Попаданец Жорж (СИ)
— Я… последние несколько лет я не просыхал, — услышав историю парня, Петр Эммануилович захотел рассказать свою. — Родные, близкие, я всех потерял, оказался на улице. А потом, это ужасное непонятное чувство внутри, оно терзало сильнее любой другой боли.
— Одиночество… Да, паршивая штука, — поддержал Карл.
— И я просто больше не мог. Заливал в себя алкоголь, чтобы хоть ненамного испытать облегчение, — Петр Эммануилович крепко сжал кулаки и ненадолго замолчал. — Вчера, когда ты ушел, и я остался один. Эта боль от одиночества… я вновь почувствовал ее внутри.
— Я прекрасно тебя понимаю, — парень поднялся, сел рядом со стариком и положил ему руку на плечо в знак поддержки.
Они несколько минут молча сидели, каждый со своими мыслями о прошлой жизни. Карл сожалел о многих неверных поступках и представлял, что могло ждать в будущем, не забери его смерть так рано. Петр Эммануилович, наоборот, вспоминал хорошие и теплые моменты, но быстро дошел до трагедии, омрачившей всю его старость.
— Хватит этого уныния, — резко начал Карл и вскочил с места. — Пошли в палатку иначе зажаримся на этом пекле, — сказал он, засыпал песком догорающие угли от костра и, засунув руки в карманы, направился внутрь снятого жилища. — Неизвестно сколько нам ждать Сильвию и остальных. Думаю, на первое время зарубимся в карты, потом что-нибудь еще придумаем, но, если завтра к вечеру их не будет, придётся что-то предпринять.
— И что ты предлагаешь делать, если их долгое время не будет? — спросил Петр Эммануилович, вынырнув из негативных мыслей.
— Да… вообще идей нет, — парень развел руками. — Если пойдем обратно выяснять, что с ними случилось и нарвемся на архифантаста. Можем сразу поковать чемоданы и улетать обратно в омут душ вселенной.
Карл разулся, сменил с помощью фантазии штаны на короткие шорты и сел на соломенную подстилку, окунув ступни прохладный песок. Петр Эммануилович, понимая, что жара только усилиться, провернул действия парня в немного другой последовательности и сел напротив.
— Во что сыграем? — спросил старик, наблюдая как Карл перетасовывает недавно созданные силой фантазии карты.
— Предлагаю начать с дурака, а там и усложнить можно, — ответил парень. — Уже готов проиграть? — уголки его губ приподнялись, нарисовав злобную ухмылку на лице.
Петр Эммануилович не любил подобные вопросы и промолчал. Карл заметил, что сболтнул лишнего, взял на заметку больше не ехидничать со стариком и принялся раздавать карты.
— Так, кто такая эта Сильвия? — спросил Петр Эммануилович, подняв свои шесть карт. — Ты так и не рассказал про нее.
— Она путешественница и такая же призванная, как мы с тобой, — без раздумий ответил Карл и первым сделал ход. — С одним очень большим отличием. Никто не знает, как долго она живет в этом мире. Как-то я слышал разговоры местных на дальнем севере. И среди всякой ерунды мой чуткий слух уловил информацию о том, что ей точно не меньше ста лет, представляешь.
— Невероятно, получается она даже старше меня, — удивился старик.
— Да, забавно выходит. Вдобавок у Сильвии очень много связей, как здесь, так и в Сопротивлении. Она редко выходит на контакт, особенно с нами, поэтому вчера вечером я не счел нужным просвещать тебя о ее существовании.
Карты быстро уходили в «бито». Петр Эммануилович, наученный опытом, вынудил Карла забрать последний размен и остался с тремя «козырями» на руках. Его победа уже определилась за несколько ходов до конца игры.
— Черт, а ты хорош! Давай заново.
Карл сдался раньше, чем Петр Эммануилович сделал свой последний ход. Парень сразу собрал карты и взялся за перетасовку.
— А Лодерик? Что, вообще, произошло пока я спал? — озвучил старик волнующие его вопросы.
