Возвращение (СИ)
— Подожди! — перебиваю собеседника я, наблюдая, как троица изменников встает из-за стола и направляется к выходу из заведения. — Они уже уходят. Что, если направятся сразу к воротам? Может, гиворы так торопятся, потому, что их захват и мятеж намечены прямо на сегодня? Пусть местные высылают «группу быстрого реагирования». Я отслежу, куда направятся эти черти и сориентирую тебя, а ты сообщишь им. На локаторе за муравейником не уследишь. Как только горожане узнают о приближении врага, тут неизбежно начнется паника и цирк с конями.
— Они просят нас помочь, — после очередной недолгой паузы сообщает союзник, — В двух наружных стенах по шесть ворот. Если мятежники действительно в сговоре с гиворами, и если они займут и откроют врагам хотя бы по одному входу в город — он обречен. Саму цитадель им так просто не захватить, но она и не особенно нужна. Все запасы во внешнем городе, — Арвинд, сын Арворна торопится, — Горан, мои атрейцы разбрелись по городу, по девкам и кабакам — кто куда. Пока они соберутся… Здесь, сейчас только я, Арвильда и еще трое… Подожди секунду…
На этот раз пауза затягивается чуть дольше.
— Стоп! Горан — здесь какое-то нездоровое шевеление… — снова пауза, — В цитадели начался бой! Это измена и переворот! Я не могу тебя просить, но…
Задумываюсь на мгновенье. На более долгие раздумья — тупо нет времени.
— Что будете делать? Уходить или полезете в местные разборки? Будешь «вписываться» за местного вождя? Отец бы «впрягся»? — спрашиваю, заранее зная результат.
Ответ Арвинда на секунду меня как-то даже пристыдил:
— Отец «вписался» бы. За всех атрейцев.
Нда, Арвинд достойный сын своего отца!
— Понял тебя и услышал. Я тоже постараюсь. Сделаю все, что смогу. А ты береги себя! Поскакал — а то потеряю цели…
Нервно поглядывая на локатор, в нескольких словах обрисовываю дерьмовую ситуацию своим и предоставляю Тару и его нугари самим решать.
Если что — они могут заранее занять место на пристани, охранять её и ждать нас там.
Ну, или ждать то, что от нас останется, после очередной сомнительной авантюры в которую я собираюсь влезть…
Земляне «вписываются» без раздумий. «Эльфийские стрелки» тоже принимают решение быстро.
— Извини, дружище, что втравил тебя и твоих воинов во все это, — торопливо говорю Тару я.
— Я все понимаю, друг, — отвечает белокурый мужчина с внешностью подростка, — Но мы пошли за тобой и твоими друзьями и будем идти с вами до конца.
Бросаю на стол местные деньги, которыми Арвинд, сын Арворна, после аудиенции одолжился у казначея местного вождя.
Шептун прихватывает с собой кусок пирога с рыбой и жует на ходу. Он когда поддаст, вообще, очень много жрет. Как не в себя! Хотя я всегда считал, что алкоголики в основном пьют…
Выскакиваем наружу. Лицо прохладно освежает ночная, мелкая и нудная морось.
Луна периодически проглядывает из-за рваных туч.
Если бы не локатор, можно было бы и запросто потерять объекты преследования.
Ибо сегодняшней ночью город не спит даже на окраинах.
Такое впечатление, что всем тут уже известно о приближающихся врагах.
Да уж, прямо как в песне: «плохие новости скачут как блохи, а хорошие и так ясны».*
В голову, расталкивая все остальные мысли и соображения, сами по себе влезают звуки гитары и слова:
Когда отряд въехал в город, было время людской доброты
Население ушло в отпуск, на площади томились цветы
Все было неестественно мирно, как в кино, когда ждет западня
Часы на башне давно били полдень какого-то прошедшего дня
Капитан Воронин жевал травинку и задумчиво смотрел вокруг…**
Тьфу ты — отье…вяжись дурная жизнь! Не до песен с танцами! О насущном соображать надо…
Заслышав топот множества ног, горохом стучащих по утрамбованной земле, встречные люди освобождают дорогу. Прижимаются к стенам или ныряют в подворотни, откуда с непониманием оглядываются на странных пассажиров, куда-то энергично двигающихся, целенаправленной толпой.
