Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ)
— Мы арестованы? — воскликнул Фрид. — Это возмутительно.
— Господи, — чуть слышно произнесла Марго. — Неужели Прайн — убийца?
— Ужасная мысль, правда? — сказал Кавакита. Встал, подошёл к кофеварке и сильным ударом выбил из неё последние капли. — Но то, что я не подготовлюсь к своей презентации, ещё ужаснее.
Марго была уверена, что молодой энергичный учёный всегда будет подготовлен к чему угодно. Однако кивнула.
— Теперь престиж — это всё, — продолжал Кавакита. — Чистая наука сама по себе больше не приносит субсидий.
Марго снова кивнула. Она слышала Грегори, слышала голоса коллег, но всё казалось ей не важным. Кроме крови на туфлях Прайна.
5
— Теперь можете идти, — сказал через час полицейский. — Но ни в коем случае не заходите за жёлтую ленту.
Сидевшая сжавшись в комочек Марго резко вскинула голову, когда ей на плечо опустилась чья-то ладонь. Рядом стоял долговязый, тощий Билл Смитбек, в другой руке он держал пару скреплённых спиралями блокнотов, его каштановые волосы были, как всегда, взъерошены. За ухо засунут карандаш с изжёванным концом, воротничок был расстёгнут, узел чёрного галстука спущен. Живая карикатура на работягу-журналиста. Марго подозревала, что это тщательно продуманный имидж. Смитбеку поручили написать книгу о музее, уделив главное внимание выставке «Суеверия», которая должна была открыться на будущей неделе.
— Сверхъестественные события в музее естественной истории, — угрюмо пробормотал Смитбек ей на ухо, присев на стоявший рядом стул. Бросил на стол свои блокноты, и поток исписанных листков бумаги, компьютерных дискет без этикеток и ксерокопий газетных статей разбежался по его пластиковой поверхности.
— Привет, Кавакита, — весело сказал Смитбек, хлопнув его по плечу. — Не встречал тигров в последнее время?
— Только бумажных, — сухо откликнулся Кавакита.
Смитбек повернулся к Марго:
— Ты, наверное, уже знаешь все кровавые подробности. Жуть, правда?
— Нам ничего не сообщали, — ответила она. — Мы только слышали что-то об убийстве. Совершил его, надо полагать, Прайн.
Смитбек рассмеялся.
— Чарли Прайн? Этот парень мухи не способен убить, тем более двуногого. Нет, Прайн только обнаружил тело. Вернее, тела.
— Тела? О чём ты?
Смитбек вздохнул.
— Так вам в самом деле ничего не известно? Я думал, вы хоть что-то разузнали, пока сидели здесь несколько часов. — Он вскочил, подошёл к кофеварке, наклонил её, подёргал за ручку и вернулся с пустыми руками. — В зале приматов за стеклом витрины нашли жену директора, — сообщил он, усевшись снова. — Её двадцать лет никто не замечал.
Марго застонала.
— Смитбек, рассказывай, что произошло на самом деле.
— Ну ладно, — вздохнул он. — Утром около половины восьмого двух мальчишек обнаружили мёртвыми в подвале старого здания.
Марго прижала ладонь ко рту.
— Как ты об этом узнал? — спросил Кавакита.
— Покуда вы прохлаждались здесь, всё остальное человечество собралось на Семьдесят второй улице, — продолжал Смитбек. — Ворота закрыли у нас перед носом. Журналисты там тоже были. И немало. В общем, Райт собирается в десять часов устроить пресс-конференцию в Большой ротонде, дабы пресечь слухи. Все разговоры о зоопарке. Начнётся она через десять минут.
— О зоопарке? — переспросила Марго.
— Находящемся здесь. До чего же сложное положение. — Смитбек явно наслаждался, выдавая им информацию небольшими порциями. — Убийство, кажется, было очень жестоким. А вы знаете журналистов: они всегда предполагали, что тут у вас содержатся в клетках всевозможные звери.
— Кажется, ты рад случившемуся, — улыбнулся Кавакита.
— Происшествие придаст моей книге совершенно новый размах, — продолжал Смитбек. — Потрясающий правдивый отчёт об ужасном убийстве в музее, автор — Уильям Смитбек-младший. Ненасытные дикие звери бродят по пустынным коридорам. Книга может стать бестселлером.
— Это не смешно, — раздражённо заметила Марго. Она думала о том, что лаборатория Прайна находится неподалёку от её кабинета в подвале старого здания.
