Мое последнее воспоминание (СИ)

— Мамочка, я больше не хочу кушать, можно я пойду наверх играть? — спрашивает Сэм.
— Конечно, малыш, — улыбаюсь ему и смотрю, как он слезает с колен Картера и несётся в вверх по лестнице.
— Мои поздравления, у меня есть знакомые по оформлению разных банкетов, я могла бы договориться, — я решила сразу же сменить тему, чтобы не было никаких неловкостей. Прошло ведь четыре года, стоит отпустить эту ситуацию и жить дальше, но чем больше во мне алкоголя, тем смелее я становлюсь, а эмоции так и просятся наружу.
— Было бы прекрасно, — произносит Эмбер, а Джастин подливает мне вина, когда видит, как я тереблю ножку пустого бокала.
— Сынок, а ты не хочешь предложить помощь Ханне? «У тебя ведь рекламная компания», — спрашивает его Стефани.
— С удовольствием, — Джон улыбается, но мне его помощь не нужна.
— Спасибо, но завтра у меня встреча с менеджером и у него уже все подготовлено.
— Если что обращайся, всегда буду рад помочь, — Джон продолжает улыбаться и смотреть на меня. Но внутри у меня гнев или отчаяние, я ещё не разобралась.
— Прости, но ты последний человек, к которому я бы обратилась за помощью, — фыркаю я, поднимаю бокал к губам, но Джон силой вырывает его и с грохотом ставит на стол.
— И что же это значит, мать твою?! — он злится, а мой внутренний чертёнок радуется этому, может это так действует вино, но мне и вправду нравится.
— Джон, в связи с нашей ситуации я сделала вывод, что ты самый ненадёжный человек, к которому я не обращусь за помощью, — я вновь поднимаю бокал и мило ему улыбаюсь, прежде чем сделать глоток.
— Я изменился, Ханна, я больше не тот подросток, — по сути он прав, но ведь прошлое не изменить. Может он и стал с виду мужчиной, но на деле все может оказаться совсем наоборот. Многие не хотят даже думать о серьёзных отношениях, волочась за каждой новой юбкой и Джон относится к их числу.
— Джон, мне без разницы изменился ты или нет, однажды ты сделал свой выбор, вот с ним и живи, — фыркаю я. И тут начинаю понимать, что мои чувства начинают проскальзывать сквозь стену, а этого нельзя допустить.
— Я был напуган, но теперь все по-другому.
— Сынок, не стоит, — вмешивается Стефани.
— Действительно, ты и так натворил дел, — отзывается Джеффри.
— Все, хватит. Ханна, ты поверила в меня тогда, когда я даже сам в себя не верил, мы еще все можем вернуть, — говорит он более спокойно.
— Серьезно? — я начинаю смеяться, этот человек уничтожил меня. — Да ты вспомни, к чему привело мое доверие? Ты разрушил меня.
— Мне очень жаль, я сожалел об этом каждый день, до сих пор сожалею.
— Мамочка, разреши папочке жить с нами, — я резко разворачиваю голову в сторону Сэма. Только не это.
— Ханна, не хочешь съездить в клуб развеяться? — предлагает Эмбер. — Думаю Джастин не будет против.
— Конечно, милая, езжай, я присмотрю за Сэмом, — предлагает моя мать.
— С удовольствием, — я встаю из-за стола и хватаю с дивана свою сумку. — Подожду тебя на улице.
Я вылетаю из дома и вдыхаю свежий воздух, четыре долбаных года я старалась выбросить его из своей головы, а теперь вернулась к самому началу.
Глава 17
Джон.
Сижу за столом и продолжаю молчать, Джастин тоже сидит несмотря на то, что его девушка ушла. Я делаю глубокий глоток вина, нужно подняться на вверх и пожелать сладких снов Сэму. Меня радует одно, что теперь он будет жить со мной в одном городе, после того как Ханна ушла, он вновь убежал к себе в комнату, его расстраивают наши перепалки, как и всех.
— Сынок, — начинает моя мать, но я не хочу выслушивать их, ведь я и так знаю, что обложался.
— Оставь его, пусть наслаждается жизнью. Знаешь, Джон, однажды Сэм спросит вас почему вы не вместе, как думаешь, он возненавидит тебя за твой поступок? — спрашивает мой отец, вот кусок дерьма.
— Оставь меня в покое, да я поступил, как последний урод, но жить с этим дерьмом мне.
— А я вот всегда знала, что ты не пара моей дочери, — произносит Марта, а на ее лице торжественная улыбка.