Торопимся следом за заговорщиками. Не маячим у них за спинами, держим дистанцию — спасибо, сволочам демиургам, что умения позволяют.
В очередной раз глядя на локатор, спотыкаюсь и чуть не падаю. Кто-то из камрадов помогает удержаться на ногах.
Мелькает мысль — может догнать уже, да и зарезать их прямо здесь? Или отменталить до потери пульса?
Нет. Пока рано. Подождем. Продолжаем наблюдение.
Кто знает, что будут делать остальные заговорщики без участия этих персонажей. Может у них договоренность, что в любом случае ничего не отменяется?
Пусть доведут нас до места сбора своих сподвижников, ну а там, уже будем смотреть на ситуацию и решать.
Посылаю Серба с несколькими бойцами из обоих племен за нашими ранеными и балканскими девчонкой с пацаном.
Наймет кого-нибудь с повозкой. Или, если попадется совсем не сговорчивый и упрямый собственник — тупо отберет колымагу. Этот сможет. Тут скоро все равно — такой ядерный бардак начнется! Чтобы при экспроприации не доводить дело до оглушающих ударов по голове, в сущности, ни в чем не повинного перед нами горожанина, хотел послать с ними еще и Рул, но все же решил, что присутствие второго менталиста будет нужнее основному отряду.
Серб с командой должны будут ждать остальных у самых ворот, ведущих к городской пристани.
За моей спиной сейчас остается дюжина землян и два десятка нугарийских «эльфов».
Что мы будем делать, если у заговорщиков окажется гораздо больше бойцов?
Пока без понятия. Война план покажет. Кто же знает, что там ждет, может уже за ближайшим поворотом?
Неизвестно, сколько бойцов сейчас присоединятся к тем, кого преследуем и мы не имеем ни малейшего представления, где произойдет встреча, но скорее всего — она состоится в самое ближайшее время. Уже через полчаса внутренние караулы по всему городу будут усилены, а стены полны воинами. Тогда вся их затея окажется под угрозой.
Ну а нас с подельничками, авось — пронесет мимо беды и на этот раз!
Сука, да вся наша жизнь в последние месяцы — на этом пресловутом «авосе» только и выстроена!
…На каком-то из перекрестков, троица совершенно неожиданно разделяется. Двое идут к внешней стене, один поворачивает в направлении центра.
— Ну и что мы делать станем? — невольно притормаживая, спрашивает Рул.
— Разделяться не будем. Нас и так, как кот наплакал, — безапелляционно решаю я, мимолетно прислушавшись к своей интуиции.
— Согласна! — кивает мать всех змей и не слишком решительно, негромко добавляет, — Если по-хорошему, нам бы на корабль поскорее свалить, Егор, и грести отсюда. Побыстрее и подальше.
— Не поспоришь, — теперь уже соглашаюсь с ней я, — Только ведь Арвинд упрется.
Она тихо вздыхает и снова кивает.
Выруливаем на какую-то небольшую базарную площадь!
Твою же маму — вот и «досвистелись» мы с ней! «Прощелкали вспышку»!
Вот попали! Аж в позвоночнике холодеет при виде бликов на оружии и доспехах противника!
Не вывез «авось»!
Да тут не меньше трех десятков касок!
У некоторых в руках факела. Своим неровным, моргающим светом они придают решительным лицам вражеских бойцов, совсем уж злодейский вид.
Теоретически, нас примерно столько же, но субтильные и невысокие нугарийцы в драке с рослыми и крепкими атрейцами, больше пригодны на роль смазки для клинков.
Заговорщики буровят нас взглядами.
Если мятежники и удивлены, то скорее всего — только нашим нездешним видом.
А чему им еще удивляться? На подобные дела ходят только решительные и решившиеся на все люди.
Изломанные мрачные тени дергаются и колыхаются на стенах домов и утоптанной земле под ногами.
Из проулк, а темными тенями появляется еще один отряд. Прищуренно присматриваюсь — этих вообще привел сюда сам младший брат местного сюзерена!
Прав оказался Арвинд, сын Арворна…
Вот это попадалово! Мы между молотом и наковальней. Практически окружены.