— Знаю, знаю, — добродушно отозвался Смитбек. — Это ужасно. Бедные дети. Но всё же я не уверен, что это правда. Возможно, Катберт пошёл на такую уловку, чтобы сделать рекламу выставке.
Он вздохнул, потом заговорил виноватым тоном:
— Послушай, Марго, меня очень огорчило известие о смерти твоего отца. Я собирался сказать тебе раньше.
— Спасибо, — ответила она. В улыбке её было немного теплоты.
— Послушайте, — сказал, поднимаясь, Кавакита. — Я, право, должен…
— Я слышал, ты собираешься уволиться, — продолжал Смитбек, обращаясь к Марго. — Забросить диссертацию, работать в отцовской компании или что-то в этом роде. — Он с любопытством глядел на неё. — Это правда? Я думал, твои исследования в конце концов дают какие-то результаты.
— И да, и нет, — ответила Марго. — Работа над диссертацией слегка затягивается. Сегодня в одиннадцать у меня еженедельная встреча с Фроком. Возможно, он забудет о ней, как обычно, и наметит на это время что-нибудь другое, особенно после такой трагедии. Но всё же надеюсь увидеться с ним. Я обнаружила интересную монографию о классификации лекарственных растений у племени кирибуту.
Заметив, что взгляд Смитбека начинает блуждать, она вновь напомнила себе, что большинство людей не интересуется ни генетикой растений, ни этнофармакологией.
— Так что мне надо подготовиться, — заключила Марго, поднимаясь.
— Погоди минутку! — сказал Смитбек, с трудом собирая свои бумаги. — Не хочешь побывать на пресс-конференции?
Когда они выходили из комнаты отдыха, Фрид всё ещё жаловался на притеснения тем, кто его слушал. Кавакита уже быстро шагал впереди них по коридору, потом, помахав им через плечо, скрылся за поворотом.
Когда они пришли в Большую ротонду, пресс-конференция уже шла. Репортёры, окружив Уинстона Райта, директора музея, направляли микрофоны и камеры в его сторону, голоса гулко раздавались в похожем на пещеру помещении. Ипполито, начальник охраны музея, стоял рядом с директором. Поодаль столпились другие служащие и несколько любопытных школьников.
Рассерженный Райт, стоя в свете кварцевых ламп, пытался отвечать на вопросы, которые выкрикивали журналисты. Обычно безупречный костюм директора был помят, редкие волосы спадали на ухо. Бледная кожа посерела, глаза налились кровью.
— Нет, — говорил Райт, — видимо, они сочли, что их дети уже ушли из музея. У нас не было предварительного предупреждения… Нет, мы не держим в музее живых животных!.. Ну разумеется, у нас есть мыши и змеи для исследовательских целей, но ни львов, ни тигров, ни прочих хищников… Нет, трупов я не видел… Не знаю, какие там были увечья… Я не проводил экспертизы и не могу говорить на эту тему, вам придётся подождать вскрытия… Хочу подчеркнуть, что полиция не делала официальных заявлений… Пока не прекратите крик, я не буду отвечать на вопросы… Нет, я уже сказал, что у нас нет диких зверей в музее… Да, в том числе и медведей… Нет, никаких фамилий называть не буду… Как я могу ответить на этот вопрос?.. Пресс-конференция окончена… Я сказал окончена… Да, конечно, мы всеми средствами оказываем содействие полиции… Нет, я не вижу причин откладывать открытие новой выставки. Позвольте подчеркнуть, что дата открытия выставки «Суеверия» уже назначена… Да, у нас есть чучела львов, но если вы намекаете… Господи, они застрелены в Африке семьдесят пять лет назад! Зоопарк? У нас нет связей с зоопарком… Я просто не буду отвечать на эти возмутительные намёки… Может, джентльмен из газеты «Пост» перестанет орать?.. Полиция допрашивает учёного, обнаружившего трупы, но я никакими сведениями об этом не располагаю… Нет, мне больше нечего добавить, кроме того, что мы делаем всё, что в наших силах… Да, конечно, это трагично…
Репортёры стали расходиться. Райт повернулся к начальнику охраны.
— Где была полиция, чёрт возьми? — услышала Марго его гневный голос. Обернувшись, он бросил через плечо: — Если увидите миссис Рикмен, скажите, чтобы немедленно зашла ко мне в кабинет.