Демон Полянии (СИ)
Но… Тихомир что-то спрашивал у Волка, верно?
Верно. Все, находящиеся в зале, уставились на него. И даже Энки Син. Его раскосые, хищные и томные глаза смотрели прямо на Волка.
Волк покраснел и сглотнул.
Хотелось спросить:
- Чего?
Но было слишком стыдно такое говорить. Он и без этого умом не блистал… Так что нужно было что-то отвечать, чтобы окончательно не опозориться.
Когда Волк чего-то не понимал, он всегда соглашался.
- Да, - булькнул Волк каркающим голосом.
Энки Син мгновенно отвел от него взгляд.
- Значит, я - не человек? Я - чудовище? - мягко и вкрадчиво уточнил воевода.
Даже его голос напоминал низкое и угрожающее мявканье большой кошки.
Эээ, что?
Волк ничего про чудовище не говорил. Боги, чего он там пропустил?
- Да, так и есть, я не человек, - сам ответил на свой вопрос Энки Син, - Но Полянию я не оставлю. Потому что я справедлив. И обязанности свои выполняю. Но с чудовищем вы не ошиблись, конечно.
И в подтверждении сказанного воевода положил ладони на свои виски и резко, ломаным движением, развернул свою голову на сто восемьдесят градусов. Его позвонки настолько неприятно и громко хрустнули, что к горлу Волка подступила тошнота. Тело Энки Сина не дрогнуло, но над грудью воеводы теперь возвышался его затылок, скрытый черной шапочкой.
Боги, да он свернул себе шею! Натуральным образом!
Раздались вскрики.
- Энки, прекрати! Верни голову на место! Хватит! - вскочил на ноги Ярослав Ярополк, - И ты прекрати, Тихомир! Энки Син прекрасно справляется со своими обязанностями. Последние два года страна благоденствует. В ней безопасно! И это заслуга, в том числе, Энки Сина. Это лучший воевода, который у меня был. А лет мне немало. Энки мне как сын, и я не потерплю ни одного плохого слова о нем! Так что вы…
Ярослав Ярополк, успокоившись, вновь перешел на “вы”.
- Так что вы, Тихомир Велимудр, можете засыпать нас заявлениями и обращениями, если вам что не нравится. Но советую вам судить людей по уму, а не по другим признакам, - холодно добавил Великий Князь, а потом вновь вышел из себя, - Энки, верни голову на место! Смотреть не могу!
Энки послушно хрустнул шеей, и все дружно вздрогнули. Звук был отвратительный, если честно. Такие не издавали живые люди.
Но у Волка он не вызвал отторжения.
Энки Син окончательно стал напоминать кота в его глазах. Вроде посмотришь - ни одной явной эмоции в очах воеводы. А вроде поглядишь - и точь-в-точь довольный и наглый кошак, обожравшийся украденной сметаны. Чуть ли не усы топорщатся! И черные татуировки на лице похожи на бархатные пятна. Будто снежный барс на стуле развалился!
В груди у Волка почему-то стало тесно.
========== Глава 4. О собаках на цепи. Или о баранах? ==========
После того, как Энки Син продемонстрировал все возможности своего тела (почему это так странно звучало в голове Волка?), аудиенция у Великого Князя достаточно быстро закончилась.
Ярослав Ярополк сказал, что ему нужно время для изучения бумаг и вынесения решения. Ни Волка, ни Тихомира он больше ни о чем не спрашивал. Наверное, Великий Князь просто устал от них и не хотел больше разборок. В конце концов, он был глубоко пожилым человеком.
Как только заседание окончилось, Энки Син легко, плавно поднялся и черным облаком выскользнул из зала. Волк, понимая, что воевода уходит, подскочил следом за ним. Он должен был извиниться и объяснить Энки Сину, что не считает его чудовищем. То, что Волк согласился с Тихомиром, - глупое недоразумение.
