Небесные тела (ЛП)

Элара пожевала кусочек свежего хлеба, обмакнув его в ароматный лимонный соус на тарелке, и выглянула на улицу.
Небо начало темнеть, снова на час позже. Её взгляд приземлился на балкон напротив. Балкон Энцо. Ей стало интересно, что он делал сегодня весь день, и успокоился ли он. Но затем она начала ругать себя за эти мысли. Элара закончила есть, выпила бокал персикового вина и откинулась назад, сытая и довольная. Она протянула руку к высокой стопке книг и заметила, что их как будто прибавилось. И без того уже высокая стопка росла с каждым днём. Судя по новым заглавиям, она предположила, что книги принесла Мерисса, так как среди них было много любовных романов. Она полистала «Конюха герцогини» и «Любовников Леди Мэриголд», а затем широко улыбнулась, заметив книгу «Моё время со Звездой: воспоминания», наполовину скрытую за другими.
— А вот это должно быть интересно, — пробормотала она и раскрыла первую страницу.
***
Эларе пришлось прочитать одну и ту же страницу около тринадцати раз прежде, чем она сдалась. Её мысли блуждали, и она не могла сосредоточиться. Она вздохнула, закрыла книгу и посмотрела на небо. Было кое-что, что ей особенно нравилось в Гелиосе. Звёзды не часто были видны на темно-алом ночном небе. Это стало для неё спасительной милостью, так как ей не нужно было всё время напоминать об их существовании. Она выпрямилась, размяла шею и снова посмотрела на балкон Энцо. Было уже поздно, а в его комнате не было заметно никаких признаков жизни.
Она попыталась отогнать мысли о нём, но не могла успокоиться. Скрестив ноги и закрыв глаза, она сосредоточилась на дыхании, как учила её Изра. Лучше уж потрать энергию на что-то полезное, чем лежать и ничего не делать. У неё не было того чая, который давала ей Изра, но было уже достаточно поздно, и она почувствовала лёгкую дремоту.
Звуки вокруг неё сделались более приглушёнными, тихий звон посуды, отдалённое бормотание голосов и пение птиц стихли, в то время как она продолжала делать глубокие вдохи. Она почувствовала провал, пространство между мирами, и со вздохом начала подниматься над телом.
На этот раз это отличалось от того, что происходило у Изры. Она почувствовала, что как будто парит. Не будучи ограниченной пространством комнаты, Элара удивлённо посмотрела вниз. Она увидела впереди цветные облака, и пространства сна начали разворачиваться перед ней. Цветастые, яркие и живые. Она начала перемещаться между ними до тех пор, пока одно из них не привлекло её внимание. Оно было чёрным и пульсирующим, и сквозь него проглядывали вспышки пламени. Она подплыла поближе и почувствовала, словно оно зовёт её. Сделав глубокий вдох, она нырнула внутрь.
Жара внутри этого пространства сна была невыносимой, языки пламени неудержимо лизали всё вокруг. Она выругалась себе под нос, и, взяв себя в руки, осмотрелась. Она и раньше бывала в кошмарах, но никогда не видела ничего подобного. Помещение было сделано из холодного мрамора, но пламя подступало всё ближе. Она услышала чей-то болезненный рёв и побежала. Комната, похожая на пещеру, сделалась сначала в два, а затем в три раза больше. Она увидела человека, стоящего посреди комнаты на коленях. Он был раздет до пояса, сгорблен, руки связаны сзади, а по его спине хлестал свет, рассекая плоть. Жертва кричала, умоляла, темно-красная кровь струилась по его израненной коже. Жар пламени окатил Элару, пот покрыл её тело. А затем, над сгорбленной фигурой она увидела три цифры огромных размеров. Они были похожи на красные ленты и как будто были написаны кровью на голых стенах пространства сна — три, три, три.
— Это не по-настоящему, — сказала она спокойно, делая глубокие вдохи.
Потоки света продолжили хлестать торс мужчины, а его крики разрывали пространство сна. Она начала лихорадочно осматриваться, но не могла определить источник. Элара заставила свои нервы превратиться в сталь, заставила свои тени успокоить себя и начала продвигаться сквозь волну жара. Лоб мужчины был прижат к полу, его дыхание сделалось частым, он задыхался. Она дошла до него, протянула к нему руки, но тот отпрянул от неё. Её руки застыли.
