Хищный клан 3 (СИ)

Вика перенеслась в гостиную родового поместья Акулиных. Отпустила руку Нурлана, который и остался стоять неподвижной статуей.
Девушка ринулась наверх. Добежала до спальни отца и громко постучала. Не дожидаясь ответа, раскрыла дверь.
И вошла с ошарашенными глазами.
На большой кровати вместе с её отцом лежала Елизавета. Женщина натягивала одеяло, чтобы прикрыть обнажённую грудь.
— Папа! Нас предали! — громко заявила она.
— Это не может подождать до утра? — раздражённо спросил он.
— Нет! Скорей собирайся. Иначе наша мать убьёт Сергея.
Эти слова подействовали, и глава клана вскочил с кровати. А Вика покраснела и вышла из спальни. Хорошо, что она прикрыла глаза и не увидела ничего, о чём бы потом пожалела.
— Я иду с вами, — сказала Елизавета, выходя из спальни отца.
Женщина накинула лёгкое белое платье, а вот взъерошенные волосы поправить не успела.
— Только будьте осторожны, — взмолилась девушка. — Моя мать обезумела.
— От безумства нет целительского заклинания.
— Знаю. Ей поможет только смерть.
— И ты так легко об этом говоришь.
— Вы её не видели. Если мы сейчас будем бездействовать, то сами падём от её руки.
* * *
Созданный из крови голем поднялся. Или же это был какой-то демон? Не было времени рассуждать о природе кошмарной твари.
Мать вновь спарилась. Чёртов дар порталиста!
Она оставила меня наедине с этим монстром, что тяжёлыми шагами выходил из пентаграммы.
Я тут же бросил в него иссушающую руну. Но она развеялась в воздухе, не успев коснуться цели.
Выругавшись, я сформировал из зависшего в помещении тумана клетку. В затем заморозил его.
Но какого было моё удивление, когда монстр распался на два кровавых потока и перетёк через прутья, чтобы собраться вновь вне заготовленной тюрьмы.
Как бороться с тем, природу кого не понимаешь? Методом тыка.
Я отходил к тайному коридору, бросая руну за руной в соперника. Но дьявольская тварь и не шелохнулась.
— Сергей! — раздался голос из соседнего помещения, где проходил ритуал.
— Я здесь! — крикнул я и обозначил своё местоположение.
Все наши подошли ко мне. Марисса тут же бросила в монстра ледяные иглы, но они прошли через него, словно и не было препятствия. И разбились о стену.
Я бросил руну, замораживающую кровь. Безрезультатно.
— Чёрт! Есть идеи, как прикончить его?
Но стоило мне это сказать, как монстр сам решил атаковать. И в меня полетел сгусток крови. Но я увернулся, и шар разбился о стену, прожигая её насквозь.
— Твою ж мать! — выругался Влад. — Вот это тварина!
— Что ты видишь? — спросил я у него я, заготавливая следующую руну для атаки.
— Тьма исходит от него, — ответил попаданец.
— И как её убрать?
— А фиг знает.
— Влад! Шевели извилинами!
— От него уходят тёмные струи прямо к этому рисунку. Ох, ничего себе! Он кровью сделан!
Это всё, что мне нужно было узнать.
Я ринулся к пентаграмме, уворачиваясь от атак монстра. Правда, волосы немного себе подпалил.
Прыгнул в центр рунной схемы и опустился на корточки. Приложил руку к бурлящей крови.
Меня обожгло, несмотря на все наложенные защиты. Но я стал испускать от себя холод.
Дыхание стало обращаться в пар. А из рук струилась ледяная дымка моего заклинания.
Кровь перестала бурлить, и монстр остановился, стоя спиной ко мне.
Я резко встал и бросился к застывшей твари. Ударил ледяным кулаком по голове. Рука словно в воду вошла. Брызги крови разлетелись по комнате.
Тварь опала лужей крови на пол, что залила весь пол. и замороженную пентаграмму. Но от такого прикосновения она снова начала бурлить, восстанавливая связь с этим монстром.
— Уходим? — спросила Юля.
— Две минуты, — отрезал я и снова опустился на корточки.
Ладони погрузились в кровавое месиво. И постепенно оно стало замораживаться.
— Уходите. Я за вами! — приказал я.
