Рейнджер (СИ)
С другой стороны — я и не рассчитывал на что-то большее, чем увидел в своё первое утро в этом мире. Значит — при любом раскладе я ничего не теряю, так что можно смело давить маленького головастика, пока он ещё не жаба. И ещё — вряд ли Арагорн обидится на мою транзакцию. С одной стороны — выходка вполне в его духе, с другой — дала ему возможность подшутить надо мной, да и над жрецом.
Успокоив себя такого рода рассуждениями, я перехватил инициативу в разговоре и направил его на тему эльфов. В течение следующего часа подтвердились мои самые странные и неприятные подозрения: эльфы исчезли, никто не заметил или не помнил, как и когда. И ни одна живая душа не удивилась и не заинтересовалась! Притом, что у одного из наших новых собеседников, как оказалось, были некие деловые контакты с эльфами. Так вот, он переживал из-за расстроившихся сделок, потерянных денег — но тоже не стал доискиваться причин, даже не почувствовал такой необходимости! Такое глобальное воздействие на психику населения уже не просто беспокоило — оно пугало мощью противника. Стоп, почему я подумал «противника»? А чему удивляться — если это не сами эльфы прикрыли свой уход таким вот мороком, что вряд ли, то сила, устранившая один из светлых народов — явно и недвусмысленно враждебна остальным.
Но был и обнадёживающий момент — примерно после пятнадцати минут разговора с интенсивными попытками достучаться до разума собеседников, подтянувшихся в наш угол зала, у них появлялось любопытство и удивление, в том числе и своим собственным поведением, а ещё — злость на того (или тех, или то) кто это с ними сотворил. Оставалось надеяться, что, выбравшись из-под моего влияния, люди не вернутся к прежнему состоянию, а наоборот — смогут разбудить ещё кого-то из окружающих. Интересно — это Арагорн придал мне такое свойство, быть живым противоядием для чужих чар, или это проявился тот факт, что на момент воздействия неведомой силы на Мир меня в нём не было, и я просто не подвергался промывке мозгов? Кто знает…
Проговорили мы часа три — время, как обычно в таких случаях, летело незаметно. Так же незаметно «улетели» три кувшинчика вина литра по два каждый, из которых, правда, я заказал лишь один. На толпу в дюжину взрослых мужчин вроде бы немного, но некоторых развезло. Да уж, народ явно непривычен к крепким напиткам, если так реагируют на продукт, в котором от силы градусов девять-десять. Распрощавшись со жрецом и собеседниками, я, сопровождаемый эскортом мотоциклистов в неумелом исполнении парочки двурвов, подошёл к «своей» официантке:
— Спасибо вам за гостеприимство. Хотелось бы его продолжить и углубить, а именно — остановиться у вас денька на три, пока не закончу свои дела в городе. Не подскажете, к кому обратиться?
— Разумеется, я провожу Вас к управляющему, он проведёт все расчёты.
Оказывается, дальняя от входа дверь в торцевой стене вела не на кухню. Кстати говоря, просто обязан был это заметить, так что — единица за внимание. Расслабился, блин — а ведь в чуть иной обстановке это могло бы дорого обойтись. За дверью оказался коридорчик, в котором также дежурила пара охранников. По правую руку размещались две двери к «удобствам», в дальнем торце — лестница на второй этаж и, слева от неё, выход на улицу. Около выхода стояла нараспашку дверь в помещение, в котором трудно было не узнать караулку, а между ней и обеденным залом — кабинет управляющего.
Я быстро договорился о комнате, внёс залог, который вместе со стоимостью обеда, едва не переросшего в банкет, потянул на пять «лун». В ответ на предложение управляющего подняться в номер, ответил:
— Знаете, не вижу необходимости: мне всё равно ещё надо выйти в город, причём — с вещами, так что.… Но, надеюсь, через часок, когда я вернусь, ваша очаровательная работница сможет помочь мне найти комнату?
— Разумеется, господин…
— Можете звать меня Виттор. Да, и ещё. Хотелось бы вымыться, как следует, у вас это возможно, или мне поискать в городе?..
— Что вы, что вы! — не слишком вежливо вклинился в малюсенькую паузу в моей реплике управляющий. — Мы предоставляем всё, что нужно нашим постояльцам! К вашему возвращению всё будет готово, только дайте мне знать — и я тут же распоряжусь!
