Неожиданная Россия (СИ)
Алексей Волынец
Неожиданная Россия
Ранее часть глав была опубликована в журнале "Профиль" и на страницах электронных СМИ "Русская планета", ТАСС и DV.land
Глава 1. Историческая мелочь
Если спросить нашего современника о самой мелкой монете в истории России, то наиболее знающие наверняка вспомнят «полушку», 1/4 копейки. «За морем телушка полушка, да рубль перевоз» – эту народную присказку знают если не все, то многие.
Но почти все, кроме профессиональных историков и опытных нумизматов, очень удивятся, когда узнают, что самая мелкая монета в русской истории имела номинал 1/120 копейки. Прописью – одна сто двадцатая копейки!
Ныне забытая мелочь называлась «пуло» или «пула». История этого имени сложна: если Москва считала себя «Третьим Римом» в теории, то наименование самой мелкой монеты на Руси происходило из древнего Рима на практике… Накануне краха Римской империи мелкая серебряная монета делалась из нечистого серебра и так обесценилась, что в обращении использовались целые мешочки с ней. Их называли follis, то есть «кошелёк». Это имя по наследству перешло к самой мелкой медной монете Византии, а затем на Ближний Восток. Отсюда с арабскими купцами оно попало в поволжские города Золотой Орды и далее на Русь.
По пути за несколько веков «фоллис» трансформировался в «фулюс», затем «фуло» и наконец в русское «пуло» (не удивительно – так средневековый «талер» за несколько веков пройдя из Европы в Америку трансформировался в «далер», а потом в известный всем «доллар»).
За полвека до Куликовской битвы медную мелочь по примеру Орды стали чеканить в Нижегородском княжестве, а затем в Москве, Твери и Новгороде. В домонгольской Руси денежные единицы делались только из серебра. Но своих источников этого драгметалла в нашей стране не было, его покупали на внешнем рынке. В золотоордынское время немало серебра утекало из русских княжеств в виде дани наследникам Чингисхана, поэтому серебро стало очень дорогим. За век до свержения Ордынского ига в Новгороде, если переводить в наши единицы измерения, 1 кг хлеба стоил 0,075 грамм серебра. Использовать серебряную монету такого мизерного веса невозможно физически – так в русских городах на излёте ордынского ига возникла потребность в мелкой разменной монете.
Её стали делать по примеру ордынцев из меди. Своей меди на Руси тогда тоже не имелось, но она хотя бы стоила в 40 раз дешевле серебра. Медные «пулы» чеканили во многих городах – так в Московском княжестве их выпускали помимо столицы в Можайске, Ярославле и Угличе.
«Пулы» стали местными деньгами для розничной торговли, обращаясь лишь там, где чеканились. Купцы их в коммерции не использовали и кладов с такой мелочью обычно тоже не делали (как сейчас никому не придёт в голову хранить в банковской ячейке копеечные монеты). Поэтому «пулы» многих городов не сохранились. Например, до нас дошла лишь одна единственная смоленская «пула».
Копейка же в прошлом была немалой суммой – при Иване Грозном профессиональный воин-стрелец получал около 30 копеек в месяц. Пять веков назад серебряная копейка равнялась 120 медным «пулам».
По форме такая одна двенадцатитысячная рубля – это тоненькая медная чешуйка весом в треть грамма и диаметром 9-13 миллиметров (куда меньше современной 10-копеечной монеты РФ, которую с трудом ещё можно найти в наших кошельках). Накануне Смутного времени такие «пуло» несли едва заметный схематический оттиск двуглавого орла и надпись на обороте «пуло московское», «пуло тверское» или «пуло новагорода», в зависимости от места чеканки. При Иване Грозном и ранее вместо двуглавого орла изображалось то, что современные нумизматы именуют «сирена» – некая фантастическая птица с одной головой в короне и загнутым хвостом.
