!Фантастика 2024-4". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
К тому времени, как через месяц от Эдварда Фэринтайна пришло запаянное сургучом письмо, содержащее короткий положительный ответ и оттиск его королевской печати, сеньор Шоненгема уже считал капитана Брейсвера своим сюзереном. Они поладили и продолжали бы ладить, даже вздумай Фэринтайн не отвечать вовсе.
Эрдер искал дорожку к власти — а Дэрри осветил ему факелом путь, дав возможность сплотить вокруг своего знамени всех прочих опальных, ущемленных короной, исполненных зависти ко всесильному дому Айтвернов лордов. Злоумышляющих против тех самых Айтвернов, чьим дальним родственником, унаследовав от них драконью кровь, сам Дэрри являлся. Вполне обычное дело на междоусобной войне — когда один брат поднимает клинок против другого.
Хорошо, что память уже восстановилась почти во всей полноте.
Гледерик вынырнул из воспоминаний и поглядел на вновь ушедшего в себя Колдера. «Бедняга. Мы так похожи, если разобраться. Оба потомки бастардов. Оба пытаемся дотянуться до короны, которая даже непонятно, принадлежит ли нам по праву. Оба запутались в собственной лжи, потонули в предательством, по весь сапог наступили в интриги».
— Не позволяй себе стать марионеткой, — сказал Дэрри отчетливо.
— А? Что? О чем ты, фомор тебя побери?
— Не притворяйся, что не понял меня. Сам ведь объяснил, как оно будет, никто за язык не тянул. Этот твой лорд Кинриг пытается тобой манипулировать. Вытащит в нужный момент из кармана, усадит на трон, обсыпав блестками и облепив сахаром — и все придворные слетятся, словно мухи на мед, а он встанет позади с мухобойкой. Ну, а я говорю — не становись игрушкой. Не показывай зря норов, не стучи ногами, не брехай попусту, как посаженный на цепи пес — просто придумай, как вовремя его свалить и начни все решать самому. Это сложнее, чем махать клинком, но другого выбора у тебя нет.
Ноздри Кодера едва заметно раздувались от гнева:
— А ты, я вижу, до крайности разбираешься в подобных вещах, сэр безземельный рыцарь.
— Разбираюсь, а откуда — тебе знать не положено. Просто поверь мне, раз доверился, когда я вывел тебя из преисподней. Придумай, как обыграть своего сердобольного приемного папашу, а не то до конца жизни останешься навроде ярмарочного медведя. Навряд ли тебя прельщает такой исход. Все, хватит языками чесать. Завтракай побыстрее, а то чую, за нами скоро придут.
Слова Гледерика вскоре подтвердились. Стоило только Колдеру успеть расправиться со своим бутербродом, в комнату заглянул облаченный в серо-черную ливрею лакей, попросивший высоких господ собираться и выходить во двор. Запряженная четверкой гнедых карета ждала их у ворот, над городом медленно занимался серый рассвет, гасли последние звезды, где-то вдали, во дворах, бойко прокричал петух, в воздухе пахло сыростью.
Шагая по ведущей от особняка аллее, Дэрри больше всего жалел, что ему так и не удалось минувшей ночью попасть на свидание с подушкой. Усталость давала о себе знать, мышцы слегка побаливали, шаг сделался не совсем легким. И все-таки пока что ему хватало сил — стоило благодарить долгие годы военных походов и бессонных маршей, а также, возможно, ту странную перемену, что случилась с ним после смерти. Еще он жалел, что никто так и не предложил ему сменить платье — драная походная куртка не лучший наряд, чтобы выступать перед собранием аристократов. «А, впрочем, быстрее поверят, что я только из боя».
Трев Кинриг ожидал их в карете. Вельможа поглядел на усевшегося напротив Гледерика, когда экипаж тронулся:
— Надеюсь, капитан Брейсвер, вы запомнили, что вам следует говорить.
— Можете, сударь, не сомневаться. Подыграю вам слегка, так и быть.
Город потихоньку пробуждался, освобождаясь от ночной мглы — хоть и не перестал от этого выглядеть менее хмурым. Тем не менее на улицах появились прохожие и повозки, загрохотали, открываясь, двери и ставни домов, в переулках и вдоль каменных стен появились немногочисленные торговцы разнообразным товаром — выглядевшие угрюмо и настороженно, окруженные вооруженных до зубов охраной. Охотно верилось, что напуганные и оголодавшие горожане промышляют разбоем. Выглядывая из окна кареты, всматриваясь в потемневшие изнуренные лица, Гледерик чувствовал, как ему делается не по себе.
