!Фантастика 2024-4". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

— Приветствую сэра рыцаря, — произнес он заплетающимся голосом. — Рад видеть вас в добром здравии.
Джон расхохотался и хлопнул Майка по плечу, на пижаме остался отпечаток грязной ладони.
— Пойдем, кое-что еще покажу, — сказал Джон. — Я гранатомет и кольчугу добыл! Майк, ты умеешь в доспехах сражаться?
— Ну да, — ответил Майк. — А что?
— Научишь?
— Ну… А вы разве не умеете?
— Как-то не доводилось раньше, — сказал Джон и смущенно улыбнулся. — Пойдем, покажу трофеи, похвастаюсь.
Они вышли на крыльцо, Майк по-прежнему был в пижаме и босиком. Увидев, как Аленький Цветочек сгружает с лошади гранатомет, Майк потерял дар речи.
— Приветствую доброго господина, — сказала Аленький Цветочек.
Навела гранатомет на балаган и сказала:
— Бу!
Майк вздрогнул.
— Не надо так шутить, — сказал Джон. — В походном состоянии гранатомет не опасен, но все равно лучше не надо.
— Простите, сэр рыцарь, — сказала Аленький Цветочек, положила гранатомет на землю и согнулась в шутливом поклоне.
Майк, наконец, обрел дар речи обратно. Он сказал:
— Сэр Джон, вы доверяете эльфийское оружие этой… этой…
— Я ее приручил, — заявил Джон. — Она больше не опасна.
— Это кому как, — сказала Аленький Цветочек.
— Заткнись, — сказал Джон.
Аленький Цветочек заткнулась.
— Но сэр Джеральд Смит… — начал говорить Майк, но Джон перебил его:
— Сэр Джеральд Смит будет счастлив узнать о великой победе над богомерзким пучеглазым отродьем! Ты когда-нибудь побеждал двадцать эльфов в одиночку в честном бою?
Майк растерянно помотал головой.
— А я победил! — заявил Джон. — Все скальпы, что я привез, я снял собственноручно… хотя нет, Аленький Цветочек помогала… Короче, они сняты с убитых мною врагов! Вот этим мечом убитых, собственноручно!
С этими словами Джон выхватил меч и продемонстрировал Майку лезвие, покрытое бурыми пятнами. В нескольких местах к нему прилипли частички плоти, они дурно пахли. Майк отшатнулся.
— Почистить забыл, — констатировал Джон. — Ладно, потом почищу. Слушай, Майк, можно я еще раз воспользуюсь твоим гостеприимством? В мою комнату ты никого еще не поселил?
Майк растерянно помотал головой.
— Вот и отлично! — воскликнул Джон. — Эй, красавица! Тащи барахло в третью комнату по коридору, и проследи, чтобы все в порядке было. Ну, там, белье постельное чтобы постелили и так далее. Давай, шевелюсь!
— Слушаю и повинуюсь, добрый сэр, — сказала Аленький Цветочек и стала вытаскивать из седельной сумки сундучок с артефактами.
— Вы доверяете ей артефакты… — пробормотал Майк. — Сэр рыцарь, это…
— Не бери в голову, — перебил его Джон. — Я же, вроде, ясно сказал: я ее приручил. К тому же, сундук ей не открыть. Ты уже ужинал?
Майк кивнул.
— Жаль, — сказал Джон. — Слушай, Майк, неудобно тебя просить, но, может, пошлешь кого-нибудь на кухню, может, там осталось что-нибудь съедобное? Жрать хочу — не могу!
— Извините, сэр рыцарь, — сказал Майк. — Я должен был сразу предложить вам ванну и трапезу.
— Ванну не надо, — сказал Джон. — Я этой ночью уже мылся. Пока эльфов побеждал, весь обгадился. Не в том смысле, что от страха, а кровь, мозги, дерьмо из кишок… Так плохо отмывается, не поверишь! Думал, до дыр себя протру.
Майк брезгливо поджал губы.
— Пойдемте, сэр рыцарь, — сказал он. — Эй, жаба! Беги на кухню, я велю доставить немедленно ужин на одного в пиршественную залу! Пойдемте, сэр рыцарь, нам надо побеседовать.
— Приятно скоротать время в приятной беседе, пока несут жратву, — сказал Джон. — Как раз успею рассказать о своем подвиге в подробностях.
— В подробностях не надо, — сказал Майк. — Если сэр рыцарь не против, давайте вначале обсудим кое-какие другие… гм… последствия вашего… гм… подвига.