Исчезли «пулы» из обращения только в конце XVII века, благодаря международной торговле и колониальным завоеваниям – после открытия богатейших рудников Америки серебро в Европе, а потом и в России подешевело в 4–5 раз. А вскоре и в нашей стране на Урале и в Забайкалье нашлись свои источники серебра и меди, поэтому Пётр I в 1699–1701 годах начал массовую чеканку полушек, копеек, гривенников и полтинников. «Пуло» же навсегда ушло в прошлое, подобно тому как сегодня уходит в историю копейка…
Глава 2. Цена человека в России
Последние полтора века работорговля является уголовным преступлением. Но в прошлом большинство людей в нашей стране, как и во всём мире, имели свою чётко определённую рыночную цену.
«Челядиная цена»
У древних славян, как и у всех народов накануне образования государственности, существовало патриархальное рабство. Византийские хроники V–VII веков содержат немало сведений о выплате славянским племенам немалых сумм за выкуп уведенных в рабство подданных Восточной Римской империи после удачных набегов славянских соседей. Так император Анастасий Дикор (430–518 гг.), первый владыка Византии, который в VI веке начал масштабные войны со славянами, после одного из набегов, разоривших северную Грецию, был вынужден заплатить славянским вождям «тысячу фунтов золота на выкуп пленных» (то есть 327 килограмм золота).
Но первое дошедшее до нас сообщение об индивидуальной стоимости славянского раба появляется только в самом начале X века. В 906 году 13-летний король Людовик, монарх располагавшегося на землях современной Германии и Австрии Восточно-Франкского королевства, утвердил так называемый Раффельштеттенский таможенный устав, который регулировал сбор торговых пошлин на реке Дунай.
Одна из статей этого устава гласила: «Славяне же, отправляющиеся для торговли от ругов или богемов, если расположатся для торговли где-либо на берегу Дуная и пожелают продать рабов или лошадей, то за каждую рабыню платят по одному тремиссу, столько же за жеребца, за раба – одну сайгу, столько же за кобылу».
Большинство историков идентифицируют «ругов», как руссов, а богемов, естественно, как чехов. «Тремисс» – мелкая золотая монета поздней Римской империи, около 1,5 граммов золота. «Сайга» – это германское наименование римской же золотой монеты времён императора Константина Великого, примерно 4,5 грамма золота. Пошлины на такую торговлю обычно составляли одну десятую от стоимости товара, поэтому понятна цена рабов из славянских земель – раб стоил примерно 45 граммов золота, а рабыня 15 граммов. Здесь стоит учесть, что в прошлом, до эпохи промышленной добычи золота, этот металл ценился гораздо выше, чем в наши дни.
Первый собственно русский документ с указанием цены человека является и первым же дошедшим до нас дипломатическим документом древней Руси. Одна из статей договора с Византией, заключенного в 911 году после удачного набега славян на Константинополь, устанавливала выгодную для руссов цену на выкупаемых рабов – 20 золотых монет. Здесь речь, видимо, идет о «солидах», основной золотой монете Византии, и таким образом цена человека составляет порядка 90 граммов золота – в два раза выше принятой тогда «среднерыночной» цены раба.
Поход славян на Византию 944 года был мене удачен. Поэтому новый договор наших предков с византийцами устанавливал уже вполне рыночную «челядиную цену» на рабов. «Юноша или девица добра» стоили 10 золотых монет (45 граммов золота) или «две паволоки» – два куска шёлка определённой длины. «Середович», то есть, как бы сейчас сказали «товар средней ценовой категории», стоил 8 золотых монет, а старик или ребёнок оценивались в 5 монет золотом.
В эпоху расцвета Киевской Руси, по «Русской Правде», сборнику законов XI века, стоимость холопа оценивается в 5–6 гривен. Большинство историков считают, что здесь идёт речь о так называемых «гривнах кун», которые были в четыре раза дешевле серебряных гривен. Так что в то время человек стоил около 200 граммов серебра или 750 выделанных беличьих шкурок.
В 1223 году, как раз когда русские впервые столкнулись с передовыми отрядами монголов в неудачной битве на Калке, смоленский князь Мстислав Давидович заключил первый дошедший до нас торговый договор с немецкими купцами из Риги и Готланда. По этому договору стоимость холопа оценивалась в одну гривну серебром (равную примерно 4 «гривнам кун» из «Русской Правды»).