Бесконечный бег 2 (СИ)

— А ты пробовал?
— Не пробовал! И ты не пробовал.
— Но я видел!
— И я видел!
— И я! И я!
— А я пробовала!
— Да ты врешь!
— Я не вру!
— Она врет!
Тихий голос Мауса почему-то перекрыл все вопли:
— Я пробовал. Мне мама давала вот столечко, — он показал пальцами сантиметра три-четыре. — Ей на работе дали, в награду.
Маус смотрел не на окружающих, а куда-то внутрь себя. И почему-то все сразу замолчали.
Я же наконец вспомнил, как его зовут на самом деле — Максим! Он совсем не был похож на мышонка, разве что чуточку выступавшие передние зубы напоминали грызуна. Но дома пацана прозвали Микки Маусом вовсе не за зубы, а за повышенную шустрость и умение реактивно срываться с места и прыгать.
Дальнейшему разговору не суждено было продолжиться: в ворота ворвалась Динара:
— Так! Чего сидим?! Кого ждём? Работаем, работаем, включайте сушилки! Таня, собери посуду! Майкл, тащи поддоны ко второму стеллажу, снимай с восьмого. Давайте, давайте, — она захлопала в ладоши, — детки, не сидим, хватайте грабельки и вперед, взбодрить массу!.. Ник — на формы! Быстро, быстро!
Работа не была сложной или тяжелой, просто нудной. Именно поэтому тут задействованы только женщины и дети. Ну а теперь еще и калека.
Выгадать момент и поговорить с Маусом удалось далеко не сразу. Я сделал ему знак, и пацан сам догадался, как подобраться поближе под прикрытием гудящей вытяжки.
— Что-то хотел? — взъерошенный и угрюмый, он больше всего на свете напоминал сейчас не мышонка, а грязного воробушка. Вот только в отличие от птички из детской сказки его нынешний облик не вызывал умиления.
— Да. Расскажи, что было с Общиной после штурма, — сняв очередной поддон, принялся сбивать с него налипшую грязь. Это было не обязательно, но как я успел убедиться, весьма поощрялось Динарой.
— Ты же в курсе, что нас закрыли в тайнике у выхода? — видя мое непонимание, пацан продолжил: — В общем, там сделали специальную комнату, куда согнали детей и пару охранников. Когда бы захватчики ворвались в Теплицу, мы должны были либо ударить им в спину, либо сбежать.
Маус на этом месте сильно посмурнел, поджав обветренные губы.
— Мы сбежали, — легкое пожатие плечами, и он поднял на меня свои пронзительно-яркие, по-детски, глаза. — Таков был приказ.
— Понимаю, — забавно, но мне даже врать не нужно. Я действительно понимал охранников, которые были обязаны сохранить детей. — В этом нет ни чьей вины, это часть плана.
Ребенка определенно стоит поддержать. Жаль, у меня это выходит не очень удачно.
— Правда? — и столько надежды в одном единственном слове… как же хорошо, что мне не нужно врать.
— Правда, — усмехнувшись, отставил чистый поддон в сторону, взявшись за новый. — Что еще знаешь?
— Мало. Мы ушли в южную сторону, но в пути нарвались на мутантов, — мелкий тоже не стоял без дела, имитируя бурную деятельность, а то на нас уже начали странно поглядывать остальные работники. — Многие разбежались. А потом появились рейверы. Когда нас захватили, услышал, как рейверы в Патре хвастались тем, что спокойно прошли по одному их хребтов, забравшись нам в тыл. Разве так может быть?
V!
Сначала не понял, что за «V» такое высветил мне Нейро на сетчатке глаза. Потом дошло, что это галочка. «Задание обновлено!» — вот что он хочет мне сказать. Ну или даже «Получено новое задание!»
— Ясно. А что ты знаешь про Мудреца?
Макс сначала недоуменно посмотрел на меня, несколько секунд хлопая ресницами, а затем взгляд его прояснился:
— А! Так это же тот перец, который сидит в Лабе, на верхнем ярусе. Я слышал, что он о… — пацан сбился и скользнув взглядом вокруг, поправился: — «сектант».
«Мдрц» V —>Лаб
— Я тебя понял…
Нейро, кажется, внял моим жалобам и взялся шифровать свои послания в виде пиктограмм. «Задание Мудрец обновлено, проникните в Лабораторию» вот как я перевел для себя эту галиматью.
