Закон охоты

Ну, как-то так я и думал. Уверен, что упомянутое «кое-что» выражается в денежных знаках, причем в немалом их количестве. Майя такие моменты никогда не упускает, такова ее философия и жизненное кредо. Как там она обычно говорила? «Никогда не игнорируй деньги, иначе рано или поздно они начнут игнорировать тебя».
– Тебя как зовут-то? – с неожиданной жалостью глянула на нее Светлана.
– Марина, – всхлипнула девушка. – Слушайте, ну можно же все решить по-людски? К чему эта фольклорная дикость? Вы же явно тут все знаете, так давайте доберемся до ближайшего места, где смартфон сигнал поймает, свяжемся с моим отцом, и он решит все вопросы. Даю слово!
– То есть она так ничего до сих пор и не поняла, – сообщила мне Метельская.
– А ей кто чего объяснял? – усмехнулся я. – Ну а свой объем знаний там явно с гулькин нос. Если чего-то нет в «тик-токе» и «телеге», то этого вовсе на белом свете нет.
Наверное, я бы не рискнул вести отвлеченные разговоры в данной ситуации, если бы не заметил то, что местной владычице они интересны. Она слушала нас, не выказывая неудовольствия, что кое о чем говорило.
– Этих двух не жалко, – Светка почесала нос, – сгинут – и хрен с ними. А девка, по ходу, в самом деле ни при чем.
– Ты сама сгинешь, – зло пообещала ей Майя и тут же получила тычок в загривок. – Ай! Больно же!
– Сказано молчи – значит молчи, – равнодушно объяснил ей Глузд. – В следующий раз больнее сделаю. Веришь?
– Верю, – буркнула Виллеруа и снова взвизгнула. – Теперь за что?
– За дурость, – пояснил воин, качнул головой и добавил: – Иль не так?
На этот раз Майе хватило ума промолчать.
– Воры вы и есть, – подытожила Хозяйка. – И что погано – сами того признать не захотели, пришлось вас за руку хватать. Да еще слова дурные в доме моем говорили, бесчинства творили. Скажете, этого тоже не было?
Марина растерянно хлопала глазами, Ставр застыл, как статуя с на редкость дебильным выражением на лице, ну а Майя молчала, как ей и было велено. Причем, подозреваю, она где-то даже радовалась, что Глузд такое распоряжение отдал.
– Но это все мелкие вины, – не дождавшись ответа, продолжила повелительница гор. – А вот то, что вы меня же в моем дому высмеивали, простить не могу.
– Не делала ничего такого! – не выдержала Марина. – Да я вообще не знаю, кто вы! Как можно высмеивать того, о ком ничего не знаешь?
– Зато вон она знает. – Палец женщины показал на Майю. – Знаешь же? Верно? Скажи, скажи, сейчас можно, я дозволяю.
– Догадываюсь, – не поднимая глаз, ответила та. – Только не знаю, какое из ваших имен сейчас назвать.
– А давай я тебе подскажу? – предложила владычица. – Может, «каменная девка»? Ну, я же с каменными дела мастерами хороводилась, потому только девкой меня назвать и можно. Не девой же, как положено. А еще добавить слово «давалка». Что оно означает, точно не ведаю, но догадываюсь.
Всегда знал, что у моей бывшей иногда мозги клинит намертво, и она в этот момент способна спороть настолько редкостную фигню, что диву можно даться. Но тут, пожалуй, она себя саму превзошла по всем статьям. Ладно, когда подобную дичь в горах несут те, кто ни во что не верит и ничего не знает. Но она-то в курсе, что к чему?
Кстати – Каменная Дева. Красиво звучит. И очень верно.
– Или вот еще, – сидящая на троне просто смаковала то, что говорила, – рудную мать еще веселее можно переделать. Как ты там сказала?
– Не надо, – попросила ее Майя. – Пожалуйста.
– Я ничего такого не слышала, – подала голос Марина. – Это, наверное, до меня случилось.
– Так я тебе в вину неуважение и не ставлю, девица, – милостиво кивнула сидящая на троне, – только то, что ты руки свои к моему добру протянула. Потому и кара, может, помягче тебе выпадет.
– А мне? – вдруг прорезался голос у Ставра.
– Ты да и вот эта сквернословица – одно. Значит, и ответите вместе.
Интересно, в каком смысле они одно? Что она хотела этим подчеркнуть?
