Белый - цвет надежды (ЛП)
— Того вечера я уже не помню. Я знаю только, что меня разбудил звук громкого треска. Потом были слышны крики. Сначала я подумала, что мои родители включили очень громко телевизор, но потом снова прозвучал выстрел второй раз. Они закричали, и я испугалась. Я спряталась под кроватью, когда почувствовала странный запах… Это было огонь, который распространялся по коридору. Я припоминаю мерцающий свет, а потом я вцепилась в своего Тедди, когда лежала под кроватью. Затем кто-то вошёл. Это был мужчина. Он вытащил меня из-под кровати. Он был дружелюбный, но я знала что он лишь притворяется… А потом? Потом… Я больше не знаю. Если я об этом вспоминаю, тогда я думаю, что слышу ещё один выстрел. Я знаю также, что он в меня стрелял. Следующее, о чём я могу вспомнить, это то что я очнулась в больнице после того, как пролежала много дней в коме. Больше двух недель.
— Что именно ты хочешь, чтобы я вытащила наружу? — спрашивает меня после этого Рейчел.
— Я хочу больше знать об этой ночи. Там был мальчик, который тогда жил рядом с нами. Его звали Калеб, и он был немного старше меня. Мы были друзьями и тайно играли вместе. Его родители ему запрещали заводить друзей. И… Я хотела бы знать, как он вышел на след цепочки моей матери. Она лежала у меня на тумбочке, и всё же Калеб как-то её получил. Я всё спрашивала себя: как? Я ему её подарила, или как он её нашёл? И… Я вижу закрывающиеся двери. Быть может, я как раз лежала в машине скорой помощи? Так как я вижу этого мальчика из прошлого, как он смотрит на меня… Ну может ли это быть?! — со смирением смотрю на Рейчел, она уже поняла, как это важно для меня.
Рейчел кивает и улыбается.
— Сейчас мы это выясним… Закрывай глаза, — просит она меня, и я следую тому, что она мне говорит.
Рейчел начинает говорить. Её голос нежный. Расслабляющий. Ей удаётся заставить меня вернуться в ту самую ситуацию из моего прошлого.
— Что ты чувствуешь? — спрашивает она меня, спустя несколько минут. Я чувствую себя расслабленно, и сейчас даже совсем не воспринимаю нашу беседу, не погружаюсь мыслями в наш диалог.
Мне снова пять. Я снова в родительском доме. Я чувствую запах огня вокруг себя.
— Мне страшно. Ужасный страх. Какой-то мужчина заходит в мою комнату и я знаю, что это не мой отец…
— Где твой отец?
— Он не здесь. Я слышу его крики, но потом они замолкают. Но… Я слышу, как зовёт моя мама. Она выкрикивает моё имя и упоминает мистера Тедди… Я знаю, что я должна спрятаться под кроватью, потому что мы так уже тренировались, — шепчу я.
— Здесь так жарко. И огонь так дико мерцает. Я так ужасно боюсь. Ещё запах гари, мне становится тяжело дышать. Я отползаю как можно дальше к стене, но всё же этот мужчина находит меня. Он называет меня сладкой принцессой. И я должна к нему идти…
— Что происходит потом?
— Он поднимает матрас. Он меня заметил. Он… Вытаскивает меня из-под кровати. Он душит меня, эти глаза… — Я вспоминаю его взгляд.
— Такие холодные. Такие… ледяные. Такие голубые, точно лёд. Глаза цвета кубиков льда… — Я чувствую панику. Даже если я больше не помню лица этого человека, я всё равно вижу перед собой эти светлые, ледяные глаза. Такие же глаза, как у Калеба. У Дина Уайта они такие же!
— Ты здесь в безопасности. Этот мужчина больше не сможет ничего с тобой сделать, он не причинит тебе вреда…
— У него в руке пистолет. Он смеётся. Он стреляет! Это так больно! Я больше не могу дышать! Но… — Как только я чувствую надвигающуюся панику, мгновение спустя я ощущаю глубокий внутренний покой.
— Моя мама… — шепчу я, крепче зажмуривая глаза. Картинка нечёткая. Как будто бы я с закрытыми глазами лежу и чувствую под собой одеяло, я вцепляюсь в него со всей силы ногтями, мне кажется, что так я смогу увидеть лучше. Почему же мои воспоминания настолько ужасно тёмные?
— Я вижу маму. Она… Она лежит на полу. Она говорит что-то… — Что же? Я вижу только, что её губы двигаются. Но при этом я не могу её слышать.