Маус хотел что-то спросить, но тут его окликнула Татьяна. Мелкому пришлось идти к ней.
Я же потащил поддоны к третьему ряду, где пора было провести замену.
 
— О чем ты говорил с пацаном? — между рядами внезапно показалось двое парней, которых тут быть не должно. Один из них, вложив руки за пояс и прищурив глаза, впился в меня злым взглядом. — Стучит, сученыш?!
— Вам какое дело? — быть вежливым и миролюбивым мне уже надоело, но ситуация с неизвестным Общинником пока заставляла сдерживаться. — Зачем приперлись?
— Людям не нравится твое поведение, — парни медлили и, судя по всему, не совсем понимали, как им спровоцировать конфликт. А тут еще и моя реакция не совпадала с привычными шаблонами.
— Да неужели? — я все еще не понимал, в чем дело, но уже склонялся к тому, чтобы первым хорошенько врезать.
Два бойца, по одному с каждой стороны стеллажа. Это даже не смешно.
Как же мне все это надоело. Поведение им мое не нравится, хах! Сейчас я вам устрою поведение, шакалы.
— Ты не в том положении…
Даже не стал дослушивать. Сделав легкий шаг назад, левым локтем нанес удар в голову тому, кто стоял сзади, затем не давая времени опомниться, ударил ногой того, с кем говорил. Удар протезом прошел выше всяких похвал — противника из рядов вышвырнуло в центр прохода, словно из рогатки.
Второй парень только-только стал отходить от неожиданного удара в голову, как я нанес еще пару, но уже более осторожных: моей целью было не нанесение телесных повреждений, а боль. Калечить людей на Ферме безнаказанно могла только Роза — так сказала Динара.
— Хватит! — весьма неожиданно для меня между стеллажами показалась Тина. Не понял, она что, с ними пришла? Или случайно тут? — Прекрати!..
И столько силы было в ее звенящем от негодования голосе, что я невольно опустил поднятую руку… прямиком на нос парня.
— Ууу! — бедолага попытался отползти подальше, но уткнулся затылком в ноги девушки.
— Ему не больно, — не знаю для чего соврал, но мне стало почему-то неудобно. Под ее пристальным взглядом мне казалось, что я совершил что-то непозволительное.
— Да что ты говоришь?! — хорошенькое азиатское лицо Тины превратилось в гневную маску.
На какое-то время воцарилась относительная тишина. Разве что вентиляторы стали гудеть как будто сильнее. Чтобы точно никто не смог расслышать лишнего?
— Идем, поговорим, — наконец решилась она.
Отряхнув робу от пыли, завернулся в плащ, который не рискнул оставить в бараке, и молча пошел за ней.
За стеллажами нашлось немного места для импровизированной комнатушки, где-то полтора на два метра. Судя по всему, укромное место, где порой даже кто-то спал.
— Что тебе успел рассказать Маус? — за спиной девушки маячил третий мужчина, но он выглядел более внушительно, нежели первые двое задохликов.
— Почему все зовут его мышонком? — встречный вопрос, казалось, выбил ее из колеи, но ненадолго.
— Значит, вы знакомы, — непонятно как сделала вывод девушка, и закусила край нижней губы, причем сделала это так естественно и элегантно, что я невольно засмотрелся.
А в интуиции ей не откажешь…
— Да, пацан мне не чужой. И что?.. — разговор, похоже, намечался серьезный, но проблема в том, что обе стороны к нему не готовы. А это могло весьма негативно сказаться на будущих отношениях.
— Садись, — она протяжно вздохнула и первой уселась на ящик, стоявший тут вместо табуретки.
Разговор с Тиной — или Балжан, как по-казахски звали местную «революционерку», — не задался.
Несмотря на то, что Маус послужил мостиком между нами, девушка отнеслась ко мне недоверчиво и с подозрением. Не знаю, что он ей наговорил, но, кажется, Тина подозревала, что я сектант, и все время ждала от меня неадекватного поведения. Например, что взорвусь прямо тут, или сойду с ума и начну резать всех направо и налево.
Я же, в свою очередь, очень сильно сомневался, что девушка, порой развлекающая своим телом местных охранников, окажется гением тактики и стратегии.