Разврат (ЛП)

Даже будучи его ученицей, она понимала, что он полностью опустошен. Без сомнения, чувство неудовлетворенности появилось у него в основном из-за необходимости учить простейшим зельям не интересующихся этим студентов. Сам Снейп был блестящим учеником и продолжил работать на самом высоком уровне в течение всей своей карьеры несмотря на то, что был вынужден тратить слишком много времени на проверку слабеньких эссе тех, у кого никогда не будет даже толики его таланта. Он сыграл важную роль в победе над Волдемортом и сумел остаться непоколебимым и мужественным, несмотря на потерю самых близких ему людей. Он действительно герой со сложной судьбой. Хотя при этом он еще и бабник, подумалось Гермионе.
Ему нужен совет от кого-то, кто знает его лучше, чем она. Профессор МакГонагалл была его учителем, коллегой и другом в течение трех десятков лет. Без сомнения, она будет обеспокоена его нынешними выходками. Может быть, директор Хогвартса поможет решить, стоит ли ввязываться во всю эту кутерьму и пытаться ему помочь. Во всяком случае, можно послать ей сову.
Но в первую очередь нужно разобраться кое с чем другим – с конфликтом, которого Гермиона избегала уже несколько недель. Время, конечно, не совсем подходящее, хотя могло быть и хуже, но ей необходимо установить некие… границы.
– Профессор? – Гермиона заглянула через дверь.
Глаза Снейпа осторожно поднялись на нее от пергамента, который он просматривал.
– Да?
– Можно вас на пару слов?
Он продолжал смотреть на нее так долго, что она вопросительно подняла бровь.
– Сейчас? – в слове, сорвавшемся с его губ, явно звучало презрение.
– Если вам удобно, – она попыталась обезоруживающе улыбнуться, но это не помогло разрядить напряжение. Вместо ответа Снейп указал взглядом на стул напротив. Глубоко вздохнув, Гермиона поспешила сесть, чтобы не успеть передумать.
– Полагаю, пришло время обсудить наши расследования и пересечения между ними, и возможно, нам нужно установить границы, – выпалила она, надеясь, что, чем быстрее она будет говорить, тем меньше ее успеет смутить его пристальный взгляд.
Скрестив руки на груди, он откинулся в кресле.
– Что именно вы имеете в виду под «границами»?
– Ну, как вы предположили еще до инцидента… с троллем… у наших расследований есть нечто общее, и мне просто хотелось бы убедиться, что мы с вами не делаем одно и то же. В целях повышения продуктивности, – поспешно добавила она.
Его губы искривились в усмешке, которую она ожидала увидеть еще раньше.
– У вас действительно проблемы с контролем, не так ли?
Гермиона скрестила руки на груди, и ее голос стал резче от засквозившего в нем раздражения.
– Думаю, это разумное предложение, профессор… м-м… мистер Снейп. Я заметила, что расследование по темным тварям повлекло за собой некоторые исследования, затрагивающие сферу крылатых созданий, а именно, вопрос о вовлеченности в дело дракона. Все вопросы такого рода должны решаться через меня, но, похоже, вы взялись самостоятельно изучить данные по крылатым созданиям.
Он склонил голову и посмотрел на нее сверху вниз.
– Значит дело не в границах. Вы считаете, что мне следовало проконсультироваться с вами?
Гермиона яростно заморгала, понимая, что ей надо было запастись аргументами.
– Так почему же вы не проконсультировались со мной?
Снейп насмешливо поднял бровь.
– Вы всегда так заняты, я не хотел отвлекать.
Гермиона вдруг резко подалась вперед, громко стукнув ладонью по столу перед ним.
– Не держите меня за идиотку! – прорычала она, но затем вспомнила, что вообще-то хотела наладить с ним отношения, а не создавать еще больше проблем.
Она ожидала язвительного ответа, но его лицо вдруг смягчилось, а черные глаза заблестели, когда он окинул ее взглядом.
– Маленькая пылкая гриффиндорка, – негромко пробормотал Снейп. – Почему ты не присоединилась к нам? Это было бы… фантастически.
Гермиона почувствовала, как румянец заливает ее щеки, и с трудом сглотнула. Но она не хотела позволять ему сбить себя с толку.