Собственно, в городе у меня было только одно дело на сегодня — зайти за кофе. Часа тут было явно многовато, но не сидеть же в номере, как сычу в дупле?! А после бани на улицу идти, мягко говоря — не хотелось. Я решил, после посещения кофейни не возвращаться назад уже знакомой дорогой — а обойти по улицам вокруг центральной цитадели, замкнув колечко, так сказать.
Увидев меня в дверях, колоритный владелец кофейни обрадовался: наверное, не был уверен, что я приду, всё же цена была — ух!
— Проходите, проходите! — радушно приветствовал он. — Наслышан о том, как Вы разобрались с племянником нашего графа. Смело, надо сказать, почти на грани фола. Здорово Вы обыграли предсказание, да…
Я почувствовал себя неуютно. Похоже, уже успел поссориться с властями. Знать бы ещё, в каких отношениях дядя с племянником? Помнится, в некоторых культурах Земли такое родство считалось важнее и ближе, чем отец и сын, не хотелось бы. Ну, ничего — вот прямо передо мной ходячий справочник «Кто есть кто по сути своей», разузнаю.
— Какое такое предсказание?
— А Вы не знаете?! Он ездил к оракулу, и тот вроде как предсказал долгую жизнь в достатке и уважении, с одной оговоркой: ему может грозить гибель от «клинка, который не клинок». При этом смерть обещана болезненная и недостойная. А все знают, что мечи Стражей, особенно — Истинных, не всегда остаются клинками из стали…
Ну что ж, одной загадкой меньше — трусом мой несостоявшийся дуэлянт не выглядел, а на попятный пошёл резко и с явным страхом.
Позже выяснилось, что отношения графа с племянником неровные и особой сердечностью не отличаются, но иногда правитель города испытывал приступы родственных чувств… Ладно, задерживаться не буду. Завтра закуплю всё необходимое, решу, что делать дальше и послезавтра утром, оставив для конспирации оплаченную на сутки вперёд комнату, двинусь из города.
Почти перед самым уходом из кофейни я сообразил попросить владельца смолоть мне часть зёрен и подыскать какую-нибудь плотно закрывающуюся посудину. Да уж, помол весьма грубый, если не сказать больше. Идея — завтра надо будет присмотреть в ремесленных рядах ручную мельничку для специй. Новая, без посторонних запахов, она послужит мне кофемолкой.
Перед входом в своё обиталище я вручил двурвам, всё ещё ошарашенным стоимостью моей последней покупки, по серебряной монете и сказал:
— У меня для вас ответственное поручение. Не знаю, сможете ли вы справиться, но, прошу — постарайтесь завтра до второй утренней стражи мне на глаза не попадаться и не беспокоить.
У двурвов, уже приготовившихся к чему-то эпохальному, на лицах отразилась такая смесь облегчения и обиды, что я усовестился и добавил:
— Просто отоспаться хочу, в человеческих условиях. А охрана тут на уровне, к тому же я свою защиту разверну.
В обеденном зале я «свою» официантку не увидел, и несколько даже расстроился. Однако она обнаружилась в кабинете управляющего, видимо, с каким-то отчётом.
— Здравствуйте снова. Можно, я похищу у вас на время эту сотрудницу?
— Да, разумеется. Вам приготовить купальню прямо сейчас?
— Если можно. И, пожалуйста, пришлите в номер кувшинчик эля и кое-какую закуску, только без лука и чеснока.
На лестнице я пропустил сопровождающую вперёд ступеньки на четыре. Да уж, вид перед глазами просто великолепный. Вот интересно — выглядит она, по меркам моего мира и времени, лет на двадцать восемь или чуть моложе. А сколько на самом деле? В нашем Средневековье в таком возрасте частенько уже дочек замуж выдавали и внуков нянчили. И выглядели старухами. А тут? Может, ей только-только восемнадцать стукнуло? Или тут с продолжительностью жизни и здоровьем, благодаря магии и реально работающим жрецам, всё гораздо благополучнее? Вот не знаю, не получил ещё такой информации от Спутника. Как и о нормах социального поведения, так сказать. Вот если я сейчас попробую эти аппетитные выпуклости погладить — что будет? А не представляю себе, совершенно. А жаль…