Рейнджер (СИ)

— Твою ж, ну что за западло… Чтоб тебе! Пошла вон, зараза! — раздался вдруг крик шамана, который пытался своим посохом зашибить на диво уродливую тварь, чем-то напоминающую могильщика из чёрной комедии «Мёртвые, как я», только с рудиментарным подобием крыльев. Вдруг зверушка ухватила нашу дверь и легко, как картонную, вскинула её над головой. Я схватился за рукоять меча, но не успел вытащить его из ножен, как вдруг сова, сидевшая на посохе шамана ожила и взлетела в воздух, а с того места, где она сидела, ударила струя серого тумана, охватила тварь и потащила к Диме. Неизвестно, кто выглядел более удивлённым — похититель двери или наш пернатый друг (не подумайте, что я имею в виду сову). Правда, тварь ещё извивалась и шипела так, будто туманная петля причиняла ей страшную боль. Наконец, зверюга странным образом извернулась, дёрнулась и вырвалась из захвата. Существо влипло в стену и растворилось в ней. Ничего себе заявочки!
— Что это было? — озвучил Саша мою мысль.
— Сам замок, — отозвалась Алёна, затравленно озираясь по сторонам.
С такими сюрпризами — ну его в болото, этот замок. Я начал ворочать дверь, Лекс тут же подскочил и стал мне помогать. Удивительно, но последствия контузии исчезли, будто бы их и не было. Стоило нам с Лексом поднять проклятущую железяку, как обломки камней вокруг зашевелились, потекли и стали собираться в дикие и уродливые фигуры, похожие на те, с которыми мы воевали во дворе замка. Мало того, когда шаман, вновь возглавивший наш отряд, пролезал в дыру, проделанную гранатой, мне показалось, что отверстие стало меньше. Да нет, какое там «показалось» — оно явно зарастает! Неужели изменение стен догнало нас?!
Страх добавил и сил, и прыти. Я, кажется, говорил, что мы бежали из той комнаты, где я стрелял в студень? Ничего подобного, то была лёгкая трусца. А вот сейчас мы бежали по-настоящему! Алёна немного задержалась, потом за спиной что-то сверкнуло, загремело, и она поравнялась со мной.
— Что там? — выдохнул я.
— Хреново, — так же лаконично ответила девушка, и мы побежали дальше. Мчались, пока не стали двигаться по синусоиде, рискуя упасть и отдавить себе этой дверью конечность-другую. Наконец мы с ассасином остановились, хрипло дыша. Шаман обернулся к нам с удивлённым и недовольным видом. Я сплюнул горечь, накопившуюся во рту.
— Ща сам попрёшь, — прохрипел я, упреждая вопрос Сусанина. — Водички бы…
— Ребята, всего три зала осталось — и выход, помните, мы тут были?
— Какая разница были, или нет? — не было сил напоминать, что после зала костей, где мы тоже были по дороге туда, на обратном пути забрели в неведомые края. — Главное, что оторвались, правда, непонятно, от чего.
Дима внезапно, как кнопку нажали, утратил свой оптимизм и грустно сказал:
— Не совсем. Ещё минут… — он призадумался, — да, минут десять — и нас догонят.
— Значит, пять минут на отдых есть, — заявил ассасин. И тут же начал строить планы на будущее:
— Как только выберемся во двор, Дима и Алёна хватают дверь и уходят, а мы с Котом прикроем.
Сомнительное решение. Девушка в своих доспехах и так не слишком превосходит по скорости нас с Лексом, а если на неё ещё и трофей нагрузить — замучаемся ждать, пока до выхода доберётся. Зато в тыловом заслоне ей с её броней цены не будет. А я подстрахую, и не только в контакте, как мог бы Сашка. Кстати, сама Алёна придерживалась того же мнения. Я не видел смысла дублировать её слова и аргументы, потому слушал молча, старательно восстанавливая дыхание и разгоняя по телу энергию из резерва. А уж когда она заявила, что с подаренными чётками и воскресить при случае сможет, причём в массовом порядке… Короче говоря, я только кивнул, соглашаясь с девушкой, когда ассасин наконец решил узнать моё мнение.
Ниндзя недовольно скривился и отложил неприятное для него решение:
— Ладно, во двор выберемся, там видно будет.