Ребята скрылись в тайном коридоре, а я подождал, пока весь пол не покроется коркой кровавого льда. И лишь затем освободил руки и вышел.
Прямо посреди помещения для ритуалов стояла Вика, а перед ней — отец с его любимой целительницей.
 
— Сергей, где твоя мать? — мрачно спросил он.
Видимо, разбросанные трупы успели произвести на него не лучшее впечатление.
— Переместилась.
— Можешь проверить, осталась ли она в доме? — попросила Вика.
Я кивнул и обратился к родовому дару. Помимо наших людей, в этом доме выделялась всего одна живая фигура. И её очертания мне были хорошо известны.
— Она на первом этаже, — объявил я.
— Идём туда, — поддержал отец.
Мы спустились.
Прямо рядом с иссушенными трупами охранников стояла моя мать. Она всем своим видом показывала, что устала нас ждать.
— Наконец-то! Александр, а я уж думала, ты не придёшь проведать меня, — злобно улыбнулась она.
— Елена, зачем всё это? — спросил у неё отец.
— Чтобы тебя уничтожишь. И твоего ублюдка, — она кивнула в мою сторону. — Двадцать лет с ним борюсь, а всё равно выбирается. Мелкий засранец.
— Что это значит? — нахмурился отец.
Было видно, что он искренне не хотел верить в это признание.
— А чего тут непонятного? Перед тем как ты позволил морю поглотить меня, я оставила вам маленькие подарочки. Только вот маг смерти утверждал, что никто не сможет снять эти проклятья.
— А я смог, — вставил слово я. — Плохо старалась.
Со злобной усмешкой на лице я вышел вперёд.
— Ты заслужила кару за каждый день моего помутнённого разума, — добавил я.
— А ты заслужил смерть за каждый день, что портил мою жизнь, — процедила она и подошла ближе.
Посмотрела мне прямо в глаза. Но я пресёк попытку наложить на меня наваждение. У Морского бога это получалось куда лучше.
— Это не твой сын, Александр. Помни об этом, когда я буду тебя убивать.
— Нет, матушка, — я схватил её за руку.
От меня отсоединился морозный воздух. Я направил весь свой холод прямо к ней.
Но женщина не позволяла себя заморозить. Использовала тот же дар для терморегуляции крови.
— Глупец, — процедила она.
Тогда я наклонился к её уху и прошептал:
— Даже боги не смогли скрыться от моих проклятий.
Её лицо побледнело. Злобная улыбка исчезла.
Мать пыталась вырвать руку, но я не позволял. А в сознании замерцала всего одна руна.
— Отец, мне нужно твоё разрешение, — обратился я к главе клана, не отводя взгляда от матери.
— Оно у тебя есть, — ответил он.
И столько горечи и разочарования было в этих словах. Но отец сам понимал, что нельзя оставлять предателей в живых. Либо сегодня умрёт она, либо все мы.
Руна вспыхнула жёлтым огнём прямо в воздухе и направилась к матери. На миг застыла у её лба.
— Ты не посмеешь, — процедила она.
— Я из клана убийц. И тебе в нём не место, — холодно ответил я и направил руну на нужное место.
Символ впился в лоб матери, и я отпустил её руку. Женщина отшатнулась и вскрикнула от боли.
Она упала на пол, а я прошептал, но так, чтобы этого никто не услышал:
— Кровь предателя для тебя, моя богиня.
— Я принимаю твой дар, — раздался в голове тихий голос Акулы.
Мать закашляла кровью. Схватилась за живот. Зал огласили стоны боли, но все клановые стояли неподвижно и смотрели. В том числе и отец. Я понимал, как ему сложно не отводить взгляд от этой картины. Сын убивает мать.
И совершенно неважно, что мы чужие друг другу. Ведь в нас обоих течёт кровь Акулиных. Кровь настоящих убийц. Только вот мы чтили кодекс рода, а мать решила им пренебречь. За что и поплатилась.
Моё заклинание выворачивало её наизнанку. И вскоре пол залили литры крови. Хорошая жертва для Акулы.
Вика стояла за моей спиной и плакала. Пожалуй, ей было тяжелее всего. Второй раз терять собственную мать, но сестра всё понимала. Поэтому тоже молчала.
И вскоре перед моими ногами лежал труп изувеченной женщины. А на плечо легла тяжёлая рука отца.