Разврат (ЛП)

Размахивая руками и ногами, она скользила дальше, но вдруг кто-то оказался прямо под ней, и сильная рука подхватила ее под задницу. И теперь большой палец прижимался ровно между половыми губами, а остальные четыре были на ягодицах, один из них – в расщелине между половинками.
Она ахнула от шока и глянула вниз, увидев лишь коронное снейповское закатывание глаз.
– Поверьте, если бы я намеренно дотронулся до вас там, вы бы об этом знали, – мрачно пробормотал он.
Гермиона почувствовала, что заливается краской, но затем поставила ногу ему на плечо и приподнялась. Поставив вторую ногу ему на голову, она услышала приглушенное ругательство и оттолкнулась, чтобы ухватиться за ветку. Забравшись на дерево, Гермиона не решилась смотреть вниз: может, если она будет его игнорировать, то сможет притвориться, что ничего не произошло. Вот только ощущение сильного и, по всей видимости, непреднамеренного давления между ногами не оставляло ее, и от этого желудок переворачивался.
Сделав несколько судорожных вдохов и взяв себя в руки, она вскарабкалась по остальным веткам, пока не оказалась достаточно высоко, чтобы заглянуть в гнездо. Оно был пустым: по крайней мере, там не было птиц, но имелись остатки яичной скорлупы и довольно большое количество крови. Маловероятно, что птенцы вылупились. Их кто-то убил и, возможно, съел. Мало кто из хищников охотился на крошечных винтл: мяса на них было немного. Если некто забрался на дерево, чтобы достать их, то это явно был кто-то отчаянный – тревожный знак.
Однако не менее тревожило ее то, что Снейп был уже по меньшей мере в сотне метров выше по берегу реки. Похоже, он счел нормальным оставить ее на дереве, с которого она чуть не свалилась. Что это говорит о нем? Возможно, ему не понравилось, что он не получил никакой благодарности за ее спасение. Или ему не понравилось, что по его голове потоптались. Она слишком перенервничала, чтобы адекватно среагировать, и теперь выглядела просто неблагодарной коровой. Неудивительно, что он ушел.
Гермиона вытащила палочку, наколдовала Левиосу и мягко опустилась на землю, благополучно приземлившись. Схватив рюкзак, она побежала за Снейпом, размышляя о том, как проведет с ним время до конца дня, не говоря уже о неделе… или больше.
Гермиона следовала за Северусом весь остаток дня, просто держа его в поле зрения. Она съела взятый с собой бутерброд на ходу, опасаясь, что, если остановится, то совсем потеряет его. Когда солнце зашло, стало еще холоднее, и Гермиона забеспокоилась, что он продолжит путь, несмотря на сумерки.
Наконец она добралась до вершины холма и оказалась на поляне, где Снейп уже развел костер и теперь водил палочкой над ворохом ткани на земле, который постепенно разворачивался, превращаясь во впечатляющего вида палатку. Совершенно измученная Гермиона подошла, бросила сумку и рухнула на землю, радуясь теплу потрескивающего огня. Она закрыла глаза, не в силах вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя такой усталой. Или такой одинокой. Снейп обладал поразительной способностью заставлять ее чувствовать себя в его компании более одинокой, чем когда она действительно была одна. Он мастерски владел искусством унижать и явно был полон решимости во всю применить его к ней.
Когда через пару минут Гермиона разлепила глаза, то увидела, что палатка Снейпа уже установлена, а внутри сияет теплый свет. Через входной проем она смогла разглядеть удобное кресло и его темную фигуру, развалившуюся в нем со стаканом янтарной жидкости в руке и стопкой пергаментов на коленях. От этого вида она чуть не расплакалась. Он расположился там с удобством, весь такой важный, а она лежит на сырой траве изможденная, не в силах пошевелиться. Все должно было быть наоборот. Разве из них двоих не он тут слетел с катушек и должен медленно отползать на кладбище?