– Судя по тому, что я слышала, фантастичности там было не занимать, – ответила она, откидываясь назад. – Хотя Джинни, возможно, не помешала бы компаньонка. Или я могла бы поработать вашей совестью.
  
Это ударило по больному.
– Совестью? – издевательски усмехнулся Снейп. В мгновение ока он вскочил и обошел стол, неотрывно глядя на Гермиону и устрашающе надвигаясь на нее как реактивный снаряд. – Что, черт возьми, ты можешь знать о совести? – прошипел он сквозь стиснутые зубы.
Когда он угрожающе склонился над ней, Гермиона почувствовала себя так, будто ее привязали к стулу, иначе она давно уже сбежала бы к себе в кабинет и заперлась.
– Ты думаешь, я прожил жизнь без совести? – он положил руки по обе стороны от ее головы, крепко схватившись за спинку стула. – Ты хоть знаешь значение этого слова?
Гермиона смотрела в лицо, которое сейчас было так же близко, как и несколько недель назад, когда он лечил ее, но теперь оно подрагивало от гнева. Она сожалела о своих словах. Обвинять того, кто принес в жертву то, что принес Снейп, было в высшей степени несправедливо, но также она знала: что бы он ни сделал с Джинни, его поступки уже не были поступками того добропорядочного человека, которым он когда-то являлся.
– Я бы сказала, что вы, вероятно, сбились с пути, – голос Гермионы дрогнул под его пронзительным взглядом.
– А что тебе известно о моем «пути»? – выпалил он, и его дыхание коснулось ее лица. – Не думай, что знаешь меня, Грейнджер! Несмотря на твое самомнение о собственном интеллекте, ты ничего обо мне не знаешь, – его пылающий взгляд, казалось, прожигал в ней дыры. – А теперь вытащи свой нос из моих дел, забирай свои ханжеские суждения и неодобрение и убирайся нахуй из моего кабинета!
– Какие-то проблемы, Снейп?
Резко обернувшись, они увидели в дверях Парсонса, стоящего, засунув руки в карманы, будто он уже какое-то время наслаждался представлением. Снейп отдернул руки и отошел.
– Уже нет.
– Мисс Грейнджер? – Парсонс вопросительно поднял кустистую бровь.
– Н-нет, мистер Парсонс, – пробормотала она. Тот перевел взгляд с нее на Снейпа, а затем коротко кивнул.
– Я хотел бы встретиться на следующей неделе с вами обоими по поводу совместной работы. Надеюсь, это не станет проблемой?
– Не для меня, – Снейп вернулся на свое место и схватил кусок пергамента, словно намереваясь продолжить работу.
Гермиона поднялась на дрожащих ногах.
– Нет, мистер Парсонс, – тихо пробормотала она. – Извините, – пройдя мимо него в свой кабинет, она закрыла дверь.
***
Гермиона вышла из кабинета директора Хогвартса, приняв окончательное решение, что, по крайней мере, попытается хоть как-то помочь человеку, который только сегодня утром недвусмысленно предложил ей «пойти нахуй». Минерва была гораздо лучше осведомлена о нынешней ситуации со Снейпом, чем Гермиона ожидала. Директор была настолько этим обеспокоена, что поделилась некоторыми тревожащими ее фактами, рассудив, что Гермиона, будучи коллегой Снейпа, находится в более выгодном положении, чтобы помочь ему. Минерва не стала подталкивать ее активно помогать Снейпу, но не стала и отговаривать. Она явно достаточно о нем беспокоилась, чтобы счесть стоящими любые попытки улучшить его положение.
Несмотря на неприятный инцидент, случившийся утром, Гермиона решила считать произошедшее, скорее, еще одним свидетельством его боли и отчаянья, чем реальной угрозой. Он утверждал, что его жизнь слишком сложна для ее осознания, но она чувствовала, что все же понимает его в достаточной мере, чтобы попытаться помочь. И судя по тому, что сказала Минерва, если он так быстро теряет контроль, то, возможно, у нее не так много времени, чтобы предпринять что-то.
***
Взгляд Минервы все еще был прикован к двери, когда Гермиона ушла.
– Я беспокоюсь о мальчике, Альбус, – тихо сказала она портрету позади себя.
– Он не мальчик, моя дорогая. Уже много лет как.