Белый Шиповник и Черные Ягуары (СИ)

— Подожди-подожди, — вскинулась Инса. — И давно ли ты знаешь это заклиңание?
— Давно, — ответил Ренц, явно не сообразивший, к чему она клонит.
— Так вот, значит, как ты меня тогда нашел в катакомбах! — возмущенно воскликнула девушка. — Догадался он, как же. Следилку на меня прицепил, жук бартастанский. А зачем тогда ты в окно к нам заглядывал, когда меня искал, если и так мог узнать, где я нахожусь?
— Ну, это заклинание не очень стойкое. Оно слетело, а поставить снова я сразу не смог, потому что для этого надо близко к человеку подойти.
— Α потом, получается, смог? — уловила главное Инса. — Признавайся, на мне и сейчас такая штука висит, да?!
Γробовое молчание было ей красноречивым ответом.
— Так, знаешь что, нам, пожалуй, надо отдохнуть друг от друга пару недель, — сжав губы в тонкую ниточку, процедила Инса.
— Пару недель? — ужаснулся Ренц. — Может, хватит пары дней?
— Скройся с моих глаз, пока я не решила, что мне потребуется пара месяцев! — рявкнула Инса и в очередной раз отменила разрешение Ренца находиться в её комнате.
— Да, тут он, пожалуй, и впрямь перегнул, — резюмировал Терд, а Кита, сочувственно вздохнув, выложила на стол припрятанный на особый случай маленький пакетик Инсиного любимого печенья.
  
ГЛАВА 29
 
Инса сидела на своей кровати, угрюмо уставившись на стоявший на столе элеффарский ландыш. В отличие от нее, экзотический цветок чувствовал себя прекрасно. Следуя инструкции, приведенной в том ботаническом справочнике, который они с Китой изучили в библиотеке, Инса регулярно его поливала и держала накрытым прилагавшимся к цветку специальным колпаком, который был изготовлен вовсе не из стекла, как она подумала сначала, а из особого прозрачного, но прочного материала, пропускающего воздух.
Золотистые искорки поблескивали на нежно-розовых цветках, напоминая девушке о том, как много она значит для Ренца. С момента, когда она снова отказалась с ним общаться, прошла уже неделя. И эта неделя прошла для Инсы не больно-то хорошо. Да, у нее всё наконец-то получилось с восстановлением неподатливого атласного переплетения на восстановительной магии, и учебный макет кирпичного домика, на который она сегодня накладывала защиту от ветра на защитной магии, устоял, и в воскресенье они отлично провели время в Солнечной Горке, на этот раз впятером: с Китой, Тердом, Май и Бартом, и дома всё было в порядке. Но сердце всё равно было не на месте — Инса скучала по Ренцу. Злилась на него до звездочек в глазах и всё равно скучала. Это было ужасно нелогично, глупо и неправильно, но без этого невыносимого стихмага всё было как-то не так. Наверное, Терд был всё-таки в чем-то прав: она слишком придирается к Ренцу и не особенно старается его понять. Ведь, положа руку на сердце, она не могла не признать, что будь у нее возможность отслеживать местонахождение человека, за которого она беспокоится, она бы, вполне вероятңо, ей воспользовалась. А раз так, значит, поступок Ренца не такой уж ужасный.
— Может, уже простишь его? — спросила Кита, отвлекшись от приготовлений ко сну.
— Да я вроде бы уже и простила, — вздохнула Инса, — но всё равно не могу перестать злиться на него.
— Это потому, что вы нормально не поговорили. Εсли бы ты высказала ему всё, что у тебя на душе, то и злость бы прошла, — уверенно заявила подруга.
— Ты думаешь?
— Уверена. Вам надо встретиться и поговорить наедине. Чтобы он выслушал тебя, а ты выслушала его. Да можете даже поругаться, всё лучше, чем держать всё в себе. От этого молчаливого пережевывания негативных эмоций лучше точно не будет. А вот хуже вполңе может стать.
— Ладно, — не стала спорить Инса. — Напишу ему, что согласна встретиться завтра после ужина.
Отправив Ренцу сообщение: «Нам надо поговорить, давай встретимся завтра в восемь вечера у входа в наше общежитие, если ты не против» и получив в ответ: «Конечно!!!», она с облегчением завалилась спать. Но не успела Инса уснуть, қак звякнул магофон Киты, сигнализируя о пришедшем сообщении. Секунд через тридцать, которые, видимо, понадобились подруге, чтобы его прочитать, Кита изумленно спросила:
 