Шаман во время разговора как-то нерешительно мялся, будто что-то хотел сказать, но не мог решиться. Наконец он с решительно-обречённым видом сунул руку в сумку и извлёк шесть не то камешков, не то комков глины. С таким видом, будто отрывал кусок мяса от собственного тела, пернатый протянул нам эти изделия.
 
— Вот, держите, может — пригодится.
— А что это такое? — поинтересовалась Алёна.
— Грубо говоря — гранаты. При ударе взрываются, гладкие — огнём, которые с завитушкой — водой.
— Понятно, контактный взрыватель, — мне эти изделия напомнили давнишний трофей, аналогичного назначения булыжник, отнятый у гоблинов. Там их, кстати, тоже шаманы делали.
Мы с ассасином взяли по два камушка каждый, один водяной и один огненный. Я тут же сунул их в кармашки своей самодельной разгрузки, спрятанной под плащом. Лекс тоже быстро спрятал трофеи. Алёна же смотрела на предложенный гостинец с сомнением. Шаман тем временем продолжал:
— Правда, я не уверен, как они будут действовать в этом замке, они на основе духов…
Эти слова разрешили колебания девушки:
— Нет, я, пожалуй, откажусь…
Мы с Лексом переглянулись и синхронно ухватили по одному камешку из Алёниной доли, огненный мне и водяной напарнику. Шаман, может, и хотел бы возразить, но не успел. Мы с Сашей подхватили опостылевший трофей и двинулись к выходу.
Уже следующий зал заставил скептически отнестись к словам нашего Вергилия о знакомых местах: в нём было два боковых прохода, то есть опять развилка, которую по дороге внутрь не встречали. Мы с Сашей были примерно на середине помещения, когда я увидел, как шевелятся губы на побледневшем лице шамана, застывшего в выходной арке, глядя на что-то за нами. Сзади раздался речитатив, напоминающий латынь, закончившийся гулким ударом и жутким, многоголосым воем и визгом.
Я оглянулся посмотреть, что там происходит. Увиденное заставило меня остановиться, бросив дверь на пол — ассасин в итоге чуть не упал, споткнувшись, и энергично откомментировал мой манёвр. Не до извинений и объяснений. Добрая четверть зала была заполнена бесформенной массой, покрытой каменной коркой. Похоже, это результат Алёниных действий. Вот только вся поверхность массы уже покрылась сетью трещин, из которых высовывались многочисленные отростки, превращающиеся в уродливых тварей. А девушка не видела этого, она старалась догнать нас и не оглядывалась. Отдельные щупальца, оторвавшись от общей массы, довольно быстро перетекали по полу, стремясь догнать беглянку.
Но я не просто рассматривал всю эту вакханалию: руки уже выхватили лук, поправили колчан, тело скользнуло в ускоренный режим, сознание сформировало плетения на точность стрельбы и слегка сдвинуло восприятие мира, чтобы видеть узлы энергий. Как только я ускорился, пронзительный вой ушёл за грань диапазона чувствительности ушей, превратившись в глухую пульсацию. Первые шесть стрел упокоили самые шустрые сгустки. Стенка выбросила пару особо длинных псевдоподий — в одну воткнул три стрелы, во вторую ещё две. Я хватал стрелы без разбора — бронебойные, листовидные, из стражьего сплава. Нынешнему противнику это было без разницы. Алёна начала медленно оборачиваться, губы её шевелились. Надеюсь, это ещё одно заклинание «по площадям», а не вопрос ко мне «что случилось?». Девушка вроде неглупая, вопреки впечатлению, которое осталось у меня после чтения надписи на щите. Ещё семь стрел ушли в наиболее опасные отростки. Вот гадство — преследующая масса хитрее, чем казалась: новые отростки росли всё выше, а тем временем несколько валявшихся на полу валунов ожили и метнулись к нам.
Я вспомнил свои тренировки в Резани и бросил молнию, задав и мысленно удерживая сразу полдюжины целей. Сработало на сей раз (а могла быть и осечка в виде обычного разряда), несколько тварей отбросило назад. Такая молния больше энергии берёт, но оно того стоит. Вот гадство! Такое ощущение, что новые твари вылупливаются из плиток на полу. Я заорал шаману и Лексу, стараясь как можно сильнее растягивать слова, чтоб они не прозвучали скороговоркой:
— Ууууу-хооооо-диии-теееее! Заааа-дееер-жиииим!!!