Испытание любовью (СИ)

— Приветствую, Ваше Величество! — он отсалютовал и жестом пригласил присесть.
— К пустой голове руку не прикладывают! — буркнула королева. — Где Сашка?
Раух ухмыльнулся: ну да, не про повышение урожая разглагольствовать к нему прибыла сама королева!
— Спит, — коротко ответил дракон и налил янтарную жидкость в бокал. — Будете?
Ирна фыркнула:
— Я не пью такое! Ты мне зубы не заговаривай! За окнами день! С какого перепуга она спит? Зови её сюда немедленно!
Королева, тем не менее, подошла к бару, выудила бутылку с легким игристым и сама наполнила себе бокал.
— Сожалею, — наклонил голову дракон, — девочка взволнована, только успокоилась. Я никому не позволю её тревожить, даже Вам.
— Ой, брось ты эту официальность! — отмахнулась королева, намекая на давнюю дружбу и домашнюю обстановку. — А впрочем, я рада, что у Сашки такой защитник. Жаль, что у вас с Машкой в свое время ничего не получилось.
Упоминание о прошлой любви больно кольнуло в сердце. Пылкие чувства со временем ослабели и уступили место теплоте дружеской связи.
— Поговорим спокойно, без её истерик, — продолжила Ирна. — Ты, наверное, в курсе матромониальных планов? Не поверю, если скажешь, что Сашка тебе ничего не рассказала.
— Рассказала, — спокойно согласился Раух, хотя внутри у него все кипело от возмущения.
— Тогда ты должен понять и убедить эту юную плеяду, что брак к саломандрами очень выгоден для нас всех. Тем более, что наследники бредят Сашкой уже не первый год, еле дождались, когда ей исполнится 19 лет.
— Во-первых, ещё не исполнилось, — выпуская струйку дыма, проговорил дракон. — Во-вторых, ты знаешь, что они вдвоем хотят жениться на ней?
— И что? — пожала плечами королева. — Два мужа будут доставлять двойное удовольствие!
— По своему опыту судишь? — язвительно поинтересовался Раух.
Всем было известно о её ревнивом характере. Да во дворце ни одна дама не могла появиться без сопровождения своего мужчины. Иначе это приравнивалось к попытке обольстить короля и далее следовала ссылка на окраину королевства и на долго. Но и свою честь королева блюла неукоснительно — ни один мужчина не мог смотреть на неё заинтересованно. Это расценивалось как оскорбление короны и зазевавшиеся могла поплатиться чем угодно. Словом, королевская чета являлась самым ярким примером дружно и крепкой семьи.
— Думай, ЧТО говоришь и КОМУ! — вспыхнула королева.
Она лихо опрокинула бокал с игристым и зажмурилась.
— У-у-х! Ну и забористые пузырьки! Умеют же делать! — с удовлетворением она поставила бокал на подлокотник кресла. — Ну, не исполнилось ещё, так никто же её прямо сейчас к алтарю не тащит. Проведем помолвку, поживет она у них во дворце, привыкнет, а там и свадьбу сыграем. Глядишь, через годик у нас ещё плеяда народится!
В зале раздался хруст — это Раух сжал в руке свой бокал и он, жалобно тренькнув, рассыпался на множество осколков. Брызнувшее дракто следом залило образовавшиеся ранки от порезов.
— Пока моя воспитанница под моей опекой, ни о какой помолвке, тем более, свадьбе и речи не будет. Александра не желает слышать об этом. И я её поддержу.
— Ключевое слово здесь «ПОКА»! Осталось совсем немного!
Ирна задумчиво рассматривала ладонь дракона, на которой, прямо на глазах, затягивались ранки.
— Раух, ты же понимаешь, что со временем её все равно выдадут замуж, — она попробовала включить дипломата. — И это будет обязательно носитель королевской крови!
Герцог до скрежета сжал зубы. Ох, как хотелось ему напомнить Ирне — а сама-то какой крови? Ван Корсо привел её из техногенного мира, прошло уже столько лет, а магия в ней так и не проснулась, хотя магистры и уверяли, что резерв у королевы есть и не малый.
— Пусть так, — вымучено согласился он. — Но пусть Александра выберет сама.
— Послушай, Светлость, Сашка очень импульсивная девочка. Она может натворить черт знает, что. И тогда — всё. Баста карапузикам. Прощай выгодный союз, здравствуй конфронтация. И ты только представь — какие могут быть дети у них с саламандрами? Это же огненные плеяды! Самые сильные маги!