Гермиона неохотно заставила себя подняться на дрожащих ногах. Схватив свой рюкзак, она вытащила сложенную палатку и бросила ее на землю на приличном расстоянии от его палатки. Пробормотав несколько заклинаний, она разложила ее, а затем трансфигурировала ее одноместный размер в двухместный, чтобы иметь больше пространства. Ее навыки трансфигурации не шли ни в какое сравнение с навыками Снейпа: рядом с его двухкомнатным, высотой в человеческий рост, особняком ее палатка казалась хибарой из трущоб, но это было все, на что Гермиону хватило в ее состоянии. Вытащив крошечный спальный коврик, она увеличила его до нужного размера, а затем трансфигурировала, превратив в нечто, похожее на более-менее удобный надувной матрас. Гермиона бросила матрас в палатку, за ним последовали спальный мешок и подушка, затем она отнесла рюкзак обратно к огню и вытащила походную горелку.
  
Она умирала от голода. К счастью, горелка была волшебной, и еда готовилась быстрее, чем на обычном огне. Гермиона быстро вытащила нож, разделочную доску, мясо и овощи. Бросив на сковороду немного рубленой говядины, она добавила лук и чеснок, а затем измельченные овощи, банку консервированных помидоров, зелень и приправу. Нарезав буханку хлеба на куски, она намазала их маслом. Через несколько минут все было готово.
Гермиона трансфигурировала ложку в половник и наложила большую порцию на тарелку, после чего села у огня, скрестив ноги, и уже была готова окунуть хлеб в аппетитный соус. Но вдруг подняла голову. Снейп все еще сидел в кресле. Стакан в его руке был пуст. Она сомневалась, что он ел. На самом деле, она не видела, чтобы он что-то съел за целый день. Может, он планировал выжить на диете из сигарет и алкоголя?
У нее не было другой большой тарелки, поэтому она достала из сумки миску и наполнила ее рагу, затем положила два куска хлеба на маленькую тарелку, схватила вилку и направилась к его палатке.
Снейп не поднял глаза, когда она неловко остановилась у входа.
– Я подумала, что вы, наверное, голодны, – пробормотала она, вошла и поставила миску и тарелку на маленький столик рядом с ним.
Не дожидаясь ответа, Гермиона отступила, как будто принесла корм какому-то бешеному дикому животному. И в каком-то смысле он таковым и был – она считала его совершенно непредсказуемым. Вернувшись к огню, она снова села и с наслаждением принялась за еду. Это была одна из самых приятных трапез за долгое время. День физической активности на свежем воздухе обострил ее голод и чувства. Стоило также что-то сказать о простоте и признательности.
– Спасибо.
Гермиона вздрогнула, услышав его голос. Она, конечно, не ждала благодарности – не от него. Снейп протягивал ей чистую посуду.
– Это было довольно… – казалось, он пытался подобрать слово, явно чуждое для него, – вкусно.
Вкусно? Гермиона чуть не рассмеялась. Это было определенно не то, что она ожидала от него услышать.
– Не за что, – она мимолетно улыбнулась и опустила глаза в тарелку, вытирая корочкой остатки соуса.
Собрав все капельки и слизав последнюю с большого пальца, она обнаружила, что Снейп переместил к костру напротив нее корягу и теперь сидел, прислонившись к ней спиной. Гермиона видела, как он достал из кармана небольшую книгу, открыл ее на середине и начал читать, сосредоточенно нахмурив брови. Отблески огня отливали бронзой на его коже, темные пряди волос спадали на лицо, скрывая глаза, а рот прятался в тени выдающегося носа. Гермиона снова удивилась: по какой-то причине она думала, что, отбросив свое прошлое, он отверг и все к нему относящееся. Мысль о том, что его интерес к чтению по-прежнему не угас, успокаивала: будто какая-то часть того Снейпа все еще была жива в нем.
Гермиона быстро очистила посуду, убрала горелку и достала из своей сумки книгу, которую дала ей почитать Джинни. Их вкусы не всегда совпадали, так что было немного рискованно брать книгу с собой, однако та являлась сборником коротких рассказов, и Гермиона рассудила, что, если ей не понравится один, она всегда сможет перейти к другому. Оказалось, что рассказы были очень хорошо написаны, и вскоре она настолько погрузилась в них, что совершенно забыла, где находится. Дойдя до смешного места, она громко рассмеялась и с удивлением услышала в ответ низкий голос: