Отдых с очаровательным преступником (СИ)
— Дочка, мне ему врезать? — подливал масло в огонь Юрий Алексеевич.
— Не нужно, пап. Нас уже Наташа заждалась, — схватила старика за руку, грустно глядя на него. И он успокоился быстро. Точнее расплавился, как мороженое. Кажется, Зоя была его самым любимым человеком в этом мире. Скорее всего из-за этого он меня не хотел признавать. Просто ревновал ко мне.
— Ко… конечно, — чуть смутился мужчина, удивленный поведением дочери.
— Зоя, девочка моя, не игнорируй меня! — просил её об этом. И на меня с интересом уставился весь аэропорт. Вот позорище! Никогда такого со мной не случалось.
— Она не будет с тобой разговаривать, — покачала головой Инга. Я не выдержал и швырнул телефон под её ноги. Экран Айфона разбился вдребезги. Зоя наконец-то обратила на меня внимание, я уставился на неё, как бык на красную тряпку.
— Он точно псих, — прошептал старший следователь. Мама Зои лишь молча смотрела на дочь.
— У меня не было дурных намерений к тебе. Зоя, я тебе не договаривал просто. Но не врал, клянусь, — задрожал я от злости. Даже букет затрясся.
Зоя молча сдула мешающую прядь и пошагала ко мне. Я застыл на месте. Она смотрела на меня очень расстроенно, и я даже не мог вообразить на что она была способна в гневе.
— Ты наверное сполна развлекся со мной? — спросила у меня в лоб, затем выхватила букет роз.
— Зоя, я правда люблю тебя, — пытался донести ей, но она поджала губы и совершенно неожиданно ударила меня букетом роз по лицу. Шипы коснулись моей щеки. И я закрылся руками. Терпел эту чёртову боль. Она со слезами лупила меня. И я готов был терпеть сегодня всё, лишь бы она простила меня. Я надеялся на это, но Зоя лишь швырнула растрепанные розы мне под ноги и расплакавшись убежала с аэропорта. Даже её болтливый отец со сочувствием посмотрел на меня, но пошел за дочерью. Инга отправилась также за подругой, а вот мама Зои подошла ко мне и протянула платочек.
— Назар, верно? — обратилась ко мне, а меня словно сняли с креста и я кивнул головой. — Пойдёмте отойдем, — вытирала мне щеку. У этой женщины были добрые глаза, как у преданной собачки.
66
У этой женщины были тёмные волосы, как у Зои. Голубые глаза, говорили о доброжелательности. Нежели взгляд её супруга. Мама Зои увела меня в зал ожидания, где на скамьях сидели предвкушающие свой рейс.
— Меня Тамарой Львовной звать, — молвит миловидная, невысокая женщина. Она не отпускает мою руку и усаживает на одно их свободных мест. — Зоя во время отпуска рассказывала немного о вас, — удивила меня её мама. Мне стало не по себе. О чем могла рассказать обо мне Амазонка? Было страшно подумать.
Я нервно сглотнул.
— Ты не переживай, — хохотнула она, присаживаясь рядом. — У нас Зоя, девочка впечатлительная, — совсем спокойно произносит, а после прикасается к царапине на моей щеке. Обычно я не разрешаю незнакомым людям трогать меня, но я не сопротивляюсь. Не потому что эта мама Зои, а потому что у неё добрые глаза и приятные руки. Как и у моей мамы. — Больно тебе, мальчик мой? — ласково спрашивает. — У меня есть спиртовые салфетки. Точно! — вспоминает она, начиная рыться в своей огромной сумочке. Затем она вынимает салфетки и вытирает лицо. Неприятные ощущения. Но я, кажется их заслужил.
— Я люблю вашу дочь, — решительно заявляю, а она лишь усмехается.
— Я вижу, Назар. Твои глаза не могут врать. Ты смотришь на нашу Зою с нежностью и любовью. И мне, как её маме очень приятно, — комментирует она. После смотрит в окно. — Сегодня хорошая погода…
— А день паршивый, — перебиваю её.
— Это правда, — смеётся женщина. — Сегодня не твой день.
И всё-таки мне интересно в каком подтексте говорила обо мне Зоя?
— Скажите, а что… Ну… — смущенно проговариваю я.
— Что Зоечка о тебе говорила? — словно заглядывает в душу и читает мои мысли.
— Ну да… Я обманул её, — признаюсь в этом.
— Это я уже знаю… — выдает женщина. — Но, не смотря на всё это, на обиду и злость. Зоя говорила о тебе лишь хорошие слова. О том, какой ты внимательный, заботливый понимающий и добрый. Я просто не узнаю в нашей маленькой Зое, которая не могла раньше без нас, такую леди. Было дело я волновалась, что она никогда не полюбит никого. Но ты сделал невозможное…
— Почему тогда она не захотел со мной говорить? — нервно спрашивал я. В горле стоял ком.