 
— Энцо? — выдохнула она.
И тогда он посмотрел на неё таким затравленным, отчаянным взглядом, что его с трудом можно было узнать.
— Элара? — проговорил он, хриплым от крика голосом.
Она сделала шаг вперёд и осторожно накрыла его щёку своей рукой. Он дёрнулся.
— Всё в порядке, — проговорила она. — Дыши.
Он сделал дрожащий вдох.
— Хорошо, — мягко проговорила она. — А теперь ещё раз.
Он подчинился. Она снова протянула руку к его лицу, и на этот раз он прильнул к ней. Прикосновение было таким нежным, точно ощущение от воды, проходящей сквозь пальцы. Он закрыл глаза и испустил глубокий вздох.
— Это просто сон, — сказала она, встав на колени напротив него, не желая убирать руку.
Свет снова начал пульсировать, готовый вновь ударить, и, зарычав, Элара выбросила свободную руку, и из неё вырвались тени. Они задушили неистовые лучи, уничтожив источник той ужасной плети и погасив пламя. Вокруг неё начал клубиться чёрный дым, а затем её тени выиграли битву и погрузили пространство сна в темноту. Прохладный воздух обдал их тела, когда огонь потух, и Элара призвала обратно свои тени и испустила медленный вздох, когда её тьма поцеловала их обоих.
— Видишь? — сказала она, поднимая голову. — Всего лишь сон.
Элара осторожно открыла глаза, и осмотрелась. Её тени танцевали вокруг, и она улыбнулась, положив руку к себе на колени.
— Как ты это сделала? — хрипло спросил он.
Она пожала плечами и улыбнулась.
— Иногда Свету требуется Темнота.
Она встала и протянула ему руку. Он взял её, и его золотые глаза встретились с её, когда он встал.
— Это место не помешает немного украсить, — протяжно сказала она, строго посмотрев на кровавые цифры.
Он проследил за её взглядом с мрачным выражением лица.
— Что означают эти цифры?
Энцо закрыл глаза и сделал глубокий вдох.
— Триста тридцать три. Количество астерийцев, которых я убил.
Элара сделала шаг назад, резко опустив руку.
— Ты сказала мне у Изры, что я уже сбился со счёта. Я помню каждого из них. Их имена, их лица. И мне не всё равно, — его глаза начали бешено искать её глаза. — Не всё равно.
Элара не знала, что сказать. Она знала, что он убил многих, но когда узнала точное количество, ей стало тошно. И её совершенно сбило с толку то, что Лев Гелиоса помнил их. Что он чувствовал раскаяние, и что его действия преследовали его во снах. Это многое меняло, но она не знала, что чувствовать.
Его губы не пришли в движение.
— Спасибо, что рассказал мне, — ответила она, наконец. — В следующий раз, когда это случится, — добавила она, — просто вспомни о моих тенях.
Его губы дёрнулись.
— Похоже, ты нравишься им больше, чем мне.
Он резко поднял голову.
— Что ты только что сказала?
Она нахмурилась.
— Я сказала, что мои тени, похоже, любят тебя больше, чем я.
Он странно на неё посмотрел, но она испытала такое облегчение, увидев этот взгляд вместо той пугающей темноты в его глазах, что была готова разрыдаться.
— Ты можешь сделать своё пространство сна, каким пожелаешь, когда научишься его контролировать.
Она взмахнула рукой, и кровавые цифры исчезли, оставив после себя лишь чистый мрамор.
Энцо поник.
— Сделай из него такое место, где ты будешь чувствовать себя как дома. Наполни его хорошими воспоминаниями.
Она шагнула в его сторону.
— Вот, — она легонько поцеловала его в щёку. Её поцелуй был похож на взмах крыла бабочки. — Начнём с этого.
Дыхание Энцо участилось, и его глаза вперились в её. Он сдвинулся, чтобы взять её за руку, и его прикосновение было похожим на шёпот. Она посмотрела на его руку, а потом снова подняла глаза на него.
— Отдыхай, Энцо. И запомни, что это всего лишь сон.