– А все же вы кто? – вдруг обратилась к своей судье Марина. – Ну, чтобы понимать?
– Я с давних пор приглядываю за этим горами, – белоснежная рука обвела огромный зал, – на то тут и поставлена. Все меня касается, до всего мне есть дело, и никому баловать в своих владениях я не позволю. Я тут Хозяйка, девица.
 
– Блин, я поняла! – Марина хлопнула ресницами, ее губы расползлись в удивленной и одновременно недоверчивой улыбке. – Вы Хозяйка Медной горы!
– Я Хозяйка многих гор, а не только Медной. Да и нет в моих владениях такой, – поправила ее женщина. – Но с какого-то времени меня иногда стали называть именно так. Сначала не понимала, почему и отчего, а после один забавный паренек рассказал, что книжицу про меня читал. Верно врал, но так ловко, что я его на волю отпустила, несмотря на то что дела за ним числились недобрые. Хорошая байка дорогого стоит, как за нее не наградить?
– У меня ощущение, что я сейчас «дунула» такой травы, какой никогда в жизни не пробовала, – пожаловалась то ли Майе, то ли нам, то ли вообще непосредственно Каменной Деве Марина. – И лучше бы так оно и было! Тогда мне проще поверить в реальность происходящего. Нет, кое-что неправильное, такое, во что сразу не поверишь, в моей жизни случалось, но это было давно и один раз. А чтобы так…
– И папа, получается, не поможет, – скривила губы в улыбке моя бывшая. – Да? Теперь самой за себя отвечать придется. Наверное, впервые в жизни. Ни деньги не помогут, ни связи… Блин, да сколько можно меня бить?
– Пока ума в голову не вложу, – отозвался Глузд, – раз слов не понимаешь.
Что-то мне подсказывает: а ведь не собиралась она эту молоденькую дурочку на белый свет выводить. Не любит Майя «мажоров» обоего пола, причем сильно, есть у нее такой пунктик с самой юности. Почему, отчего – не знаю, она мне не рассказывала, хоть я и спрашивал. Но наверняка какая-то мутная история случилось, где о ее гипертрофированное самолюбие ноги вытерли, а такое она и не забудет, и не простит. Причем не конкретно какому-то человеку, которого, кстати, скорее всего, уже и в живых нет, а вообще всем.
Но до такого, как сейчас, раньше не доходило. Это уже перебор. Видно же – нормальная девчонка, без всяких там закидонов, да еще и испуганная до крайности. Зачем с ней так-то?
Хотя, может, я на бывшую и наговариваю, конечно. Но вот эта ее улыбка… Я ее хорошо знаю.
– Ладно, пустое это все, – хлопнула в ладоши Каменная Дева. – Вина за вами есть, а за наказанием дело не станет. Верно же, гостеньки дорогие? Справедливо я рассудила?
– Вполне, – отозвалась Метельская, ткнув кулаком в бок Аркаши, который, похоже, сподобился наконец высказать свое мнение и даже уже рот открыл для этого. – Ваши владения – ваше право.
– А ты что скажешь, залазник? – перевела на меня свой взгляд Хозяйка. – Вон та егоза тебе все же не чужая, а что у меня за нрав, уверена, ты уже смекнул. Места тут суровые, и мы, стало быть, такие же. Не жалко ее?
– Не стану врать – жалко, – произнес я, после чего Марго и Светлана за моей спиной дружно фыркнули. – А что такого? Живой же человек. Ну да, строптивая, жадная, злопамятная, но уж какая есть. У нас ней общее прошлое, его вот так быстро из памяти не вычеркнешь. Только подруга моя права. Тут ваш дом, она в нем насвинячила, так что пусть отвечает. Единственное – вон ту девчонку, может, все же пожалеете? Не так и много она бед натворила, да и те по незнанию да недомыслию.
– Ну прямо само благородство, – усмехнулась Майя. – Ой! Над головой вроде как нимб появился!
– Каждый получит то, что заслужил, – заверила меня Хозяйка. – Но их долю и облегчить можно. Мне толковые слуги нужны всегда, достатка в них никогда нет. Желаешь, я твою женку отпущу, а ты мне за то служить станешь.
– Не желаю, – мигом ответил я. – Тем более что и до того мне уже приходилось ее долги закрывать. Сколько можно?
Не нравится мне то направление, которое разговор принимает. Почему? Потому что догадываюсь, куда мы в результате с этими беседами прийти можем. Только этого мне не хватало.