москве официально именовали по имени крепости – «Бельские немцы». Отряд состоял из роты «шкотских немцев», шотландцев под командованием Томаса Юстоса, и «ирлянских немцев», ирландцев под командованием капитана Вильяма Грина. Вскоре к ним присоединилась рота наёмников, приплывшая в Архангельск из Шотландии еще в 1612 году, под командованием капитана Джеймса Шау («Яков Шав» в русских документах тех лет).
Среди «бельских немцев» шотландской роты служил и 23-летний Джордж Лермонт. Вскоре он принял православие, стал зваться на русский манер Юрием Андреевичем и получил поместье под Костромой. В 1618 году Лермонт, защищая от атаковавших поляков Арбатские ворота Москвы, был тяжело ранен. В тех боях против поляков в составе 16-тысячного московского войска сражалось 467 «немцев» различных западноевропейских национальностей.
Шотландец Юрий Андреевич Лермонт дослужился в русской армии до чина ротмистра (тогда, фактически, подполковника) в первом на Руси рейтарском полку. Этот полк по европейскому образцу был создан в 1632 году, фактически это первая регулярная часть русской кавалерии.
Такие «полки нового строя» царское правительство стало формировать с учётом передового опыта европейской «Тридцатилетней войны» 1618-48 годов, когда военное дело в Западной Европе резко шагнуло вперёд и окончательно стало самым передовым на планете. С целью освоения этого передового опыта на офицерские должности в новых полках активно нанимали профессиональных командиров из Западной Европы. Поэтому в русских документах тех лет такие новые части зачастую назывались «полками иноземного строя».
Первый на Руси «рейтарский полк», в котором служил шотландец Юрий Лермонт, возглавил француз Шарль д'Эберт, ранее бывший подполковником австрийской армии. Полк принял боевое крещение уже на следующий год после своего создания – 30 августа 1633 года под Смоленском он пять часов отражал атаки превосходящей по численности польской кавалерии. В том бою ротмистр Лермонт погиб в сабельной схватке. Сын этого шотландского наёмника позднее стал воеводой в Саранске и предком великого русского поэта Михаила Лермонтова.
Сформированное же при помощи иностранных наёмников «полки иноземного строя» стали лучшими частями русской армии. Во время «Смоленской войны» с Польшей в 1632-34 года Москва приняла на службу свыше 3800 «немецких» наёмников, многие из которых заняли командирские должности.
В середине XVII столетия из имевшихся в России шести «рейтарских полков» тремя командовали «немцы» фон Розенбах, фон Стробель и фон Гален (в царских документах тех лет их именовали на более привычный для русских манер – «Фанрозенбах», «Фанстробель» и «Фангален» соответственно). Из девяти драгунских полков иностранцы возглавляли семь, из восьми солдатских «пеших полков иноземного строя» европейские наёмники возглавляли все восемь.
Подготовкой русских солдат для «полков иноземного строя» в 1656-59 годах руководил английский генерал-лейтенант Томас Далейль. Ранее он был активным участником гражданской войны в Англии и по праву считался одним из лучших генералов на Британских островах.
Любопытно, что иностранные наёмники на командных должностях использовались не только в регулярных частях, но и на окраинах страны. Так по документам 1639 года среди «начальных людей» (так тогда в России именовали офицеров) в крепостях на южной границе со степью числилось 428 русских и 316 «немцев».
«Служилых немцев» в допетровской России делили на «кормовых», служивших за плату, и «поместных», служивших за полученные поместья с крепостными. Так же они подразделялись на «иноземцев старого выезду», давно живших в России и обзаведшихся здесь семьями, и «нового выезду», недавно завербовавшихся на русскую службу. «Немцы», принявшие православие и тем самым ставшие подданными царя всея Руси, в понимании русских тех лет переставали быть собственно «немцами» и становились почти русскими – таких именовали «новокрещёнами».
Наёмники от Петра I до Екатерины II
Общеизвестно, что император Пётр широко использовал иностранных офицеров и специалистов для создания и обучения регулярной армии. Куда меньше знают, что первый русский император стал и первым в деле «вычищения» иностранцев с русской службы.
Накануне Северной войны со Швецией из 10 находившейся на русской службе генералов русскими по национальности были лишь трое. Правда из семи генералов-западноевропейцев, двое родились в России – генерал Адам Вейде был сыном немецкого офицера из «полков иноземного строя», а генерал Юрий фон Менгден был внуком ливонского рыцаря, перешедшего на русскую службу ещё при Иване Грозном.
В восьми имевшихся на тот момент регулярных пехотных полках русской армии из положенных по штату 264 средних офицеров имелось только 78, из которых 33 были наёмными европейцами. Через год в полевой армии служило уже 1137 офицеров, почти треть из них были иностранцы, нанятые в Европе.
Дважды, в 1702 и 1704 годах, русское правительство объявляло «вызов», то есть массовый приём европейцев на русскую службу. 23 ноября 1703 император принял специальный указ, регламентирующий порядок приёма иностранцев на офицерские должности – принимали только тех, кто имел достаточный военный опыт на командных должностях в армиях Западной Европы.
Однако, Пётр I, по мере подготовки офицеров из русских, стремился замещать ими командные должности – император учитывал как сильные, так и слабые стороны использования иностранцев на командирских должностях. К тому же использование иностранца, как главнокомандующего армией, привело к неудаче в самом начале войны со шведами. Назначенный командовать русскими войсками австрийский фельдмаршал и голландский герцог Карл де Круа с треском проиграл сражение Карлу XII.
В 1711 году Пётр I предпринял первое сокращение иностранцев на русской службе, уволив часть европейских офицеров среднего уровня и заменив их русскими. Однако, рост регулярной армии опережал подготовку собственных офицерских кадров. На ограниченности резерва командиров российского происхождения негативно сказывался и невысокий уровень грамотности в стране. Поэтому выходцы с запада Европы на протяжении всего XVIII столетия составляли заметный процент офицеров русской армии.
К концу правления Петра I треть генералов в России были иностранцами. В годы царствования Анны Иоанновны доминирование при дворе «немецкой партии» фаворита Бирона привело и к увеличению доли иностранцев на военных должностях. В 30-х годах XVIII века из 79 генералов 33 были иностранцами, из 62 командиров регулярных полков иностранцами были 34. Даже в провинциальных гарнизонах почти 10 % офицеров являлись иностранными наёмниками. Как правило, это были немцы из различных германских государств и княжеств, реже – скандинавы и французы. Во флоте служили в основном датчане, голландцы, англичане и шотландцы.
С 1732 по 1741 годы «президентом Военной коллегии», то есть главнокомандующим русской армии был немецкий граф Бурхард Миних, получивший чин фельдмаршала. Но этот родившийся у голландско-германской границы немецкий аристократ, до службы в России ставший полковником в Австрии и генералом в Саксонии, был квалифицированным военным инженером и оказался честным служакой, немало сделавшим для укрепления мощи русской армии.
В 1734 году высшее в России воинское звание генерал-фельдмаршала получил ирландец Пирс Эдмон де Ласси. В 1700 году он в возрасте 22 лет перешел на службу к царю Петру I, провоевал всю Северную войну и до конца жизни с успехом сражался за Россию – в разные годы ирландец Ласси, ставший на русской службе «Петром Петровичем», захватывал Ригу, Краков и Хельсинки (тогда Гельсингфорс), впервые в русской истории с боем через Сиваш входил в Крымское ханство.