Становление (СИ)

— Саюри, — нежно поглаживает ее по спине сестра. — Он просто очень занятой человек.
— Я знаю, — продолжает рыдать Саюри. — Но я ведь многого не прошу, один только вечер со мной, с мамой и все.
— Сестра, — нежно молвит Намико.
Шина тоже приближается к Саюри. Как бы ей не было неловко, но она все же произносит.
— Прости сестра, — извиняется Шина. — Я налетела на тебя, а у тебя, вон что… Ты же знаешь, что я люблю тебя?
— Угу, — доносится смешные звуки из рта Саюри.
Поздняя ночь, если, где и раздаются звуки прошедшего праздника, то явно где-то совсем далеко. Марико ложится на бедро рядом с юношей и завороженно смотрит на гостя. В ее голове безостановочно появляются вопросы, и главный из них, почему следующим воином выбран именно он? Что в нем такого особенного, что сегодня взор богов устремлен на него одного? Стать воином, это высочайший дар, которого жаждет каждая девчонка. Это знак, что ты не такая как все, та избранная. А теперь получается, что воином может стать любой? Даже этот юноша? Нет это какая-то ошибка.
Тихонько, чтобы не потревожить спящего, Марико проводит над его телом своей ладонью. От тела исходит мощный поток внутренней силы. Всем своим естеством женщина ощущает его напор. Лишь несколько раз она замечает странное воздействие энергии ки на ее руку, но не заостряет на этом особого внимания. Внутри ее тела вспыхивает давно погашенное пламя и теперь неустанно желает гореть. На Марико нахлынывают воспоминания о ее прошлом. О тех временах, когда она была совершенно другим человеком.
За стеной раздается практически неуловимое движение и скрип. Женщина медленно поднимает свой взгляд в сторону разделительной перегородки и становится свидетельницей, как она медленно отодвигается в сторону.
В помещение быстро проскальзывает тень.
— Доченька, вижу ты тоже не спишь? — Практически шепотом обращается к гостье госпожа. — Неужели наш гость тебе так приглянулся, что ты не устояла и решила вновь на него посмотреть?
— Не говори глупости, — отвечает холодным голосом Изанами, преображая себя из тени в девушку.
Женщина удивляется словам дочери всего секунду, а затем спрашивает:
— Значит ты уже вернулась, доченька?
— Да, — отвечает Изанами. — Наконец-то я восстановилась.
Изанами приближается к матери и задает свой вопрос:
— Что ты тут делаешь? Ты же знаешь, мамочка, он мой.
— Я знаю, — краснеет лицо женщины. Марико опускает взгляд слегка вниз и в сторону, чтобы дочь не заметила ее пошлого желания и блеска в глазах. — Но прежде, чем позволить тебе его убить, я должна предупредить, что он не простой человек. Он …
— Я знаю, — перебивает мать дочь.
— Ты знаешь? Откуда? — С удивлением спрашивает Марико, вновь уставившись на свою дочь.
— Он сам мне сказал, — не отрывая взгляда от спящего отвечает Изанами. Дочь медленно обступает тело спящего по кругу и продолжает произносить. — Теперь я не хочу убивать его, мамочка. Теперь я желаю заполучить его сердце.
— Заполучить его сердце? — Со страхом в голосе спрашивает Марико.
Она совсем не понимает намерений Изанами. Чтобы ее заинтересовал простой человек, быть этого не может? Но даже если учесть, что теперь он избранник богов, что это дает дочери? Власти она не получит, голод свой не утолит, неужели Изанами желает низвергнуть очередного воина во мрак и тьму? Или все-таки ее дочь влюбилась в этого смертного? Если бы раньше кто-то молвил ей подобное, Марико громко рассмеялась бы в ответ, в лицо. Но в последнее время с девочкой творится что-то странное, она постоянно меняется, становясь непредсказуемой. Неужели именно этого пазла так давно не хватало ей, чтобы суметь усмирить дочь? Время покажет.
Марико поднимается на ноги и прежде, чем покинуть комнату произносит:
— Будь с ним поласковей, моя девочка.
— Не сомневайся, — отвечает Изанами. — Буду.
  
