Рейнджер (СИ)

  
Рейнджер
   
Пролог
 
Где-то вне привычного времени и пространства.
Эх, сколько сказано людьми про родственников, особенно — дальних! И кое-что из этого даже можно было записать. А кое-что — запомнить и при случае применить, фантазия у смертных часто больная, что в данном случае только к лучшему. Знали бы смертные, что это не только их проблема и забота! Высокий мужчина, сидевший на краю высокого постамента посреди каменистой равнины, раздражённо сплюнул вниз и обвёл взглядом окрестности. То же незыблемо-изменчивое пространство Узла, те же мосты, воплощающие связи внутри веера… Мосты, ведущие к различным мирам, в каждом из которых — свои боги и божки. И большинство из них фыркают и воротят нос от «бедного родственничка», который всё никак не может обзавестись собственным миром.
Самое обидное, что изрядная часть этих фыркающих даже не представляют себе истинной иерархии Сил и не понимают, насколько «нищий бродяга» сильнее их, и насколько большими возможностями обладает. Но ведь и среди понимающих тоже в избытке фыркающих! Вариант «наплевать и забыть» не подходил — общаться с роднёй надо, а терпеть их выходки становилось всё труднее. Нет, то, что редкая грубость или колкость оставалась безнаказанной, облегчало жизнь, но… Мужчина вновь раздражённо сплюнул вниз, вспомнив одну особо возомнившую особь из числа молодых, так сказать, «соплеменниц». Да уж, если даёшь себе труд воплотиться в смертное, хотя бы по виду, тело — то получаешь заодно кучу привычек и реакций этого самого тела.
Мужчина, а точнее сказать — выглядящий мужчиной сравнительно молодой бог, достигший, тем не менее, немалого уровня сил, сферой интересов которого были не группы прихожан или даже разборки планетарного уровня — а делёжка сил и полномочий в пределах Веера миров, причём даже не одного, призадумался. Его облик при этом утратил статичность — менялось не только выражение лица, но и его черты, длина волос, телосложение, одежда — зрелище одновременно пугающее и завораживающее, если бы рядом как-то оказался и ухитрился выжить кто-то из смертных.
Всё более заманчивой становилась одна мыслишка, мелькнувшая впервые ещё пару эпох назад. Но тогда сил и способностей не хватало даже для того, чтоб представить себе пути решения чисто технических, как выразились бы обитатели недавно облюбованного и почти бесхозного мира, проблем. Позже появилось понимание — но не хватало сил. Сейчас же в достатке было и того, и другого — дело стояло только за решимостью.
С одной стороны — удача с аферой сулит, как минимум: прослыть спасителем миров и повысить свой божественный статус и силу, а как максимум же — увеличить свои владения в веере за счёт тех божков, которые просто сбегут с собственных территорий. Правда, если додумаются, как и куда. Или за счёт тех, которым гордость и самонадеянность помешают принять помощь «бродяги», с фатальными для гордецов последствиями. В идеале вообще можно стать единовластным владетелем Веера и перейти в гораздо более высокую лигу. Кстати говоря, в контексте бродяги и единовластного властителя, как там звали персонажа той наивной, но забавной истории? Арогорн его звали, да и внешность в так называемой «экранизации» удачно подобрали — не грех и позаимствовать, в рамках операции, если она начнётся.
С другой стороны — можно нарваться на неприятности со стороны тех самых «игроков высшей лиги», очень уж неодобрительно смотрят они на игры с Первичной стихией.
Тут бог вновь вспомнил ледяной блеск презрения в изумрудных глазах недавно (пару тысяч лет тому назад) возвысившейся дурынды — но ведь до чего же красивой! «Ладно, в конце концов — я же бог игры? Вот и сыграю на решение», — в руках мужчины появилась пара двенадцатигранных игральных «кубиков», которые он, не долго думая, высыпал с ладони вниз, на равнину.
— Хм, две дюжины, а я ведь не вмешивался. Что ж, сыграем на максимальный результат. Пара маленьких, управляемых прорывов Хаоса в нужных местах могут дать большой эффект. Если грамотно это подать, хе-хе…
 