Я начинаю плакать, всё кружится вокруг меня. Я чувствую себя как на американских горках.
— Джолли… — слышу её голос, который настолько далёк, настолько чертовски далёк.
— Я двигаюсь. Жарко. Потом холодно. Ветрено. Ледяной холод… И вот голос, который говорит со мной. Он звучит так знакомо…
— Джолли… Ты в безопасности, просыпайся сейчас!
— Нет! — В конце концов, я как раз собираюсь посмотреть, что произошло!
— Просыпайся сейчас же! — кричит Рейчел, и я открываю глаза, прямо в тот момент, когда увидела картину. Она была ясной и чёткой.
— Калеб… — шепчу я, из глаз льются слёзы. Я видела его, как он склонился надо мной. Видела над его головой звёздное небо.
— Он вытащил меня из дома… — шепчу я и вскакиваю. Моё тело болит и Рейчел крепко сжимает мою руку.
— Ты кричала и дрожала. Твоё тело было всё так напряжено… Я так переживала за тебя! — Рейчел обеспокоенно обнимает меня и крепко прижимает к себе. — Я думала, что у меня не получится разбудить тебя!
— Всё хорошо… Зато я смогла вспомнить что-то новое! — счастливо говорю я и кладу руки на её плечи, чтобы немного отодвинуть и отстранить её от себя, чтобы можно было посмотреть Рейчел в глаза.
— Пожарные говорили мне, что около меня сидел мальчик, но они не знали, кто он и как он и я оказались перед воротами. Калеб вытащил меня из огня! Он должно быть побежал в дом и нашёл меня, а потом он меня вынес наружу! Я знаю также, что он незадолго до этого разговаривал с моей матерью, так как она лежала на полу и не могла двигаться… — Моё сердце бьётся как сумасшедшее. Какое невероятное воспоминание. Я плачу от радости и некрасиво размазываю слёзы по лицу.
— Твои родители умерли в пожаре? — осторожно спрашивает Рейчел. Я киваю.
— Моя тётя рассказывала мне, что обнаружила полиция. Когда мне было шестнадцать, она мне говорила, что оба лежали безжизненно в своей постели… — Но погоди-ка.
— М…мне было шестнадцать. Тётя Марисса сказала мне тогда, что я могу узнать правду. Да, она сказала, что мой отец и моя мама задохнулись в дыму и были без сознания. Когда я ей сказала, что слышала крики, она подумала, что мне показалось. — Я испуганно смотрю на Рейчел.
— Ты никогда не запрашивала файлы? — нерешительно спрашивает она.
— Н-нет. Я никак не могла их получить. Я могла посмотреть только отчёты обо мне. В меня стреляли. Пуля прошла насквозь через моё тело. Она не задела ни сердца, ни лёгкие. Это было невероятное счастье, что я выжила. Всего лишь несколько миллиметров повыше, и она встретилась бы сердцем.
— Я видела, как моя мама лежит на полу. Она лежала на боку и не могла пошевелиться. Она ещё была жива. Почему… — Это не имеет сейчас никакого смысла. То, что тётя Марисса сказала, сейчас не имеет абсолютно никакого смысла.
— Он, должно быть, застрелил моих родителей. Но они ещё были живы. Они не могли спастись, потому что были сильно ранены. А я? Как я подошла к моей маме?! — Я провожу рукой по волосам.
— Что там с этим мальчиком? Что, если он тебя отнёс к твоей маме?
— Ты думаешь, он стрелял в меня? Нет, это был взрослый мужчина, Калеб этого не делал! — говорю я, защищаясь.
— Нет, я не это имела ввиду. Что, если он тебя нашёл, и потом отнёс тебя к твоей маме. Если он был немного старше тебя тогда, то наверняка он испугался и пытался спасти и твою мать…
Я сглатываю и касаюсь ладонью своего шрама. Почему же тётя Марисса солгала мне?
— Те два выстрела, которые я слышала ранее, они ведь действительно тогда были…
— И ты не можешь этого Калеба разыскать? — обеспокоенно спрашивает Рейчел. Она крепко держит мою руку и смотрит на меня нежным взглядом.
— Я пытаюсь сделать это. И ты должна мне в этом помочь. — Я смотрю серьёзно на Рейчел и объясняю ей: — Тогда на месте было так много репортёров. Из газет, а также с телевидения. Я не могу связаться с архивом, так как я ещё отстранена. Но если рано утром завтра мы с тобой туда поедем, тогда я смогу взять и посмотреть картотеку! — Моё сердцебиение учащается и я начинаю сиять.