Душа на продажу
 
С того момента, как Рейн посетили Айамэ и Юлота проходит несколько дней. В тот вечер девушку не избивали, как и в последующие два, словно все забыли о милом легионерчике, что топится за решеткой. Словно, она отыграла свою роль в развлечениях господ и теперь стала никому не нужна. Но затем ей приносят еды, просто так, ничего не ожидая взамен. Не издеваясь, даже не стараясь прикоснуться к телу, кормят и позволяют утолить свой голод. Такое отношение дает легионеру недвусмысленный намек, что о ней никто не забыл, просто по каким-то причинам изменилось отношение. Может быть она исправляется?
 
Очередное утро окончательно развенчивает какие-либо догадки и бессмысленные надежды. Как только Рейн просыпается, она замечает, что возле ее клетки, на корточках, сидит Юлота и наблюдает за ней. Потянувшись слегка в стороны, чтобы размять мышцы рук, Рейн краснеет лицом и ненадолго опускает свой взгляд в пол.
— Моя госпожа? — Взволнованным голосом спрашивает Рейн.
— Солнце уже встало Рейн, а значит и твое заключение подошло к концу.
— Правда? — Удивляется Рейн. — Я, я свободна?
— За этим я и пришла, — мурлычет довольным голосом демон и медленно открывает клетку.
Робко и с опаской, заключенная поднимается на ноги и направляется к выходу, боясь, что Юлота над ней в очередной раз издевается. Но вот она оказывается рядом с выходом и демон отходит в сторону, позволяя заключенной выйти наружу.
— Молодец, — продолжает улыбаться Юлота.
Рейн на секунду закрывает глаза и глубоко вздыхает. Выпрямившись, вы всю высоту своего тела, она ощущает, как каждая мышца принимает ее новое положение.
— Свобода, наконец-то, — слетают слова с уст юной девицы.
Юлота берет легионера за руку, чем заставляет обратить на себя внимание.
— Следуй за мной, моя сладенькая, — ухмыляется демон. — Сейчас я покажу тебе твое место, а затем перейдем ко всему остальному.
Рейн удивляют слова Юлоты, а потому она не может не переспросить:
— Я не вернусь в легион?
— Нет, — кратко отвечает Юлота. — Теперь за твоей попкой я буду усерднее следить. — Ухмыляется демон. — Так что Рейни, только попробуй что-то вытворить без моего разрешения, я тебя мигом сделаю шелковой.
Лицо легионера краснеет от намеков демона, но вместе с этим она благодарна ей. Ведь это многое значит для нее. Теперь никакой ямы, никакого голода или страха быть убитой другими, теперь она под полной защитой своего нового покровителя, как и мечтала когда-то очень давно.
Рейн опускается на колено и улыбаясь произносит:
— Да, моя госпожа.
Юлота оборачивается к легионеру и двумя руками касается ее лица. Ей нравится новое поведение Рейн. Послушной и правильной, такой какой и должна быть новая игрушка для своей госпожи.
— Вот и разорались с этим, а теперь пошли отсюда.
— Да, — кратко соглашается легионер.
Направившись к выходу из тюремных помещений, от одной клетки раздается голос другого заключенного легионера.
— Госпожа, освободите и меня, я…я… буду…
— Заткнись, мусор, — выкрикивает Юлота и ударяет по прутьям сапогом и не задерживаясь следует дальше к выходу. Легионер всего на секунду задерживается возле клетки, чтобы увидеть заключенного своими глазами. Она с высока обращает внимание на него и нисколько не проявляет жалости или сочувствия во взгляде. С чего вдруг? Все остальные легионеры всегда над ней издевались, из-за ее происхождения, так почему она должна их жалеть? Нет, выживают только сильнейшие … ну или самые симпатичные, как она. Потому пусть сдохнет тварь, если ей это суждено.
— Рейн, ты идешь? Или решила здесь остаться?
— Простите госпожа, — отвечает Рейн и показательно отворачивается от заключенной проявляя к ней отвращение.
Заключенная что-то хотела молвить, но останавливает себя, понимая, что сейчас это может сыграть против нее. А потому провожает безродную взглядом ненависти.
Еще мгновение и Рейн покидает мрачные тюремные помещения. Демон направляется прочь, как вдруг на встречу к ним приближается другой демон.