«Ну, допустим, мы изловим дядюшку Крейтона, если он действительно тот некромант, что набросился на нас в Лейсен, и отберем у него волшебную дудку — дальше что делать? Владеть мы ей не умеем, а люди так и продолжат умирать, земля чахнуть. Мамаша Гарета вряд ли врала, эта страна не в порядке — она изранена и больна. Та девица, Анвин, все рвалась к своему королю, а что замышляет он? Гарет и его спутницы пропали, как их теперь отыскать?»
От размышлений его прервал раскатистый храп. Остин Колдер сидел справа от него, откинув голову, вытянув ноги до противоположной скамьи и смежив веки, и выглядел глубоко спящим. Его грудь мерно вздымалась, пальцы намертво сжались вокруг рукояти клинка, словно капитан изготовился в любой момент вскочить и ринуться в бой.
Трев Кинриг чуть недовольно нахмурился:
— Нам предстоит важный разговор, сейчас не до отдыха. Разбудите его, сударь.
— Не буду, — ответил Гледерик негромко и зло, надеясь не потревожить товарища. — Вы даже не потрудились позволить нам отдохнуть, погнали ни свет ни заря во дворец, как будто ваши приятели лорды до обеда не могли подождать. Капитан Колдер не спал трое суток, с того утра, как Элена Крейтон погнала его выручать своего сына. Поспит сейчас, а я выступлю перед советом один.
Трев Кинриг нагнулся вперед, дыша Гледерику в лицо винным паром.
— Вы понимаете, сколь многое от этой встречи зависит?
— Да соображаю я, не дурак, — все так же шепотом отвечал Дэрри. — Какая разница, будет ли он стоять с угрюмым лицом и зыркать на всех исподлобья, если рассказывать все равно мне? Я наболтаю, благо на ногах еще держусь. Растолкаете Колдера сейчас — много толку от него все равно не выйдет. Позвольте мне ответить про его героизм — а сам пусть дрыхнет. Скажите своему человеку, чтоб отвел его в какие-нибудь комнаты во дворце, как придет в себя хоть немного, и дотащил до постели.
— Я надеюсь на ваше благоразумие, — буркнул все еще недовольный аристократ.
— Не извольте волноваться, не подведу.
Дорога сделала еще один поворот, фахверковые дома расступились, ограждая просторную площадь, и карета, украшенная гербом лорда Кинрига, разрубленным надвое серым мечом черным сердцем, выехала к подножию невысокого холма, на котором взгромоздился королевский замок. На стенах и в бойницах башен, заметил Гледерик, горели огни, вдоль зубцов прохаживались копейщики и арбалетчики, знамена с тремя черными воронами, эмблемой Регедского королевства, висели, безвольно опустившиеся на безветрии.
Ночью Дэрри смог увидеть замок Кольдингов лишь мельком, и теперь, при свете нерадостного утра, он воспользовался возможностью получше его разглядеть. Крепость, с ее толстыми стенами и основательными башнями, выглядела вполне надежно, пусть даже она уступала циклопическим сооружениям Тимлейна и Таэрверна, построенным по всем правилам современного фортификационного искусства.
Не столь высокая, куда менее приземистая, вросшая в землю и словно бы припорошенная пылью столетий, твердыня повелителей Регеда тем не менее показалась Дэрри вполне способной выдержать серьезную осаду. Уж явно лучше, чем провинциальные мэноры лумейских сеньоров, на чьих стенах, окруженных врагами, ему доводилось стоять. Крепость выглядела достаточно обширной, в ее стенах вполне могли разместиться несколько тысяч воинов гарнизона, а башня донжона значительно превосходила все прочие. Она возвышалась на несколько сотен футов, оглядывая окружавший ее город.
Солдаты, дежурившие на воротах, без лишних вопросов пропустили экипаж Кинрига, и тот остановился напротив парадного крыльца. Дэрри соскочил со ступеньки на мощеный брусчаткой внутренний двор, оглядел окрестные хозяйственные постройки и полной грудью вдохнул запах навоза и сена, доносившийся из располагавшихся поблизости конюшен. Вот и добрался до цивилизации, подумал он с долей иронии. По крайней мере под защитой местных укреплений уж точно можно продержаться, даже если остальной город падет. Неподалеку также виднелись угрюмые казармы, в два этажа сложенные из кирпича — возле них строились на утренний смотр облаченные в бригантины солдаты.