Смертник из рода Валевских. Книга 8 (СИ)

— Неделю назад я убил собственного деда, — произнёс я, глядя в лицо ректору.
— Мои поздравления, — судя по реакции, новость о том, что у меня оставался живой родственник, стала для ректора неожиданностью. — Только я не понимаю, при чём здесь это?
— Мой дед, Вальдемар Валевский, был учителем мастера Мерама.
Кималь Саренто нахмурился. Информация, которую я открыл, не могла найти отклик в тех знаниях, которые ректору уже были доступны, потому что мастер Мерам последний раз учился более ста пятидесяти лет тому назад.
— Я всё ещё не понимаю, — сдался Кималь Саренто и на его лицо наползла скука. — Максимилиан, друг мой, постарайся добавлять в свои предложения больше информации. И связи с предыдущей темой. Ситуация по разделу наследства в роду Валевских меня интересует меньше всего на свете.
— Да, вы правы. Нужно больше информации. Как вам такой факт: учителем мастера Мерама являлся внук первого императора светлых земель.
Вот теперь ректор стал серьёзным, как никогда. Такой взгляд у Кималя Саренто я видел всего несколько раз в своей жизни. Так как в кабинете повисла тишина, я решил добить того, кто отдал большую часть своей жизни, чтобы собрать информацию о первом императоре:
— Убив деда, я получил статус «хранитель», правда, непонятно чего, а также ключ. Пропуск в закрытую локацию древних, куда нет доступа даже тому, кого мой предок назвал богомерзким Фарафо.
Ректор откинулся в кресле и задумался, не сводя с меня взгляда. Пришлось продолжать:
— Мне известно, что у вас есть записная книжка или личные записи первого императора. Они были получены из гробницы, после чего ни о них, ни о камне «Поглотитель», ради которого всё затевалось, информации больше ни у кого нет. Вот только хранилище императора находится у вас. И, как мне кажется, вместе с записной книжкой. Она мне нужна, но это дела будущего. Вначале нужно разобраться с тем, что происходиь с Кострищем. Если господин ректор поможет моим людям стать обладателями магических камней, то он станет вторым участником похода в закрытую локацию древних. Место, где первый император обрёл свою силу.
— Да, Максимилиан, умеешь ты озадачить. Казалось, видишь тебя насквозь, прогнозируешь каждый твой шаг, а потом, совершенно случайно, оказывается, что ты праправнук первого императора. Причём такая мысль у меня была — слишком твоё тёмное зеркало похоже на умение безымянного основателя. У меня нет его записной книжки. И никогда не было. Только несколько тетрадей, которые он набросал вручную. Тебя же интересует именно артефакт, верно? Где он — неизвестно. Вопрос, к слову, к твоим родственникам. По имеющейся у меня информации, артефакт забрал старший сын первого императора. Где его искать — большой вопрос.
Мне удалось умолчать о том, что старший сын мёртв, хотя фраза практически слетела с языка. Не всё следует рассказывать Кималю Саренто. Я и так поведал ему больше, чем планировал. На самом деле я вообще не собирался говорить о том, кем являюсь, но взглянув на ректора понял, что он откажется от любого моего предложения. Кималь Саренто не пойдёт против Заракской империи. Не сейчас. Но вот пойти вместе с наследником первого императора — другое дело. В этом случае хитрый ректор может и рискнуть.
— Что по поводу камней? Они уже приготовлены. Как и сама структура установки. У людей открыта мана. Всё, что нам требуется — интеграция. О том, что камни установил именно Кималь Саренто, не будет знать никто. Для всего мира камни у этих людей появились в Кострище.
— Что превратит тебя в объект пристального внимания Цитадели.
— Невозможно получить ещё большего внимания, чем оно есть сейчас. Церковь Света тщательно следит за каждым моим шагом. Даже в Турб я поехал под пристальным вниманием служителей Света.
— Но на территории академии их нет, — даже не спросил, а утвердил Кималь Саренто.
— Я сделал Крепости предложение, которое мой сопровождающий не мог не передать.
