Камень 1993. Книга 2 (СИ)

— Поднажали, пацаны, — бодро сказал Вадян и ускорился. — Не знаю, как вы, а я поскорей ноги вытянуть хочу. Только это… По дороге давайте зайдем кое-куда, подождет Лариска.
* * *
Где-то в Новокаменске
Девушка-сказка разочаровала его. Он не хотел это признавать, не хотел верить, но реальность его заставила. Выследив, где она работает, он увидел, что за ней зашли трое — та, что ему не нравилась, и двое парней. Еще одно двойное свидание? Он усмехнулся.
Теперь можно расслабиться. Плюнуть и забыть эту, бросив все силы на поиски настоящей. А эту он даже пощадит. Ей повезло, что не дошло до знакомства. Иначе он был бы взбешен по-настоящему. А так… Никто никому ничего не обещал.
Он зашел домой, захватил удочку и пошел ловить рыбу на Каменку. Рыбалка его расслабляла, а улов он чаще всего отдавал кошкам. Хотя, бывало, и уху варил у себя на участке. Угощать только пока было некого…
— Клюет? — он поинтересовался у белокурой девушки, которая неумело насаживала червяка на крючок. Когда он пришел, она уже была там.
Удочка у нее старая, но из бамбука. А вот снасти ни к черту… Интересно, что заставило эту особу увлечься рыбалкой?
— А? — девушка повернулась и робко улыбнулась, смущенно заведя за ухо прядь светлых волос. — Здравствуйте. Я… Я не знаю.
— Только пришли?
— Нет, я уже давно тут. Но я не рыбак… не рыбачка, простите.
— Что же заставило прекрасную девушку взять удочку и пойти на реку?
Он окинул ее внимательным взглядом. Старая маечка, сверху явно мужская фланелевая рубашка. Шорты из очень дешевой ткани, вероятно, еще и сшитые самостоятельно. На ногах почти развалившиеся кроссовки. Девушка, поняв, что он ее осматривает, засмущалась.
— Отец пьет, — ее прекрасные глаза наполнились глубокой печалью. — Его сократили. А мама на почте работает, там не платят почти… Вот, дедушкины снасти нашла, хотела хотя бы что-то наловить. Но, похоже, это не так просто. Жаль.
— Не расстраивайтесь, — он улыбнулся. — Хотите, я вас научу?
— А вам не трудно? — вновь смутилась девушка, одновременно глядя на него с надеждой. — Я бы очень, конечно, хотела… Но не хочу отвлекать вас. Вы очень добры, но не нужно, если вам некогда.
Ему захотелось обнять ее, чтобы защитить от всего мира, и чтобы никто больше не мог обидеть этот прекрасный цветок…
— Когда-то и я не умел, — он требовательно протянул руку к ее удочке. — Как вас зовут?
— Таня.
— Прекрасное русское имя. Очень приятно, Таня.
Он представился ей в ответ. Его наполняла уверенность, что с ней точно повезет. Те, другие девушки, были слишком испорчены жизнью. Даже та, кого он спутал с мечтой. А эта — непорочная, настоящая и застенчивая. Ловит рыбу, чтобы хоть как-то помочь семье. И еще они чем-то похожи с ней…
Да, он присмотрится к этой Тане.
  
Глава 4
 
— Тут близко, — сказал Вадян. — Мухой, одна нога здесь, другая там.
— Времени нет, — я покачал головой, подспудно чувствуя какую-то скрытую угрозу.
Меня по-прежнему не покидала мысль, что слишком удачно мы снова встретились. Вот как по заказу. С другой стороны, если бы он готовил для нас западню, самый удачный момент был в районе вокзала.
— Ссышь? — насмешливо уточнил Вадян, гоняя по челюсти зубочистку.
— Ссу, — улыбнувшись, ответил я, глядя прямо ему в глаза. — И так уже приключений на год хватило, а мы даже еще не на станции.
— Да тут рядом совсем, — его взгляд словно бы смягчился. — Вон, трехэтажка из красного кирпича. Проведаю кой-кого, раз уж задержался здесь… Никакой подставы, слово пацана даю.
Ага, помню я, что это слово легко можно назад взять. Но вроде плохого ничего не просматривается. И потом — нас пятеро. А вокруг не полупустые окрестности завода топливной аппаратуры и не заброшенные казармы «Красного Перекопа». Здесь оживленные улицы и Комсомольская площадь с трамвайным кольцом.
— Во сколько электрон? — я повернулся к Илюхе.
— В шесть пятнадцать, — мгновенно ответил тот.
— Успеем, — терпеливо сказал Вадян. — Только перед этим в ларек надо. Хлеба там купить, то-се…
 
