Дети Предтеч (СИ)

Всё это время Вадим и Марго твердили, что своими действиями бойцы подвергают опасности нашу галактику, а потому их долго держали на психиатрическом освидетельствовании, но ничего не выявили, дали двадцать лет за дезертирство и отправили в лагеря.
— Вот и у меня такая же фигня, — вздохнул Вадим. — Нет, если бы можно было кому-то подсадить искусственный интеллект, то вопрос решился бы. Но там такие рожи уголовные…
— Угу. Лиза-то у меня нормальная, если не считать её дурости с поддельными справками, но ничего ей подсаживать не надо.
— Да и возраст… — проворчал Вадим. — Ладно. Это всё лишнее, в случае чего мы сами сможем осуществлять мелкий ремонт. Надо думать о связи. Марго, давай я тебе оставлю импланты.
Но в этот момент их разговор был прерван накрывшей их тенью и свистом воздуха…
Ане просто не хотелось жить. До того, как судья огласил приговор и она попала в алтайскую колонию, больше всего она боялась того, что уголовницы её будут бить или унижать. Но ничего такого не происходило. Нет, некоторые, особо агрессивные пытались её спровоцировать или шипели в спину оскорбительные слова, но большинство её просто презирало. Анна была согласна на любое, самое обидное прозвище, только бы не слышать в своей адрес «эй» и «эта».
Но ничего подобного. Она была хуже «чушек», с теми хоть как-то разговаривали, а с ней просто никто не хотел знаться.
— К делу, — проворчала Столярова. — Про свои страдания ты мне сто раз рассказывала.
Анна обиженно надула губки, но перешла к конкретике.
— Тогда я и решилась. Забралась на пятиэтажное здание и сделала шаг вниз.
— Пятиэтажное! — закатила глаза Маргарита.
— Ну со мной же не было моей лучшей подруги, которая бы мне подсказала, с какой высоты лучше свернуть шею, — проворчала Леонидова.
— Ещё чего не хватало, — буркнула Столярова. — Но ты не отвлекайся.
— Опаньки! — воскликнул Вадим, когда рядом с ними рухнуло тело девушки. — Кто это?
— Анька. Дурочка местная, — проворчала Архарова.
— Дурочка? — заинтересовался Вадим.
Он помнил, что ему говорил искусственный интеллект Предтеч. Чем моложе или глупее будет человек, в тело которого следует внедрить её, тем лучше, тем больше шансов, что приживётся.
— Ну да. Девочка не хотела идти служить в армии. Но простые пути, вроде покупки справки у нашей Лизы — явно не для неё. Откосить решила по громкому, устроив акцию протеста, да ещё и попыталась подбить нескольких школьниц… Тяжёлый случай, короче.
— Ну я знаю, что после войны появилось полно общественных деятелей, которые требуют освободить женщин от службы, — заметил Вадим. — И все вроде бы на свободе.
— Так они же не требуют роспуска армии, — вскользь заметила Рита.
— Действительно, дурочка.
— Но это уже неважно, она умирает. Давай свои импланты и двигай отсюда, а я позову помощь.
Но Вадим Наумов уже не слушал её. Он подошёл к умирающей девчонке. И, приподняв её голову, стал вгонять в её ухо импланты искусственного интеллекта.
— С ума сошёл? — опешила Марго. — Эта дура всё равно помрёт.
— Нет. Технологии Предтеч не дадут ей сделать этого. А там, Низа возьмёт контроль над её головой. Если она и правда слабоумная, то просто вытеснит её, а если просто наивная, то сольются в единый разум.
— Стой! — прервала Столярова рассказ Анны. — Что-то ты подруга, мутишь. Для нормальной пересадки требуется сложная медицинская операция. Мне и про Диану рассказывали, да и Форугу с Довнарович я видела, после того как они эту парочку прооперировали.
— Мне не полноценную подсадку искусственного интеллекта сделали, а временную. Большинство функций было недоступно, а сама Низа присутствовала в очень ограниченном виде.
— А блоки памяти?
— Только они оставались на Красном Урале. У меня и Джастина было переносное устройство, с основными данными без доступа к библиотеке Предтеч. Мы потом туда специально слетали, забирали, — пожала плечами Анна. — Слушай, не перебивай.
— Как не перебивать, если ты всё про свои личные переживания норовишь рассказывать, а не по сути. Вот, например, как Джастин познакомился с Касерасом и Агиларом? И с этим имперским врачом, до кучи.