— Вчера я ушел, направился обратно на площадь к любимому месту, где встретил тебя. Немного постоял, пообщался с местными, все-таки праздник. Потом все разошлись, и я остался один. Вот, тут и началось, — в процессе рассказа парень раздал карты, и вторая партия началась. — Я сидел в своих мыслях у догорающего костра, любовался звездами, а Сильвия подкралась незаметно и напугала меня. Черт!
Карл обнаружил, что слишком сильно увлекся и забыл просчитывать ходы. В итоге, у него на руках собралась довольно внушительная часть колоды. «Старик силен, но он не знает, что я могу так», — парень собрался незаметно растворить парочку бесполезных карт, но очень скоро передумал, решив, что мальчишескую подлость и хитрость лучше оставить в прошлом.
— Так, Сильвия первая явилась на твой зов, — Петр Эммануилович вернул в реальность Карла, что тщательно стал продумывать дальнейший ход.
— Да, Сильвия. Мы многое обсудили, я рассказал ей о тебе… А, ладно, — вновь прервался парень и выбросил карты. — Сначала расскажу, а потом нормально начнем заново. Я не могу так сосредоточиться.
— Как хочешь, — с легкой улыбкой произнес старик, обрадованный второй победой.
— Она сказала, что последние несколько месяцев помогала Сопротивлению собирать яйца. Когда их планы раскрылись, Сильвия попыталась остановить призыв и создание монстра, но сама оказалась в западне. Ты мог быть в опасности, она вызвалась тебя привести, а я же по дурости остался один… Даже не думал, что Лодерик, слетевший с катушек, может находиться поблизости… Одним неожиданным ударом он поставил блок на моем сосуде и запечатал силу фантазии. Стал пытать, задавая идиотские вопросы. Кто? Зачем? И куда? Я потянул время, а дальше выложил как есть… боль… боль была невыносимой, — закончил Карл.
Дрожь прошла по его телу при воспоминании о произошедшем, но он быстро пришел в себя, вернул карты и взялся за перетасовку.
— Кстати, как там мой домик, — вспомнил парень. — Все в порядке?
— О, боюсь… — начал старик.
— А, все понятно, — перебил его Карл. — Что взять с этого старого поехавшего варвара.
— Почему, вообще, один человек обладает такой силой? — решил уточнить Петр Эммануилович.
— Даже среди местных рождаются одаренные или гении, — Карл раздал карты. — В основном они умеют создавать только простые вещи, но такие как Лодерик, не ограничены маленькой дальностью действия фантазии, быстро учатся и могут даже с легкостью убивать нас.
— Поэтому мы и бежали, — догадался Петр Эммануилович.
— Да, с Сильвией мы могли бы его убить, но она женщина правильная и не допускает кровопролитий. Поэтому… поэтому мы здесь, — договорил Карл и расплылся в улыбке с множеством «козырей» на руках.
— Смотрю тебе повезло, — подметил старик, — но не радуйся раньше времени.
— Я бы уже сдался, — посоветовал Карл, расслабленно помахав оставшимися картами.
Не успел начаться последний размен, как сразу закончился в пользу парня.
— От удачи порой многое зависит, — произнес Петр Эммануилович, признавая поражение. — Монстры, точно, — вспомнил он. — Как… или что… — старик не мог сформулировать вопрос.
— Я понял, — остановил его Карл. — Они в основном никого не трогают. Призванный ты или житель, им без разницы. В небольших поселениях и маленьких группах можешь считать себя в безопасности, но стоит только собраться большой толпой, или начать на полную использовать силу фантазии, как монстры станут агрессивными и нападут. Благодаря таким правилам Зем добился мира и спокойствия на северных землях ценой прогресса.
— Тогда почему отковавшие нас монстры не напали на Сильвию и Лодерика еще в лесу? — удивился Петр Эммануилович.
— Они исключения из правил, все просто, — Карл заметил недопонимание старика и решил объяснить подробнее. — Когда ты используешь силу фантазии, большая ее часть просто уходит в никуда, что работает как триггер на монстров. Твари чуют это. А Сильвия, Лодерик и подобные им умеют контролировать процесс преобразования фантазии до мелочей и просто не допускают утечки лишнего. Считай магия без запаха для монстров.
— Я не могу себе это представить, — произнес с сохранившемся недоумением Петр Эммануилович. — Как и созданный тобой веломобиль, — дополнил он.