Осинка. Чужая сила (СИ)
Остановилась, открыла глаза и сказала:
— Нужны все. И они все здесь, — я положила руку на грудь.
— Мне это не нравится, — заворчал Тахо, подходя ближе и осматривая алтарь, — я думал, тебе помогут, направят! Кто-то опытный, взрослый…
— Мне помогают, Тахо. Камни.
— Я им не верю. — Он мотнул головой. — Не люблю пещеры.
— Ты им тоже не по душе, — хмыкнув, взяла Тахо за руку и поднялась, — Я должна попытаться… Хотя бы ради Грегга.
Хранитель тихо зарычал, но возражать уже не посмел. Он сам меня сюда привел, сам согласился помогать Прародителям.
— Немного времени еще есть, — я потянула Тахо за собой, — Пойдем, нам нужно подкрепиться. У тебя в сумке осталось что-то?
— Если ты все не съела в прошлый раз, то осталось, — буркнул он, дернув плечами.
В большом зале пещеры стоял длинный массивный стол. Я осторожно погладила гладкий гранит пальцами. Это подземелье не может быть подарком сестре. Оно слишком мрачное и холодное, слишком пустое. Наверное, это потому, что здесь давно не было жизни. Только древние камни, ревностно хранящие тайны забытого ритуала, и темнота. Я обхватила себя руками — стало зябко. И страшно, чего уж скрывать.
— Смотри-ка, все не съела, — порадовался Тахо, подмигивая, и достал из сумки хлеб с сыром. — Надеюсь, тебе не нужна кровь?
И, на мгновение засомневавшись, добавил:
— Если надо, разрешаю взять мою.
— Очень щедрое предложение, — рассмеялась я, прижимаясь к плечу хранителя, — но не нужно. Мне больше не нужна чужая кровь.
Задумалась, прикусив губу, и добавила:
— А вот своя понадобится.
— Своя? — нахмурился Тахо. — Тебе нужно будет проливать кровь? Я не знал! Коли так, я не позволю. Сейчас поедим и пойдем себе…
— О, Великие Прародители, — я закатила глаза. — А ты думал, как Эйр возрождаться будет? Песню ему спеть? Хоровод с тобой вести?
Тахо засопел, злясь:
— Да! Так и думал!
Он отвернулся и сжал кулаки:
— Мне не нравится, что я взвалил все на тебя одну. Я волнуюсь.
— И я, — прошептала, глубоко вздохнув, — Но мы уже здесь. И я готова. Правда, готова.
Тахо дернул головой, ничего не отвечая.
— Вот только если я не хочу околеть от холода на ледяных камнях алтаря, мне нужно найти, что на себя надеть.
Я прислушалась к стенам:
— И здесь точно что-то есть!
— Да? — удивился Тахо.
— Кажется, в той части пещеры, — я кивнула в сторону, — сундуки с вещами. Может, чего и подберем.
Тахо пошел первый. Я, зажигая на ладонях огни, следом. Теперь можно было не скрываться. Да и не от кого тут было. В дальнем углу действительно нашлись сундуки с богато отделанными тяжелыми платьями. Кажется, тут мог быть дом для огромного огненного ящера из побасенок бабушки Добролики. Она рассказывала, как те собирали у себя в пещерах несметные сокровища, оставляя их гнить в темноте.
Я отпустила огоньки вверх, склонилась над одним из сундуков и потянула золотистое платье.
— Красивое, — напугал меня из-за спины Тахо.
— Да, — я провела рукой по искусной вышивке на воротнике. Вот бы хоть частичку такого умения!
— Так надевай, чего думаешь? — пожал плечами хранитель и отошел к стене. Там громоздились сундуки побольше.
Платье, казалось, шили на меня. Удобное и теплое, оно не сковывало движения. Покружившись на месте, довольно улыбнулась.
— Смотри, — позвал Тахо, он копался в другом сундуке, где нашлись мужские кафтаны и плащи, подбитые мехом.
В руках у него мягко светилась маленькая корона цвета снежных вершин Туманных гор. Интересно, чья? Не успела я рассмотреть, как Тахо, хохотнув, надел мне ее на голову:
— Держи. Так еще краше будет!
— Да уж! — засмеялась я. — Настоящая правительница!
— Серых булыжников и мрачных пещер, — кивнул Тахо, улыбаясь. — Теперь все?
Я огляделась:
— Здесь еще должен быть кубок, камни показали. Поможешь найти?
Тахо нахмурился, он уловил мое настроение и начал волноваться. Но кивнул.