— Давай обсудим! — воскликнул Джон. — Жаль, что я не поэт. Об этом бое такую песню можно сложить!
Они вошли в пиршественную залу и уселись за стол напротив друг друга.
— Косяк? — предложил Майк. — Или, может, трубочку опиума?
— Нет, спасибо, — помотал головой Джон. — Я уже весь день курю, иногда кажется, что дым из ушей идет.
 
— Я заметил, — сказал Майк.
— Дым из ушей?! — изумился Джон.
— Нет, не дым, — сказал Майк. — Заметно, что вы накурены.
— Зато руки не трясутся, — сказал Джон. — Не поверишь, Майк, как тяжело мне было утром. Мышцы болят, связки на руке растянул, и дрожь нервная так и бьет. Как подумаю: «А если бы боги мне не помогли?» — сразу весь дрожать начинаю. Я, наверное, трус.
Майк рассмеялся.
— Сэр Джон, вы воистину сильно накурены. Возможно, нам стоит отложить серьезный разговор на завтра.
— Не надо ничего откладывать, — заявил Джон. — Эмоциональная составляющая моей личности пребывает в расстройстве, но с интеллектом все в порядке.
— Гм, — сказал Майк.
Джон смутился.
— Извини, — сказал он. — Все время забываю, что ты в школе не учился. Я хотел сказать, что мне не по себе от пережитого перепуга, но соображаю я нормально.
— Хорошо, давайте попробуем, — сказал Майк. — Сэр Джон, вы сделали очень плохое дело. Да-да, плохое, не перебивайте. Я ценю ваш героизм, но в данном случае он не принес никакой пользы, а наоборот, принес вред. Я ведь уже говорил вам, что последние десять тысяч дней дистрикт Иден был избавлен от эльфийских набегов.
— Кроме одного стада, — уточнил Джон.
— Да, кроме одного стада, — согласился Майк. — Но остальные стада были избавлены. Между людьми и эльфами сложилась негласная договоренность, которая устраивала всех.
— С беложопыми нельзя договариваться! — возмутился Джон.
— Негласно — можно, — возразил Майк. — Позвольте, я продолжу. Итак, сложилось положение, которая устраивала всех. Эльфы приходят в штрафной загон каждые четырнадцать дней…
— Ты мне этого не сказал! — воскликнул Джон. — Когда я отправлялся узнать волю богов, я не знал, что эльфы придут уже послезавтра! А ты все знал и мне не сказал! Это было чудо, что они не застали меня врасплох!
— Это было не чудо, — возразил Майк. — Это была та самая воля богов, которую вы стремились узнать, сэр рыцарь. Вы сами говорили, что желаете положиться на их волю. И вот она проявилась. Все нормально.
— Все равно мог бы сказать, — буркнул Джон.
— Была бы на то божья воля — сказал бы, — заявил Майк. — Я сам тогда еще не знал. Короче. Каждые четырнадцать дней в штрафной загон приходит ровно двадцать эльфов. Они заходят в балаган, убивают ровно двадцать орков, снимают с них скальпы и забирают какое-то барахло по стандартному списку. И уходят. В других дистриктах никто не знает, какое стадо подвергнется очередному набегу. Пастухи содержат орочью разведку, а прокураторы — воинские летучие отряды, чтобы отражать наиболее опасные набеги. Это неудобно и создает нестабильность. У нас раньше было не так, у нас всегда было известно, в какое стадо придут эльфы, а остальные могли спать спокойно. А теперь будет как везде. Вы, сэр рыцарь, за одну ночь сломали устоявшийся порядок, который отлаживался многие тысячи дней. Сэр Смит будет разгневан.
— Я сэра Смита вертел сам знаешь где, — сказал Джон. — Ты говоришь умные слова, Майк, но мне удивительно слышать их из уст молодого человека. Они больше подходят старому пердуну, потерявшему честь вместе с зубами и волосами. По-моему, все просто: ты делаешь, что должно, и получается, что получается. Ты исполняешь заветы богов, и боги тебя вознаграждают, ты не исполняешь заветы — боги тебя наказывают. Заветы богов просты, их способен понять самый последний орк. И среди этих заветов есть такой: встретил эльфа — убей. А ты мне говоришь, что так делать не надо, дескать, так удобнее. Да, удобнее. Не забудь повторить это, когда Калона поставит тебя раком перед вратами, ведущими в парадайз! Знаешь, Майк, тебя извиняет только то, что ты повторяешь чужие слова. Но я все равно начинаю сомневаться, что имею право просить твоего гостеприимства. Возможно, мне стоит уйти, чтобы карму не портить.