Поэтому Волк вылетел из комнаты словно пробка, не заметив, как у Великого Князя нервно дернулось веко от этого зрелища.
Волк вывалился в коридор и в последний момент успел увидеть, как высокая фигура Энки Сина минует большой зал и сворачивает направо - то ли в комнаты для слуг, то ли еще куда.
Волк по-деловому устремился за ним. Он оказался в небольшом и узком коридорчике с мягкими диванами и картинами с сельской местностью на стенах. Здесь стояла атмосфера тишины, уединения и спокойствия.
Энки Син обнаружился в конце коридора - стоял у окна и разговаривал с какой-то девушкой в сером брючном костюме. Волк начал осторожно приближаться к ним. Можно было сразу окликнуть Энки Сина, но, во-первых, неудобно было прерывать беседу, а, во-вторых, его интересовало, о чем они болтали.
С каждым новым шагом Волка слова становились четче.
- Прекрати. Мне насрать, - немного устало пробормотал Энки Син, - Ты мне нравишься, правда. Но мне не требуется ничья защита.
Девушка мгновенно яростно возразила:
- Всем нужна защита. Этих Князей давно выгнать взашей пора! Сами ничего не делают, палец о палец не ударят, а тебя унизить и обругать надо! Хотя их безопасность ты обеспечиваешь! Это все зависть, я уверена!
Девушка схватила за руку Энки Сина, и Волк смог рассмотреть незнакомку. Она была худенькой и маленькой. Вся какая-то серенькая и незаметная, но глаза ее сверкали непреодолимой силой.
В горле у Волка стало кисло. Подслушанное позитивной реакции у него не вызвало. Потому что он никому никогда не завидовал. У него в жизни почти ничего не получалось, это верно. Да ладно, если бы просто не получалось! На ошибках учатся и все такое.
Но у Волка абсолютно все шло через жопу. Хотел как лучше, желал показать, что он - достойный Князь, а получалось дно совершенное. Но чтобы кого-то винить за это? И завидовать? А потом унижать? Зачем? Если главный дурак тут он?
Волк много чего делал в этой жизни. А то, что получалось фуфло… Это уже другой разговор. Так что девчонка была не права. Она сама по себе, вообще, отчего-то бесила неимоверно. Но вот когда рот открывать еще и начала, так Волк совсем разозлился.
Он поспешил вмешаться.
- Уважаемая, вы не правы! - постарался царственно кивнуть девушке Волк, - Никого я не унижал и не ругал! И я очень много делаю для своего удела!
На самом деле, он мало что предпринимал для жителей Дреговска. Но это, скорее, было не от лени, а по незнанию. Ну, не разбирался Волк в политических делах, как бы его ни учили!
Девушка уперла руки в бока и вышла вперед. По ее выражению лица было ясно - да начнутся сейчас разборки. Но Энки Син помешал будущему конструктивному разговору и, схватив девушку за плечо, задвинул ее себе за спину, будто спрятал от злобного врага.
Это возмутило Волка до глубины души. Он не маньяк какой, чтобы от него людей закрывали!
Но Энки Син, видимо, считал по-другому.
Воевода нехорошо сверкнул глазами и обманчиво мягким тоном произнес:
- Вы что-то хотели, Княже? Если нет, то не смею вас задерживать.
Стоп, это его выгоняли, что ли? Но он не успел извиниться! Ему не дали и шанса!
Волк открыл было рот, чтобы объясниться, но его опередила девушка.
Она неприязненно сказала:
- Что, передумал? Теперь Энки Син - не чудовище? Ты хочешь попросить у него что-то, верно? На людях - грязью поливаешь, потому что так принято, так все делают, а когда хвост зажало, то к нему поплакаться приполз?
Эээ, что? То есть, если Волк сейчас заберет свои слова обратно, то его посчитают лицемером? Хитрым и неискренним низким человеком, который только и делает, что обманывает в угоду своим интересам? Отказывается от своих предыдущих фраз?