Камень 1993. Книга 2 (СИ)
— Хоть Союз и распался, мы все еще существуем в нем, — я пожал плечами. — Те же привычки, тот же менталитет. Кто-то, как вы или я, уловил тренд, начал зарабатывать, пока здесь поле непаханое… Но люди меняются, в том числе общность — народ.
— Хочешь сказать, что все спустя какое-то время займутся бизнесом? — предприниматель прищурился и даже на автомате прикурил вторую сигарету.
Похоже, я своим игровым залом заставил его шевелиться и думать. Думать, как вырваться вперед уже сейчас. По крайней мере, иных вариантов, почему Серого вдруг проперло на беседу, я пока что не вижу.
— Нет, — я покачал головой. — То есть в целом, конечно, деловых людей станет больше. Но вот окно возможностей открывается не навечно. Вы же помните НЭП?
— Конечно, — он улыбнулся. — Кстати, давай уже на «ты».
— Легко, — кивнул я. — Так вот. Параллель не стопроцентная, но все же общее есть. В тот раз государство приоткрыло окно возможностей, чтобы починить экономику. Военный коммунизм с ней не справился, но сумел справиться частный капитал, пусть и мелкий. А потом, когда государство оправилось, не без помощи тех же нэпманов, оно полностью взяло под контроль страну.
— Люблю страну, но ненавижу государство, — задумчиво процитировал Жогин. — Думаешь, в этот раз будет так же?
В колонках слегка пыльного двухкассетника, стоящего на стенной полочке, надрывался Dr. Alban, поющий про свою жизнь. Тихонько, разговору он не мешал, но заставлял вслушиваться.
— Не совсем, — я покачал головой. — Отличие номер раз — это крупный бизнес, олигархи. Те, кто выехал на советской промышленности. Сначала они будут править бал. А потом государство вытеснит их, подчинит или уничтожит, с кем как. Точнее, кто как договорится. Гайки закрутят, и это коснется уже всех уровней бизнеса, мелкого тоже. Частная собственность, разумеется, сохранится, просто контроля будет больше. Соответственно, станет сложнее.
— А отличие номер два? — Жогин выдохнул дым и затушил сигарету в пепельнице, не докурив и половины.
— Постепенное заполнение ниш.
— То есть?
— Что-то само отвалится, со временем устарев. А чего-то, наоборот, станет так много, что пролезть будет все сложней и накладней. При НЭПе до этого не дошли, саму политику отменили, экономика перешла на плановые рельсы с пятилетками и полной гегемонией государства. Хотя в определенном смысле заполнение ниш все-таки было и в СССР — в теневом секторе…
— Фарца, — понимающе закивал Жогин, — если говорить о первом случае. Устарела и отпала. Потому что никому уже не нужно ничего доставать, — он выделил интонацией это слово, — все можно купить легально, были бы деньги.
— Ну да, — улыбнулся я. — А второй случай — это, например, продуктовые магазины или кафе. Когда на районе пять супермаркетов, нет смысла открывать шестой. Разве что сможешь чем-то удивить или просто у тебя огромная торговая империя, и тебе просто пофиг. Берешь и строишь, давя конкурентов количеством.
— До супермаркетов, как в Америке, нам пока далеко, — Жогин мечтательно покачал головой. — Но если пофантазировать… Давай возьмем твой пример. На весь, скажем, Девятый микрорайон работают пять магазинов. Ты говоришь, что нет смысла открывать шестой, но… Что, если взять не количеством, а качеством? Или удивить чем-то?
— Например? — я прищурился.
— Не знаю, — Жогин пожал плечами, — экзотические фрукты возить. Пакеты бесплатно выдавать. Расширить товарные позиции, добавить то, чего нет у конкурентов.
— Рано или поздно все так сделают, и снова упрешься в потолок.
— Ладно, — Жогин поскреб ногтями ладони, по его лицу было видно, что он увлекся. — А если мы обратимся к опыту тех же американцев с их давней историей бизнеса… Вот те же «Макдоналдсы». Ты был там?
Был, пока они не ушли из России в 2022-м. Так хотелось ответить, но, разумеется, я не стал. Просто кивнул.
— Вот! — воскликнул Жогин. — И ведь понравилось наверняка. Да, вкусно. Да, необычно. Для нас, бывшего СССР, вообще до сих пор космос. Но по факту ничего особенного — просто хорошая столовка со своими стандартами.
— И? — мне стало искренне интересно, как Жогин пришел к этому выводу. А еще любопытно, к чему он сейчас ведет.