Где-то около Центра Веера.
Арогорн сидел на камне, задумчиво глядя на то, что его смертные орудия легкомысленно обозвали «костром». Сидел, анализировал обстановку, строил планы, вспоминал…
Дела вроде начинают налаживаться. Конечно, до видимых улучшений ситуации в целом ещё далеко, удалось только уменьшить скорость нарастания неприятностей, но были и приятные моменты. Удалось выявить механизм появления Стабилизаторов, и даже немного переналадить его в своих интересах. Несмотря на некоторые потери, прорывов Хаоса в ранее незатронутые противостоянием реальности не было. Вот только старая ошибка, которая угрожает стать новой главной проблемой…
Нуждаясь в зримом воплощении образа Врага — как пугала для других богов и для наглядности пропаганды среди смертных — он придумал удачный, как казалось ход. Выбрав одно из воплощений Хаоса, своего рода недоделанную аватару, обладающую некоторым подобием автономности, бог Игры немного доработал его. Придал иллюзию разумности и свободы, некоторые черты личности. Не мудрствуя лукаво, Арогорн взял слепок собственной сути, убрал всё лишнее — и слил этот фанерный макет бога с выбранным порождением первичной силы. Удобный имитатор противника, про которого известно всё и действия которого легко просчитать.
Как же! Хаос не был бы таковым, если бы не менялся вечно сам и не менял всё, что с ним в контакте. И вот это недоразумение, это чучело бога, обрело подлинное самосознание! Более того — сила Хаоса компенсировала большую часть тех свойств, которые Арогорн отнял у своей упрощённой копии. В частности — божественную силу, точнее, её замену, не менее мощную и эффективную.
Фарс превратился в полноценную драму, боксёрская груша — в мощного оппонента. И эта проблема обрела имя — Артес. А теперь он претендует и на обретение своего аспекта, проще говоря — сферы деятельности. Причём норовит оторвать кусок от его, Арогорна, епархии!
Там же, но позже.
Бескрайнюю равнину, хоть и обозримую полностью, если уметь и знать, как и откуда смотреть, затянули клочья белёсого тумана. Тот же мужчина в уже привычном и пообтрепавшемся облике сидел на том же самом месте, стараясь не смотреть в сторону пары обрушенных мостов.
А как всё хорошо начиналось! Аномальные зоны в местах даже не прорывов, а просачиваний Хаоса, попытки местных божков решить проблему, как они думали, их мира своими, локальными средствами, не показывая соседям и коллегам свою «слабость». Последующее бегство или дурацкая гибель этих самых божков, переход контроля к нему. Пусть часто — неявно, через аватар или полностью подчинённых полубогов и иных сущностей, но все же…
А потом неожиданно пошли сбои — неплановые прорывы, изменённые существа. Смертные, которые сами лезли заигрывать с силой, что пугала большинство богов. Дальше — больше. Хаос стал выбрасывать в Веер свои порождения, которые обретали самосознание. Да и кое-какие изменённые, не уничтоженные вовремя по той или иной причине, росли в статусе. Появлялись кучи всяких демонов, и архидемонов, аватар Хаоса, полубогов и прочей братии. На всех их банально не хватало ни времени, ни сил. В итоге несколько миров уже погибли, поглощённые Хаосом.
Как ни жаль, но придётся уходить из этого Веера, забрав всё, что можно унести, и тщательно заметя следы. Хорошо, что у него были интересы и владения в парочке соседних Вееров, есть на что опереться и с чего начать. Арогорн встал, отряхнув ставшим привычным за сотни лет странствий жестом одежду. И совсем уж собрался шагнуть с постамента, возле которого зримым воплощением Оси Веера с недавних пор возник столб призрачного пламени, как за спиной его раздался раздражённый и ехидный голос:
— Куда это ты собрался? Нашкодил — и бежать? А кто убирать за тобой будет, Создатель?!