— Слушай, — я неторопливо разбирала украшения, вытаскивая почерневшие серебряные серьги, золотые кольца и сверкающие каменья, — как ты думаешь, если все пройдет хорошо, Эйр разрешит нам что-нибудь взять отсюда?
— Зачем тебе?
— Ну… Маме подарить.
Тахо усмехнулся и сказал:
— Мне кажется, если Эйр вернется, он тебе все отдаст.
И добавил тише:
— Было бы кому отдавать. Нашел! — он протянул мне большой кубок. Белый металл ничуть не потемнел от времени, он даже чуточку светился, как моя корона, и я решила, что это добрый знак.
— Тогда нечего больше откладывать. Идем.
И я, взяв Тахо за руку, пошла к комнате с алтарем. Остановилась в проходе:
— Что бы там сейчас ни происходило, —повернулась к хранителю и заглянула ему в глаза, — Не встревай. Как бы хуже не стало!
Тахо сжал губы. А я вздохнула, не зная, как объяснить.
— Сначала стихийные силы освободятся, потом Тьма…
Тахо, нахмурившись, слушал.
— Когда свою кровь пить начну, тоже не мешай, —потерла ледяные кисти рук. — Я должна отворить грани, выпустить через себя Эйра с Греггом. По-другому им и не пройти. Стихии с Тьмой должны стать проводником, силой. Если их не хватит, проход начнет тянуть уже мои, жизненные.
— Чем я могу помочь?
Я улыбнулась неуверенно:
— Боюсь только, вода свой характер проявит, не поддастся.
— Я приведу Волнину, — кивнул он.
— Ты поймешь, когда позвать. У каждого свое время будет.
Тахо снова кивнул и прижал меня к груди, крепко обнимая.
— Я буду рядом.
— Знаю… брат.
Я мягко отстранилась и улыбнулась. Пора.
Первым делом зажгла в комнатке лучины. Огонь подчинялся легко, радостно — все-таки Файро не подвел, поделился силой с чистым сердцем.
На полу у входа лежал маленький меч, который я оставила, подняла его, положила рядом с кубком и повернулась к хранителю.
— Теперь держись в стороне.
Тахо поцеловал в щеку, погладил по волосам и отошел. А я запрыгнула на высокий камень, взяла меч и щедро полоснула себя по запястью, чтобы не было времени передумать. Боль ударила в плечо, заставила закусить губу и еле слышно застонать. Медведь, вторя мне, зарычал, но не подходил. А я схватила кубок и подставила под рану.
И в это время раздался оглушительный удар. Посыпались камни с потолка, а по гладкой стене поползла длинная трещина. Я замерла — что это? Я же еще и не начала толком.
Снова удар, сильнее прежнего! И рядом упал здоровый булыжник, чуть не задев. Что происходит? Я осторожно поставила кубок, стараясь не разлить. Кровь тут же остановилась, лесная сила помогала затягиваться ране.
Бах! Снова грохот и шорох осыпающихся камней.
— Осинка, кто-то пытается прорваться снаружи! — закричал Тахо.
— А-а-а, —закрутила головой по сторонам, пытаясь понять, где именно будет разлом, — Послушай, — заторопилась, — ко мне он не сможет попасть, уже поздно, кровь пролилась, только и ты не вставай у него на пути, сметет ведь!
— Кто? — удивился Тахо.
— Дагор, конечно же!
И в это время от противоположной стены отвалился огромный каменный пласт, засыпав нас пылью. И сквозь образовавшуюся дыру пролез грязный и очень злой демон.
— Вы что творите⁈ — попытался он добраться до меня, но не смог пройти незримое препятствие. Ритуал начался. Теперь, пока я не высвобожу силы, сюда никто не попадет.
— Ты, хранитель, куда смотрел? — рычал демон. Он был в бешенстве, — она не сможет одна! Силы разорвут ее.
Я нахмурилась. Почему не смогу? Камни же сказали… Тахо побледнел, рванул ко мне и ударился в невидимую стену.
А я подумала — чего тянуть? Теперь уж не повернуть обратно. Закрыла глаза, отрешаясь от мира, заглянула внутрь себя и позвала стихии.
Первым скользнул ко мне Лес. Родной, любимый, он обнимал и утешал, гладил по волосам, шептал слова ласковые. Следом ветерок закружил, засмеялся свободе. Взметнул вверх подол платья, и я тоже засмеялась — вот баловник! Огонь с Землей вместе поднялись. Спокойные и величественные, они легли на плечи, укладывая на холодный камень, растеклись вокруг, заполняя собой комнату. Стихии начали давить, прижимая к алтарю, сковывая дыхание. Им было тесно здесь. А Вода не хотела появляться.