— Отдал им поместье? — прозорливости ректора можно было позавидовать. — Хорошее решение. Решает много проблем. И убирает объект негатива из столицы. Будет тяжелее накручивать людей, не имея символа перед глазами. Хорошо, Максимилиан, я установлю камни твоим людям. Жду их сегодня вечером в академии. Без тебя.
 
Всё, что мне оставалось — лишь кивнуть. Ректор не стал говорить ничего лишнего, но и без этого было понятно, что отныне я являлся его должником. В очередной, Скрон бы его побрал, раз.
— Тетради, — напомнил я. — Мне нужно их изучить.
— Боюсь, это будет весьма проблематично. Их у меня нет. Выкрали.
— Очень смешная шутка. Кто-то что-то украл у Кималя Саренто и до сих пор жив?
— Есть люди, идти против которых чревато большими последствиями. У меня нет стопроцентной гарантии, только подозрение. Тем не менее я считаю, что тетради перешли к одному известному коллекционеру. Сразу предупрежу, Максимилиан, без имён. Даже стены порой имеют уши. Тем более в магической академии Заракской империи.
— Я понял. Перчатка, которую я сделал для младшего Вяземского, находится у нашего общего знакомого. Значит, тетради тоже могут быть там же.
— Для младшего графа Вяземского, — поправил меня Кималь Саренто. — Это Элеоноре простительна небрежность при именовании. Тебе, как эрцгерцогу, такое непростительно. До меня дошла информация, что Алия вернулась в Кострищ. Ты уже знаешь, кто её похитил?
— Её не похищали в том смысле, в котором это принято считать. Тёмный ортодокс Эльор напал на мою девушку и сжёг её тёмным огнём. Мой дед вмешался и не позволил её убить. Он забрал Алию себе и сумел её вылечить.
— Что с Эльором? — вопрос прозвучал настолько быстро, что стало понятно — тема для Кималя Саренто по какой-то причине является близкой.
— Вы же знаете, кто это, верно?
— Глупый вопрос. Ты прекрасно знаешь, что мы знакомы. Сейчас мастер Эльор является учителем Карины Фарди, а также тёмным, принявшим ортодоксальные взгляды на развитие этого мира и объявившим войну всем и каждому.
— Не всем, а конкретно светлому миру, но в целом вы правы. Это учитель Карины Фарди. Знаете, во что она превратилась?
— Вот этой информации у меня нет. Разве она не умерла на костре?
— Она стала сосудом Скрона. В буквальном смысле. Перед тем, как умереть, мой дед о ней предупреждал. По его словам, справиться с ней не смог бы даже он. На текущий момент Карина Фарди является сильнейшим человеком в мире. Нет, существом, что когда-то было человеком. Если она доберётся до любого из нас — прикончит. Без альтернатив.
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Эльор жив, но какое-то время будет находится вне игры. Зачем он вам?
— На последней нашей встрече он обещал меня убить. Так что спрашиваю сугубо из практических интересов. Значит, сейчас Эльор вне игры. Сроки его отсутствия известны?
— Дед сделал так, чтобы похищение Алии было связно с Эльором. Храм Скрона охотится за ним, чтобы спросить, по какой причине тёмный решил убить или похитить мою девушку без согласования с ними. Сроков нет, но есть подозрение, что пара месяцев у нас есть.
— Что по меркам текущего мира уже вечность, — Кималь Саренто на мгновение задумался, после чего произнёс: — Одной группы будет мало.
— У меня больше нет людей.
— Найми со стороны.
— Ночная гильдия тоже жаждет насолить Кострищу. Непонятно только, по какой причине.
— Никто об убийцах и не говорил, — Кималь Саренто ухмыльнулся. — Даром что ли ты оставил в живых одну нашу общую знакомую? Полагаю, если хорошенько поискать, в этом мире найдётся достаточное количество людей, не утративших интерес к работе с тобой или Кострищем. Тот же Злой Инженер, что неожиданно для всего мира недавно стал серым. Тебе на этот счёт ничего не известно? Отца Нора уже отозвали — у серых не может быть личных служителей. Вот новоявленный серый слоняется по моей академии, не зная, куда себя приложить. Ибо всё, чем он занимался раньше, уже не существенно.
— Я не смогу координировать действия нескольких групп.