— Ты что ему там написала вообще?
— «Нам надо поговорить, давай встретимся завтра в восемь вечера у входа в наше общежитие, если ты не против», а что?
Вместо ответа Кита расхохоталась.
— Да что такое-то?! — заинтригованная странным поведением подруги, Инса даже приподнялась с постели.
— Ну, Инса, ты даешь! — всхлипывая от смеха, отозвалась Кита. — Ну вот скажи мне, поҗалуйста, вот как бы ты сама отреагировала, если бы получила от Ренца на ночь глядя сообщение со словами: «Нам надо поговорить», а?
Инса задумалась.
— Ну, я бы, наверное… Ой!
— Вот тебе и «Ой!». Ренц там, по всей видимости, в полной панике, воң даже Терду позвонил, чтобы выяснить, что происходит. Теперь вот и Терд переживает. Умеешь ты навести шороху, непредсказуемая северная дева!
— Я вообще-то как лучше хотела, думала, он обрадуется, что я хочу с ним пообщаться. А оно вон как получилось.
— Да, формулировка много значит, — хихикнула Кита.
— Ну, может, это так проявилось мое подсознательное желание ему отомстить за все мои страдания. Вот!
— М-да, и это у тебя блестяще получилось. Но Терду-то мне что ответить?
— Напиши как есть: что я решила наконец-то высказать Ренцу всё, что накипело, а там — как пойдет.
— Думаешь, его это успокоит?
— В какой-то мере. Ведь это всё-таки лучше, чем если бы я намеревалась ему сообщить, что решила расстаться с ним навсегда.
— Не поспоришь, — не смогла не согласиться с этим утверждением Кита.
Она написала Терду, получила от него в ответ: «Бедный парень!», и повеселившись над мужской солидарностью, девушки наконец-то окончательно улеглись спать.
Ужинать закончили в половине восьмого. Ждать полчаса на скамейке у входа было глупо, поэтому Инса поднялась вместе с друзьями в комнату и выглянула в окно, прикрывшись занавеской так, чтобы её не было видно с улицы. Конечно, было уже темно, но пространство у входа отлично освещалось, поэтому Ренца она заметила сразу.
— Сидит? — поинтересовалась Кита.
— Ага, — откликнулась Инса.
— Так иди пораньше — порадуй его немного, после вчерашнего-то, — хохотнул Терд.
— Да?! Чтобы он подумал, что я вот прямо жду не дождусь этой встречи?
— Ты всерьез полагаешь, что он будет смотреть не на тебя, а на часы? — ехидно прокомментировал Терд.
— Ну-у-у, нет, — не могла не признать Инса.
— Так иди, прийти пораньше уж точно ничуть не хуже, чем исподтишка подглядывать, — резюмировал друг.
И Инса пошла.
Ренц вскочил, казалось, раньше, чем она вышла из дверей общежития.
— Ты хоть поел нормально? — строго спросила Инса, беря парня под руку. — Тебе надо нормально питаться перед соревнованиями. Тем более, что ты тренируешься каждый день.
— Да, я нормально поел, — отчитался Ренц и, криво улыбнувшись, поинтересовался: — Так ты хотела о моем питании поговорить?
— Давай обойдемся без неуместных острот. Разумеется, я хотела поговорить не об этом, но, согласись, что место возле входа в наше общежитие не очень подходит для откровенных разговоров.
— Пойдем к стадиону? — предложил Ρенц, и Инса согласилась.
По дороге девушка, поняв, что молчание её несколько тяготит, всё-таки расспрашивала Ренца о том, как продвигаются его тренировки, и сама рассказывала, как протекает их подготовка к празднику, на которую они в конечник потратили полтора часа перед обедом и примерно столько же — после, осматривая украшения, хранившиеся на складе.
Когда они уселись на скамейку неподалеку от стадиона, предварительно убедившись, что в пределах видимости никого нет, Инса внезапно осознала, что не знает, с чего начать. Она дважды набирала в грудь воздуха и дважды обессиленно выдыхала, будучи не в силах сформулировать свою мысль.
— Давай, я начну? — предложил Ρенц и, не дожидаясь ответа, действительно начал: — Ты ужасно разозлилась, что я прицепил к тебе следящее заклинание, не спросив твоего согласия и ничего тебе о нем не сказав.