— И! — он ответил мне эхом. — Известная контора, с кучей денег. Узнаваемое название, логотип. Работает рядом хоть пятьдесят кафешек, но народ валом пойдет туда.
— Справедливо, — я улыбнулся. — Но разве это не ниша? Ниша ресторанов быстрого питания. У американцев же не только «Макдоналдс». «Бургер Кинг» еще есть, KFC. Вытеснит поначалу «Макдак» обычные кафешки, но потом людям приестся, и захочется обычной домашней еды. Не гамбургер, а пюре с мясом. Не куриные наггетсы, а курочку, запеченную в рукаве в духовке. И тогда налетят новые бистро, на которые народ первое время будет клевать. Но потом все в итоге опять придет в равновесие.
— Да, но в движении и есть развитие, разве нет? — Жогин победно посмотрел на меня чуть свысока.
— Так и есть, — согласился я. — Задача только ловить момент. И удачно попадать в струю. Гибкость — наше все.
На последних словах я улыбнулся. И решил кое-что добавить.
— И хорошо бы еще уметь заглядывать в будущее.
— Да, — медленно проговорил Жогин, словно представляя себе машину времени, чтобы воровать идеи из двадцать первого века. — Было бы неплохо. Но имеем то, что имеем, верно?
— Все так.
— Хорошо, — он побарабанил пальцами по столу. — Ладно, Вадим, хватка в тебе деловая есть, а то я, извини, все-таки сомневался долгое время. Но идеи у тебя неплохие, поэтому я тебя и позвал — так сказать, мозговой штурм устроить. И разговор у нас с тобой именно в том направлении пошел, которое я хотел предложить…
— Так? — я насторожился, одновременно испытывая жгучий интерес.
— Ты говорил про ниши… Видеопрокат — это тоже одна из них. И я, Вадим, не собираюсь быть человеком, бизнес которого устареет.
— Вы… ты о том, что нужно переквалифицироваться? — подход Жогина мне тоже понравился. Причем это я знаю, что видеосалоны уже скоро вымрут. А Серый наверняка изучает рынок, действует по ситуации и в какой-то мере по наитию там, где не хватает знаний.
— Именно, — подтвердил тот. — Нет, спрос пока еще сохраняется, но это у нас, в провинции, так скажем, в глубинке. В Ярославле и уж тем более в Москве с Питером их уже не осталось. В кино, конечно, тоже мало кто ходит… Все на домашние видики переходят, здесь вопрос исключительно в средствах.
Я напряг прошлую память. Вообще, эпоха видеосалонов у нас в Новокаменске закончилась где-то году в девяносто пятом. Где-то они стали закрываться чуть раньше, уже как раз с этого года, девяносто третьего. Но где-то, особенно в маленьких поселках и деревнях, прекрасно проработали аж до девяносто восьмого. И это только то, что я знаю.
— Насчет кино, Серый, ты зря, — я вспомнил кое-что и про моего собеседника. — Традиционные кинотеатры вернутся, и народ туда будет ходить.
— Да ну, — беспечно отмахнулся Жогин. — На что ходить? На те же фильмы, что можно дома на кассете глянуть?
— Это сейчас так, — я покачал головой. — Но если с умом подойти… Сейчас студии постепенно оправятся, зарубежные фильмы начнут одновременно со всем миром показывать. Сразу с нормальной озвучкой, до которой подпольщикам с прищепкой на носу как до Луны на тракторе. Плюс, извини меня, огромный экран, качественный звук, сиденья нормальные, а не венские стулья…
— Исправим, — наверное, Жогин слегка обиделся, приняв это за камень в свой огород. — А вообще, дело говоришь. Но пока студии, как ты сказал, не оправились, надо еще что-то придумать. Есть мысли?
Вот так вот, сразу с места в карьер. И что вот ты, Серый, даже ни одной своей идеи не выскажешь? Сначала решил меня выслушать? Так я подумал, но вслух не сказал.
— Что сразу в голову приходит, так это видеопрокат, — начал рассуждать Жогин. — Не только кассеты на время давать или сами видики, как вы с Андреем предлагали, но и продавать их. А еще… Я вот читал, — он ткнул в первый попавшийся номер Empire, — у них там уже на компакт-диски планируют переходить. Но это ладно… Вот ты игровой зал открываешь, эти свои приставки. Может, в кафе парочку еще установим, чтоб люди играли? Что-то вроде вип-зала. Сидишь себе, сок попиваешь или чай с кофе… Не в общей комнате с кучей народу.