— Думаю потому что она узнала всю правду не от тебя самого, — предположила Тамара Львовна.
Я повернулся к окну. Погода и впрямь была хорошая. Если бы всё было по-другому, то сейчас погуляли бы по Арбату, сходили в летнее кафе с Зоей и держались за руки. А вместо этого я получил по своей роже. Вот я олень. Всё из-за того, что я зассал сказать ей о том, что это было подстроено. Что она ещё в самолёте мне понравилась. Что такую я никогда не встречал.
— Я сделал всё это не от большого ума. Когда увидел вашу дочь, то начал вести себя как девятиклассник-хулиган, пытающийся привлечь внимание красивой девочки, — сложил на колени руки.
— Да ты очень решительный парень, раз в первый день решил остаться наедине с Зоей.
— Дурак просто…
— Жалеешь о случившимся? — с интересом заглядывает мне в глаза.
— Нисколько, — честно отвечаю женщине. — Наверное тороплю события?
После этого вопроса женщина громко расхохоталась. И я сначала не понял почему, а затем как успокоилась, положила мне на грудь руку, с левой стороны.
— Знаешь, Назар никто не знает сколько времени положено для того, чтобы понять что это любовь всей жизни. Кому-то нужны десятилетия, а кому-то достаточно одной встречи. Каждый человек индивидуален. И пара образуется не потому что так надо кому-то, а потому что это судьба. Мы с Юрием встречались шесть лет для того, чтобы вступить в брак. Моя подруга знала своего мужа всего три месяца и вышла замуж. Нет готовых рецептов счастья. Есть только ты и твоя половинка. И только вам решать как быть. Торопить события или наоборот их затормаживать, — говорила темноволосая женщина, расплываясь в улыбке.
— То есть, вы не против, если ваша дочь выйдет за меня замуж? Я встречался долго с предыдущей девушкой, готов даже был жениться, но она для счастья выбрала свободу…
— Зоя тоже не будет, как птица в клетке сидеть. Она любит проводить время на природе, с Ингой… Но ей не нужен весь мир. Ей нужен тот, кто её будет понимать, доверять и действительно любить.
— Я очень ревнив, — признался в этом.
— Зоя тоже, — усмехнулась Тамара Львовна.
— У меня ужасный характер. Я собственник. Я хочу, чтобы она была только со мной и точка.
— Поверь, тебе придется трудно, ибо Зоя хуже моего мужа. От её нрава вся школа и весь институт ходит по цыпочкам. Особенно, когда она без настроения. Поэтому на твоё «собственничество» она может сопротивляться… Или же наоборот покориться тебе. Всё зависит от того, как ты расположишь её к себе, — молвила женщина, глядя вдаль. Я повернулся назад и увидел Зою. Девушка стояла у входа, и прижавшись к косяку, наблюдала за нами. Долго не думая, не дослушал Тамару Львовну, двинулся к девушке. Она всё также выглядела подавленной и хмурила свои брови.
— Девочка моя, — произнёс я, касаясь её рук. Выглядел я как настоящий мазохист. Держал за руки ту, которая причинила мне боль. Она не вырывалась, лишь смотрела мне в глаза.
— Назар-бей, — передразнила тех, кто так ко мне обращался в Мармарисе. — Ты дурак? Я тебя только что отлупила шипами, а ты трогаешь эти руки, — говорила сдержано. Кажется, она не собиралась больше истерить.
— Зоя, выслушай меня, — произнёс я.
— А вот ты где! — нас не кстати перебил Юрий Алексеевич. — Нашлась и Тамара, — выдал тот, когда супруга подходила к нам. — Пойдёмте уже, такси заждалось, — выдал мужчина, словно не замечая меня. Зоя ещё больше нахмурилась. Отец убрал мои руки от своей дочери и уволок за собой. — Пошли Тамара!
— Вот ведь ревнивый старик, — покачала головой Тамара Львовна. — Назар, послушай. Если хочешь помириться с Зоей, дай ей немного остыть. А лучше приходи восемнадцатого августа в «Sempre». Там мы будем справлять её двадцатилетие, — пригласила меня женщина. Затем я слабо улыбнулся. — Зоя мне сказала, что любит тебя, — поднялась на носочки женщина, чтобы сообщить мне об этом шепотом. Моё сердце радостно заколотилось. И во мне вновь родилась надежда. — Ждём тебя в 18:00. Сделаем Зое сюрприз, — подмигнула мне Тамара Львовна.