 
— Там ничего интересного как раз. После того как их повязали, Вадим стал выбирать тех, кто нужен ему для побега. Видриха он выбрал сразу. Не потому, что врач, хотя и поэтому в том числе. Вадим с Ритой просто участвовали в обороне Земли и сбили имперский звездолёт, который позже и стал «Каньяром». Но на допросах следователи говорили, что не звездолёт был не найден.
А уж попадание в один барак с врачом, с того самого корабля, он счёл просто подарком судьбы. Правда, с ним пришлось поработать какое-то время, сам врач шёл на контакт неохотно, подозревая провокацию советских служб. Но через какое-то время Вадиму удалось войти в доверие, и тот ему признался, что их капитан перед самым падением, зачем-то включил маскировочное устройство. Возможно, у него были планы уйти в леса и партизанить, какое-то время. Но им было не суждено сбыться.
Советская армия при поддержке НОАК накрыла незадачливых имперцев из артиллерии, а сам Видрих уцелел лишь чудом.
— Бежать-то вам, как удалось? — не выдержала Столярова. — Да ещё и согласованно, из двух лагерей?
— Это как раз было самое простое, — пожала плечами Анна. — Я, а вернее, Низа, взяла под контроль все охранные системы в лагерях, а также отвлекла вертухаев…
Рита с размаху влепила пощёчину собеседнице.
— Ещё раз от тебя услышу блатное слово, ударю сильнее, — спокойно сказала она.
— Мы их так называли, — проворчала Аня, держась за щеку, и продолжила повествование.
Вырваться из лагерей действительно оказалось очень просто. Но только с точки зрения Анны, которая после неудачного падения попала в госпиталь, вела тише воды и ниже травы. К тому же из лагеря её, как суицидницу, собирались отправить в психиатрическую лечебницу, сначала для проверки, а дальше, как получится. Во-первых, из-за того, что устройство ИИ было неполным, полностью вылечить Низа Анну не смогла. У девушки периодически дёргались руки, появилось заикание и она оглохла на одно ухо. Более того, после обычного рабочего дня ей приходилось восстанавливаться до утра. Во-вторых, она пыталась слиться с инопланетным разумом, что тоже не оставалось бесследным. Девушка стала с трудом воспринимать сигналы от внешнего мира, всё больше погрузившись в себя.
За неё всё сделали Вадим Наумов, Джейк Эванс — который был нам известен, как Фелипе Касерас и даже от Анвара Турсунова, пережившего за то, что убил невинного человека, было больше пользы, чем от неё. Да и пришлось сдвинуть время побега, потому что начальство заговорило об отправке Анны на психиатрическое обследование.
— Зачем нам вообще эта болезная? — спросила Лиза Панфилова, которой оставалось лет десять, чтобы превратиться из плотной девушки в бой-бабу. — Ну хорошо, там в лагере связь через неё держали, но больше же она ни на что не годна.
Вырубив все современные системы слежения, группа Наумова, угнала микроавтобус. Они проехали на нём до границы и половину Китая и так и не попались никому в поле зрения. Поэтому этот побег считался самым дерзким.
— Пригодится, — бросил Вадим, затаскивая Анну в машину.
Удивительно, но из всей команды хорошо машину мог водить только Джейк Эванс. Вадима учил покойный отец, но после того как Наумов пошёл в армию, эти навыки ему не требовались и всё постепенно забылось. Архарова тоже могла кое-как вести микроавтобус, но именно что кое-как.
— Бедолага Джейк совсем вымотался, пока доехали, — пожалела его Аня. — Мы же гнали почти безостановочно до Луннани больше недели. Там ещё и маршрут такой, сплошное бездорожье.
— Стоять подруга, — вновь перебила её Столярова. — Вы вообще, чем машину заправляли, что ели и как умудрились не попасться в руки нашей милиции, пограничников, да или тех же китайцев, банально.
— Это лучше у Джастина спрашивать, — поджала губы Анна. — Он мне рассказывал, что они использовали меня, как радар. Низа каким-то хитрым способом подключалась к спутникам… В общем, не спрашивай об этом. У меня начинает болеть голова, когда я про это вспоминаю. Ведь, по сути дела, я отключилась, когда меня вытащила Лиза из барака, а пришла в себя уже в Луннани. Это такой город такой в Китае.