— Ваши желание сбылись, ведь именно этого вы желали своей дочери?
 
— Да как ты смеешь? Ты кусок.
— Марта, — отдергивает ее Стивен, но она продолжает пожирать меня гневным взглядом.
— Это наши проблемы с Ханной и решать будем их мы, а не вы, — произношу я и встаю из за стола, а затем поднимаюсь наверх.
Открываю дверь в комнату Ханны, Сэм сидит за столом и рисует, как же он вырос. Я пропустил его первые шаги, первые слова, но теперь я не собираюсь быть вдалеке, ведь он все что у меня есть, он мой мир.
— Мне пора уходить, сынок, — произношу я, и он тут же обращает своё внимание на меня.
— Теперь ты будешь часто ко мне приезжать? — спрашивает он.
— Конечно, а на выходные буду брать тебя к себе домой.
— На все выходные?
— Да.
— Круто! — Сэм обнимает меня, а я целую его в макушку. — Пока, папуль. Надеюсь, мама тебя простит.
— Пока, малыш, — я щёлкаю ему по носу пальцем, а он смеётся таким жизнерадостным звонким смехом.
Внизу начался оживленный разговор, Джастин увидел меня и поднялся, мы покинули этот чертов дом и теперь я могу вздохнуть полной грудью.
— Как ты, старик? — спрашивает мой друг
— Все хорошо, если не считать, что меня все ненавидят.
— Главное тебя любит Сэм, а Ханна. Она не может тебя простить, но думаю скоро пройдёт, — он кладёт руку мне на плечо и сжимает его.
— Ладно мне нужно поехать домой и успокоится, а может даже и выпить. Напиши, когда они вернутся домой.
— Хорошо, лишь бы они не во что не влипли.
— Точно, — я жму Джастину руку и иду к своей машине. До дома я добираюсь в полной тишине.
Я бросаю ключи на полку и прохожу на кухню, беру стакан и бутылку виски. Алкоголь обжигает мое горло. Сажусь на стол и закрываю глаза. Вспоминаю тот день, когда порвал с Ханной, она приготовила мне свидание, а я поступил, как мудак, разбив её сердце. Но самый страшные день был, когда мы сидели в машине и плакали, она сообщила, что хочет уехать, вот тогда я чётко осознал, что профукал своё счастье. Как бы я не хотел удержать её, у меня просто не было прав, она многим пожертвовала, чтобы подарить мне сына.
Медленно иду в спальню и снимаю одежду, у меня нет ни сил, ни настроения. Просто плюхаюсь на кровать и закрываю глаза. Мне хочется верить, что я смогу все исправить, но утекло уже столько времени. Я долго ворочаюсь и не могу уснуть, но в итоге засыпаю.
***
Меня будит громкий стук в мою дверь, на часах час ночи. Какого хрена? Поднимаюсь с кровати и направляюсь к двери. Убью того, кто потревожил мой сон. Открываю дверь и замираю, на пороге стоит пьяная Ханна. Да она в хлам.
— Картер, ты кусок говна, — заплетающим языком произносит она.
— Ханна, зайди, давай не будем будить соседей, — предлагаю я, но она лишь фыркает на меня.
— Пусть послушаю… — не даю ей договорить и за руку затягиваю её в квартиру. Закрываю дверь и разворачиваюсь к ней лицом.
— Теперь можешь продолжать, — спокойным тоном произношу я.
— Ты мудак, Картер, ты бросил меня с младенцем на руках. Ты изменил мне, а после этого устраиваешь сцены в моем доме? — Ханна начинает кричать, я заслужил.
— Ханна, детка, — протягиваю руку к ней, но она пятится назад, как будто у меня кожная болезнь.
— Не прикасайся ко мне, ты утратил это право, когда засунул свой член в свою шлюшку, — рявкает она.
— Давай я отвезу тебя домой? — разговаривать сейчас бесполезно, она слишком сильно напилась.
— Давай ты не будешь мне ничего предлагать, ты ничтожество, — мое терпение подходит к концу.
— Не дразни меня, ты приперлась пьяная в хлам ко мне домой, придержи свой острый язычок, — я не успеваю опомнится, как её маленькая ладошка встречается с моей щекой.
— Ненавижу тебя, ты обещал, что все будет хорошо. Обещал мне твою мать, а сам при первой же возможности изменил мне, — Ханна начинает плакать. — Ты не заслужил ни одной моей слезинки, а я рыдала каждую ночь в подушку. Твоя мать успокаивала меня, но мне нужен был ты… ты…