 
— Послушай, Величество, — невольно передразнил её дракон, — насколько мне известно, а мы с Машей много перелопатили литературы, самые сильные маги среди плеяд — пространственные. И не надо использовать девушку, как инкубатор для производства.
Его душило бездушие королевы — давно ли она рыдала у него в замке, когда эльфы прислали сватов к младшей дочери Елене? Как она тогда изощрялась отказать им, мотивируя тем, что принцесса ещё слишком молода даже для помолвки?
— Блин, Раух! — всплеснула изящными загребущими ручками Ирна. — Где же мы возьмем носителей пространственной магии? Их давно истребили, в самых первых рядах!
— То есть, — ухватился за тоненькую ниточку надежды герцог, — если, мы найдем такого носителя, пусть даже и не королевской крови, саламандр пустим по боку?
— Конечно! — воскликнула она. — Кто же посмеет тягаться с пространственниками?
— Ок, — ввернул он понравившееся выражение, заимствованное много лет назад у Маши. — Мы с Александрой найдем парня с такой магией, весь мир перевернем.
Королева захохотала и упала в кресло.
— Ох, рассмешил, — сказала она, отсмеявшись. — Ну, ладно, Сашка. Но ты-то, взрослый мужик, мудрый дракон, и такое сморозил! Да уже никто и не помнит, как она проявляется, эта магия! Как ты различишь её, если и в правду носители есть?
Раух остановился напротив царственной особы и поднял правую руку:
— Давай заключим сделку, — он сжал губы в тонкую нить. — Если я, в течении года, нахожу носителя сильнейшей древней магии, неважно кого: мужчину или женщину, то Александра сама выберет себе мужа и отца своим детям. Если нет — что ж, действие опекунского договора все равно заканчивается, но я приложу все усилия, чтобы Сашенька была счастлива, даже с ящерицами.
Ирна в момент стала серьезной.
— Такую клятву может дать только или мой муж, или отец Сашки.
— Я думаю, это наилучший выход, — продолжил Раух. — Со своей стороны я даю обещание. Твоя миссия — закончить клятву.
Столб голубого пламени взвился в воздух, пронизал ладонь дракона, оставив на запястье серебряную нить, и сжался в тонкий браслет — вторую часть клятвы.
— Хорошо, — сухо кивнула королева. — Я передам ЭТО королю и Повелителю демонов. А, если они не захотят?
— Тогда магия сама примет решение — исполнять мне клятву или нет.
Ирна осторожно взяла в руки мерцающий браслет. Он полыхнул и обвился вокруг её запястья, сверкая голубым пламенем — знак, что браслет активен и ждет второго участника.
— Тогда я пойду, — сглотнув, проговорила она.
Раух проводил свою королеву до самого летного транспорта — мелкие низшие драконы служили во дворце ездовыми. Развиваемая скорость при полете была достаточно высокой, чтобы использовать их в качестве транспортного воздушного средства. Один из таких смирно ждал свою наездницу. Вереница дворцовой стражи выстроилась неподалеку на таких же ящерах. Минута — и королева с комфортом разместилась в небольшой кабинке — на мягком сидении все же удобнее, чем на шершавой спине.
Герцог с хорошо скрываемым раздражение проводил монаршую особу и с облегчением вернулся к прерванному занятию — креслу, камину и дракто. Языки пламени отражались в черных зрачках хозяина замка — он знал, как определить носителя. Это знание ему передала его мать. Раух закрыл глаза и погрузился в воспоминания далекого прошлого. Прошлого, где ему было 5 лет и когда он впервые столкнулся с проявлением пространственной магии плеяд.
Его отец служил архимагом при короле — деде Ван Корсо. Они жили во дворце и занимали целый этаж восточного крыла. Мама — высокая черноволосая красавица, — занималась артефакторикой, напитывала королевские артефакты обережной магией, которая защищала монархов от ядов и проклятий. В то время демоны истребили уже всех плеяд в своем государстве и рыскали по другим в поисках представителей этой расы. Многие драконы и эльфы укрывали у себя несчастных, но демоны неумолимо приближали их количество к абсолютному нулю. Раух хорошо запомнил тот день. Он прибежал с занятия по фехтованию к маме, чтобы похвастаться своими успехами, и с восхищением увидел сияющий алым призрачным светом перстень на высокой подставке. Работа не была закончена, мама вплетала в камень последние заклятия. Рауха буквально притянуло. Он завороженно поднял руку и коснулся перстня.