Рейнджер (СИ)

Ещё метров сто размеренного бега — и решение найдено. Или это только так кажется? Но — заманчиво! Я на бегу потянул из колчана одну из немногих оставшихся стрел с наконечником из стражьего сплава. На ходу лезвием глефы срезал древко стрелы так, чтоб остался кусок дерева длиной сантиметров двадцать. Подхватил и сунул в колчан обрезок боеприпаса — просто чтоб не попался на глаза преследователям. Накачал металл маной, щедро, сколько тот мог вместить. При этом энергию вливал через пару энергоканалов, напоминающих что-то вроде проводов. И всё это на бегу, прошу заметить. Пропустив двурвов мимо себя, рукой дал им направление бега и стал искать подходящее место. Да вот, например.
Я, приостановившись, воткнул обрезанное наискось древко в мягкую лесную землю под густым кустиком молодого папоротника. Так, чтоб наконечник почти коснулся земли, прикрыл его зелёным листиком. Вроде бы на бегу заметить не должны — если с ними нет колдуна, который почует мой гостинец загодя. Но на полянке вроде никого похожего в обеих группах преследователей не видел. Я разогнулся и побежал дальше, представляя себе, как «проводки», идущие от наконечника, удлиняются, тянутся от меня к мине. Было такое ощущение, как будто я зацепил блёсну за куст и теперь бегу со спиннингом в руках, чувствуя вибрацию сходящей с катушки лески.
Я, сильно ослабив чувствительность своего «лесного сканера», просто чтоб фиксировать сам факт наличия орка, старался держать свою закладку постоянно в поле зрения. И, когда большая, множественная отметка орочьей погони на моей воображаемой карте совпала с точкой установки мины — бросил по проводкам что-то вроде искорки.
На момент подрыва от нас до погони было, по моим ощущениям, около ста восьмидесяти метров. Но я отчётливо услышал и хлопок взрыва, и тем более — легко перекрывший его многоголосый рёв и вой. Двурвы вздрогнули и обернулись ко мне.
— Уруки посылочку получили. С гостинцами. На всех не хватило — обижаются. — Стараясь не сбить дыхание, пояснил я.
Даже если орки бросят своих раненых и побегут дальше, то станут намного осторожнее, а, стало быть, и медленнее. Чувство опасности всё реже включало свою тревожную сирену. Один раз я своим чувством леса буквально увидел, как бегущая нам навстречу довольно крупная группа орков вдруг довернула правее, потом ещё — и ускакала куда-то почти под прямым углом к нашему курсу. Не успел я толком удивиться, как по тому же каналу информации получил серию картинок: тоненькие сухонькие лапки с перерезанными верёвками на них, хитрая гномья мордочка и группа карикатурно-корявых орков, убегающих куда-то в закат.
От души отлегло. Видимо, спасённые нами гномы добрались до своих и теперь, совместив благодарность к нам с местью оркам, принялись за дело. Ох, чувствую я — нашим врагам скоро станет в этом лесу не менее весело, чем когда-то было немецким оккупантам в белорусских лесах. Оглянувшись, я увидел, как примятая нами трава начинает разгибаться, зато на полянке появляется другая тропка, как раз в сторону симпатичного такого болотца.
Бежать стало спокойнее, и в голове начали прокручиваться перипетии боя, какие-то детали, увиденные, но не оценённые. Например, представив себе внешний вид орочьих колдунов и их наряды, я вспомнил из знаний Спутника знаки различия врагов. И осознал, что мы уложили ни много ни мало, а главного шамана Рода, пару его учеников и двух варлов в достаточно высоком звании. Если учесть, что в племени «чешуйчатых» орков было всего два Рода, причём один из них специализируется на поставке воинов, а второй — шаманов и колдунов, то убитого вполне можно было бы считать и главным шаманом племени. А значит, искать нас будут очень долго и очень старательно.