— Давай так, — я посмотрел ему в глаза. — Без интриг. Просто расскажешь, в чем дело, и мы уже примем решение. Спасибо тебе, конечно, за помощь, но добраться до станции мы можем и отдельно.
— Родственница у меня там пожилая, — тезка поиграл желваками. — Давно не заглядывал, да и сегодня не собирался… Но передумал.
— А почему передумал? — что-то меня смущало в его словах или в том, как он их произносил.
— Во-первых, рядом сейчас, повод есть и возможность, — Вадян, тем не менее, не собирался юлить, и это немного расслабляло. — А во-вторых… Пацан этот, которого мы спасли, напомнил — малые и старые, они ведь одинаково беззащитны.
Он не врал. Я, конечно, не ходячий детектор лжи, особенно это показало то, как закончилась моя прошлая жизнь… Но замешательство Вадяна, его заметно скрываемое смущение — это подкупало. И потом он все-таки вписывался за нас дважды с начала знакомства: в электричке, перед скинхедами, и на вокзале, когда мы оказались зажаты между Сциллой и Харибдой… То есть двумя преступными компаниями.
— А мы тебе зачем? — я все же решил во всем разобраться.
— Очково мне, — буркнул Вадян. И куда только обычная бравада делась? — Один появлюсь — придется по душам говорить. А я не готов. А с кем-то — оно легче будет, и хоть проведаю.
Почему-то от таких простых слов защипало где-то внутри.
— Ладно, — сказал я. — Идем, только быстро.
— Вадик, а если все же подстава? — Дюс взял меня за локоть, недобро поглядывая на моего тезку.
— Тогда без обид, — хмыкнул Саня, демонстративно разминая кулаки, но спорить не стал.
Неплохое напоминание на всякий случай. Я кивнул ему, и мы двинулись вслед за нашим знакомым. Дом, к которому так спешил Вадян, выглядел довольно обшарпано, однако построен был из красного кирпича. Стены добротные, толстые. На первом этаже располагался продуктовый «комок», мы зашли туда, и Вадян купил черного хлеба, масла и молока. Потом подумал и взял еще самых простых конфет, которых в моем времени уже почти не было. Старые советские карамельки на развес.
— Могу один сходить, — буркнул Вадян перед самым подъездом, словно и не очень ему нужна моя помощь. Потом вспомнил, что уже рассказал, и добавил уже более искренне. — Но лучше вдвоем.
— Парни, подождете? — я повернулся к своим. — Всей толпой-то, наверное, и вправду не стоит идти…
— Если что, кричи, прибежим, — Валерка слишком уж бодро хлопнул меня по плечу, красноречиво поглядывая на моего тезку.
Вадян хмыкнул и проскользнул в подъезд. Я за ним. Сразу же на первом этаже мы повернули налево к двери, обтянутой продранным в нескольких местах дерматином, из которого клоками лез поролон. Звонок был сорван, номерная табличка тоже.
— Суки, — неожиданно пробормотал Вадян и просто распахнул дверь. Она оказалась не заперта.
В нос шибануло странной смесью коммунальных нечистот, старой пищи и почему-то стройматериалов. Узкая прихожая была завалена пыльными мешками и какими-то железными банками. Из-под ног порскнул кот невнятной расцветки.
— Это еще что за хрень? — удивился Вадян и резко прошел в комнату, бросив мне на ходу. — Можешь не разуваться…
Да он в шоке! А я тем более не понимал, что тут происходит, и даже когда очутился в большой гостиной, не сразу осознал, в чем дело. Что-то плохое, неправильное… Пространство было большим, метров двадцать минимум. В середине стоял старый диван, напротив него пыльный телевизор, накрытый пожухлой кружевной салфеткой. Один угол комнаты был занят шкафом, почти что сгнившим и развалившимся, я похожие только в кино про послевоенные годы видел. На полу маленькая электрическая плитка с двумя конфорками, закопченным чайником и большой, но мятой алюминиевой кастрюлей.
А все остальное пространство было заполнено мешками, досками, банками с краской, фанерой и оргалитом. Яснее не стало, даже наоборот. Пытаясь понять, что здесь все-таки происходит, я не сразу заметил одинокую сгорбившуюся фигурку на промятом диване. Маленькая старушка в застиранном цветастом халате и стоптанных тапках.