После этого почти сразу сложилась картинка того, что именно орки делали на полянке. Ритуал Обращения — Стражам при обучении рассказывали о нём, не слишком много, просто чтобы суметь опознать подготовку к нему и осознавать всю степень опасности. Очень сложный, опасный и дорогой ритуал, который, будучи проведён должным образом, позволял поменять полярность магического Источника. Ритуал требовал целого ряда редких и редчайших компонентов. Но и не только — требовалось сложное, поэтапное жертвоприношение. Вот тут и крылась единственная неувязка — первыми в жертву требовалось принести трёх эльфов, а их-то и не наличествовало ни на полянке, ни, похоже, в Мире. Но — я не специалист в этой области, не представляю, как орки выкрутились. Затем должны были принести в жертву гномов, за ними — гоблинов. А вот дальше — дальше шла очередь Жертвы Крови и Жертвы Силы. Требовалось добровольное и искреннее согласие носителя чистой крови соплеменника того, кто проводит ритуал и носителя магического дара, имеющего выраженное сродство к стихии Астрала, в данном случае — тьмы. Вот чистокровную (читай — высокородную) орчанку, согласившуюся принести себя в жертву, я и зарезал там, за Храмом. Что до Жертвы Силы, то тут многое зависело от силы Дара — могло понадобиться и несколько жертв. Наверное, тут в дело должны были пойти помощники шамана.
 
Что до сложности ритуала и редкости компонентов — то об этом можно судить, например, по такому факту: по данным магов Ордена, достоверно было известно о трёх попытках проделать такое, причём одна из попыток сорвалась, спровоцировав мощный выброс Силы, который уничтожил всё и вся в радиусе парочки километров вокруг места ритуала.
Ох, и качественно же мы наплевали в суп оркам!
Так, в нелёгких размышлениях о происходящем в Мире и о нашей роли во всём этом, и прошёл, а точнее — пробежал тот день.
А потом была та чудесная ночёвка, когда нам удалось поспать почти по четыре часа.
Ночёвка, прерванная тревожным сигналом от гномов — и вот мы бежим уже пятнадцать часов, а погоня всё не отстаёт. Более того, у меня зародилось нехорошее чувство, что они идут не по следу, а точно знают, где мы. Например, парочка моих попыток сделать петлю или проложить ложный след привели к тому, что орки просто срезали уголок и сократили расстояние. И гномьи пакости или перестали работать вообще, или просто стали намного менее эффективными — значит, среди преследователей появился достаточно сильный шаман. Ох, как это мне не нравится, но — можно проверить.
Еще около полудня, убедившись в высокой квалификации погони, я начал забирать правее с намерением пробежать через эльфийский посёлок. Оркам там будет, мягко говоря, очень неуютно, а ещё и многочисленные ловушки, технические и магические — надеюсь, они в рабочем состоянии, и я смогу включить хотя бы некоторые из них. Тактика сказалась: несколько раз чувство леса показывало резко ослабевающую опасность. Кстати, я оптимизировал свой внутренний радар, снова вызвав задумчивое хмыканье Спутника. Я до предела загрубил чувствительность, так, что вместо картинки (как с водяной крысой при первой попытке использовать новое чувство) видел просто смутное пятно условного цвета, для орка или гоблина — красного. Это позволило, не перенапрягаясь увеличить радиус чувствительности. А потом, вспомнив картинку работы радаров в старых фильмах, сделал так же: сформировал своего рода поисковый луч, который вращался вокруг меня с периодом обращения около пяти секунд. Тут-то Спутник и хмыкнул: луч радиусом около полукилометра отбирал примерно столько же сил, сколько я восстанавливал естественным путём, то есть обходился почти бесплатно. Правда, при расходовании далеко не дешёвого кофе…
И вот теперь в поисковом луче постоянно мелькала на границе чувствительности множественная отметка погони. Иногда, при срабатывании очередного эльфийского сюрприза, погоня выпадала за границы чувствительности, но потом опять появлялась. Появлялась — и не делала попыток догнать. Появилось ощущение какой-то игры: я пытаюсь куда-то завести врагов, а они пытаются куда-то меня загнать. И что самое неприятное — наши маршруты совпадают.
Единственная надежда — как только мы приблизимся к посёлку, ловушки пойдут гораздо гуще, чем здесь, на дальних подступах. А уж в черте города, так и вовсе. Кстати говоря, тут есть очень интересное местечко. Если оставить вне рассмотрения донельзя поэтичное и иносказательное эльфийское наименование — то это можно было назвать вспомогательным пунктом мониторинга периметра. С аналогами пульта управления ловушками и большой радарной карты. Конечно, всё это было оформлено почти неузнаваемо: живописный пруд, с выложенным цветными камушками дном, большая беседка на берегу и чаша фонтана на краю этого сооружения. Спутник бывал там, знал, как войти и активировать систему.